Страница 157 из 164
простить себе богатство – А.Ф. Прево
- Эшли, ты педальтоник
- Я не дальтоник
- Нет, ты педальтоник!!! Постоянно путаешь педаль газа и тормоза!!! Объясни мне, какого черта мы делаем в стогу сена!!! Единственный стог на всем поле! И ты умудрилась в него въехать!!!!
- Винсент, ну, не знаю! Меня неодолимо несло на него, просто неодолимо. Я не могла в него не въехать!! Стог, как магнит, это сильнее меня!
Н-да, учить меня водить машину была задача не из легких. Но мне хотелось как-то отвлечься. Проблема состояла в том, что как только я выключала в себе человека, водить у меня получалось. Но…. Я все же человек, и Эшли Ламар, неудачница и ходячая катастрофа, периодически брала свое. Например, как сейчас.
- Неодолимо! Да, я теперь полгода буду машину оттирать от соломы. Классно, нормальных людей неодолимо тянет к противоположному полу, к выпивке, к еде. А у меня эксклюзивная подруга, которую неодолимо тянет на препятствия.
- Ну, в прошлый раз было хуже, сейчас, мы, во всяком случае, в яму не упали, и не пришлось вызывать трактор.
- Заметь, яма тоже была одинока на всем этом гребанном поле!!!!! Может водить машину – это действительно не твое?
- Нет, Я буду стараться. Нет. Винс, не бросай меня, для меня это важно. Я должна научиться водить!!! – простонала я. И неожиданно наступила тьма…..
- ЭШ!!!! – зачем так орать? Меня кто-то сильно хлестал по щекам. Свет больно резанул по глазам. Я лежу в машине, на меня кричит Винс.
- Ну, слава Богу! Эшли, что это было? – облегченно выдохнул зяблик.
Я ни черта не понимала. Но надо что-то отвечать и быстро, не то возникнут ненужные вопросы.
- Да, фигня, у меня просто голова закружилась – промямлила я, меня немилосердно тошнило, и хотелось спрятаться куда-нибудь.
- Эш, не пали мне мозг! Какая голова? Ты была в отключке минут десять. У тебя сердце не билось, понимаешь. Я думал, ты померла!
Я поморщилась. Кел по-прежнему не звонил, я не перезванивала. Боль, преследовавшая меня несколько последних недель - отступила. Но, это вовсе не означало, что я перестала умирать. Просто теперь мой организм отказывался работать. Разваливался по частям. Иногда отключалось зрение, иногда слух, а сейчас отказалось работать сердце. Вот и все дела. Меня начинал бить озноб, паника, наконец-то!
- Винс, отвези меня в Режина-касл. Мне действительно нехорошо. Это все нервы. Последние дни не были самыми легкими. Сердце билось, просто очень медленно и тихо. У меня низкое давление. Со мной уже так было. Просто надо отдохнуть и все пройдет.
- Врешь, только не пойму в чем. Эш, мне все это не нравится – отрывисто каркнул Винс.
Мне тоже не нравится, только, что поделать. Надо что-то решать. Но нет сил. Скорей бы попасть в замок, там мне становится легче. Будто тень Режины поддерживает во мне жизнь.
Эта самая «тень» всегда была со мной, когда я находилась в центральной гостиной «Режина касл». Вот и сейчас, сидя в кресле качалки, я вела безмолвный диалог с портретом Режины. Он висел во всю стену, бабуля была изображена в полный рост. Красивая статная женщина в белом платье до пола. Роскошные косы убраны на голове в виде короны, поза властная, я бы даже сказала величественная. Весь ее облик излучал силу, спокойствие, и уверенность. Почему-то портрет, так никто и не снял со стены. Впрочем, возможно он был врублен в стену, витая рама картины не выступала от стены, а как бы смотрелась ее продолжением. Я никогда не обращала на это внимание потому, что этот портрет был всегда. Он не часть стены, а неотъемлемая часть моей жизни, как прошлой, так и нынешней. Жизни…. И смерти, которая видать не за горами.
Смерть – как несправедливо и подло. Я злилась на бабушку. Разумом я понимала, что это глупо. Но ничего поделать не могла. Режина, я тебя ненавижу! За твою беспечность, недальновидность. Даже за твою долгую и счастливую жизнь! Почему я должна умирать! Зачем ты передала мне свое проклятье? Кто тебя просил? О чем ты думала, когда решила продолжать свой род? Вовсе не о своих потомках, ты как всегда думала о себе! Хотела реализоваться как женщина? Конечно, тебе всегда все удавалось, и сходило с рук! А цена? Кто оплачивает по счетам? Разве это справедливо, почему платить столь высокую должна я! Что ты наделала! Как ты могла! Никогда не прощу тебя. Слышишь, никогда!!!
В ярости я схватила синюю (мою любимую) вазочку, и силой грохнула ее прямо в центр портрета. Ваза разбилась в дребезги, а портрет будто ожил и выдвинулся со стены. Я шарахнулась в сторону. Мне показалась, будто Режина сошла из рамы на пол. У меня приступ, зрительные галлюцинации. Я проморгалась. Портрет стоял на месте и Режина тоже, но он действительно слегка выдвинулся вперед. Я подошла ближе. И тут я увидела брошь на платье бабули, она была в виде сердца
Боже! Какая ж я дурра! Просто идиотка! Режина мне подробно все написала. Чуть ли не впрямую. Это же шифр! Последний абзац письма!!!
«Если тебе станет совсем тяжело, и не будет выхода. Вспомни мой портрет в гостиной дома. Посмотри в мои глаза, и положи руку мне на грудь. Представь, что сердце мое бьется. Раз, два, четыре, и оно забилось часто, часто от радости встречи с тобой. Девять, двенадцать и оно замерло, при виде твоей боли, Сорок пять, пятьдесят шесть, и снова ритм восстановился, потому, что я знаю, ты сильная, и справишься с любой бедой. Посмотри мне в глаза снова, и ты увидишь в них слезы гордости, помни я всегда с тобой.»