Страница 31 из 201
– Я сплю? – испуганно спросил я, прикрываясь одеялом. Алина застала меня в три часа ночи, пока я спал.
– Возможно. Все зависит от степени твоей доверчивости и наивности. А ты такой наивный дурачок... – с иронией в голосе произнесла она.
– Что тебе нужно? И что за такой реалистичный сон? Я точно сплю... Или тебя мать впустила? – я сглотнул.
– Ты думаешь, у твоей матери не возникли бы вопросы к странной незнакомой девушке, которая блуждает в три часа ночи в одной мужской рубашке около вашей квартиры? Впустить? Да она и подавно меня не впустила бы... Ведь твоя мамочка – такая благочестивая хранительница домашнего очага и уюта, так волнуется за своих непутевых чад, одно из которых постоянно водит сюда баб разной степени привлекательности и трахает их во всех возможных позах Камасутры, – Алина говорила со злостью, с сарказмом и желчью в голосе, но при этом любезно улыбалась. Мне стало немного страшно, но та продолжила, оскалившись отчего-то.
– Ты трус, Антон. Такой трус. Боишься всего на свете и прикрываешь к тому же свой необоснованный страх общества разными масками, многие из которых связаны с оскорблениями и беспричинной агрессией с твоей стороны. Ты жалок, честно.
– Ты слышишь, вообще, что говоришь? Бред не неси, будто бы ты так хорошо меня знаешь! – возмутился я, хотя в душе все сотрясалось.
– Но сегодня ведь на площадке я правду сказала про твою «многогранность». Не человек, а бриллиант просто! – Алина сидела на кровати, нависая надо мной. Ее глаза горели безумием, улыбка была страшная и убийственная. Белые зубы сверкали в ночной темноте. Я вжался от страха в кровать и еще больше прикрылся одеялом. Она громко засмеялась, запрокинув голову назад. Ее рыжие волосы струились по ее выгнутой сексуальной спине.
Я хотел ее, но боялся. Тут она резко вернула голову в исходное положение и вперила в меня суровый взгляд, и каким-то загробным низким голосом начала говорить:
– Я знаю, что ты меня хочешь, но тебе страшно... Страшно до жути, что твоя маленькая культяпочка опять подведет тебя, что ты не сможешь меня удовлетворить... А еще тебе страшно от самой этой ситуации. Ты же спишь. Успокойся, да возьми себя в руки. Яйца есть – ты же мужик.
Я изобразил подобие улыбки на лице и привстал с кровати. Ее слова меня немного убедили в том, что это сон, но и обидели...
– Что тебе нужно? – я решил сразу перейти к теме.
– Твой страх, – она еще шире раскрыла глаза и не по-человечески прорычала.
– Твою мать! Хватит меня запугивать – у тебя все равно не выйдет! – я вскочил с кровати и в одних трусах начал шастать по комнате. Алина же продолжала сидеть на кровати, свесив одну ногу, а вторую подогнув под себя; и жутко улыбаться, следя за мной взглядом.
– Ты бои-и-ишься... – протянула она шепотом, а потом издала какой-то странный смешок.
– Замолчи! – вскрикнул я. Тут Алина резко встала и одним шагом как-то переместила ко мне вплотную. Улыбка спала с ее лица, и она спросила с вызовом:
– А то что? Что ты мне сделаешь?
Я переборол себя и привстал к ней еще ближе. Страсть, желание невыносимое, хотелось прямо здесь взять ее по полной программе.
– В конце концов, я мужчина, а ты девушка, слабая и хрупкая. Я могу сделать с тобой, что угодно.
Она звонко рассмеялась, плюхнувшись задницей прямо на пол. Она сложила ноги в позе «лотоса» и опять начала так же, как и недавно, улыбаться.
– Ты-то? – указательным пальцем Алина ткнула в мое достоинство. Я отскочил. Она рассмеялась еще громче. Было ощущение, что она спятила.
– Что ты делаешь?! – возмутился я.
– Антоша, Тоша, Тоше-е-е-енька! «Сделаю с тобой все, что захочу!». Ха–ха! Не смеши меня. Ты не можешь вытерпеть даже, тебе страшно, когда я прикасаюсь к твоим гениталиям, а ты мне еще что-то тут толкаешь о том, что ты меня якобы способен изнасиловать.
Я промолчал, отведя взгляд в сторону и свесив руки по бокам.
– Вот ви-и-идишь! – опять нечеловеческим шепотом протянула Алина нараспев, подав слегка корпус вперед.
– Я, правда, сплю? – наивно спросил я, не смотря в ее сторону.
– Да, – быстро, кратко и без раздумий ответила та, вперив в меня кокетливый взгляд. Я свободно выдохнул и решился на отважный шаг. Если сон такой реалистичный, то, значит, возможно, вещий.
– Где ты пропадала все это время?
– Работа.
– Какая работа?
– Необычная, – хмыкнула Алина.
– Что значит «необычная»? Проститутка или секс по телефону? – попытался пошутить я, но она не засмеялась, даже не улыбнулась.
– Меня всегда раздражал твой плоский юмор. Антон, ну не отбирай ты хлеб у Петросяна! Прекрати неловкости ситуаций переключать на различные низко интеллектуальные шутки, которые никто не понимает, а многие и за оскорбления принимают.
– Хах, так, значит, я задел тебя? Я задел невозмутимую Алину? – улыбнулся я сардонически.