Дьявол не знает слова "Нет"

Я умирал, и не было того, что могло бы помочь мне. Я чувствовал, как уничтожаются клетки моего организма, как вирус берет верх надо мной. Постоянное головокружение и неистовый лихорадочный жар стали моими вечными спутниками. Куда бы я ни пошел, они были со мной. А еще этот жуткий кашель, от которого я задыхаюсь. Я никогда так не болел, ведь я чертов бессмертный, но Ад нашел, как решить эту проблему. Больные изверги! Ненавижу их! Где же ходит Алина? Уже почти ночь на дворе, а ее все нет. Неужели что-то могло случиться? В последнее время мы стали очень близки с ней, а посему мне не хотелось, чтобы она пострадала. У меня было ощущение, что между нами появилась какая-то особая нерушимая связь, но, какая именно была это за связь, я понять пока что не мог. Мне хотелось жить с Алиной, быть с ней, так как эта женщина поистине роковая в моей жизни. Она смогла понять мой психический недуг и принять его как должное и необратимое. Даже Гольт иногда побаивался меня, зная об этом, но Алина не такая – она смелая и решительная, сильная и настоящая. Я действительно восхищаюсь ею, потому что она пробуждает во мне то, что до сих пор дремало и не хотело выходить наружу. Такие черты характера, как мужество, сила воли, храбрость и упорство. Если бы не Алина, то я бы, скорей всего, давно уже сдался и не боролся бы с вирусом. Наверное, пошел бы и утопился. Ведь утопление – это, пожалуй, единственная вещь, которая может привести к самоубийству вампира. Мы можем не дышать долго, но затем наш организм начинает непроизвольно истощаться, а клетки головного мозга отмирать. В древности так убивали вампиров: втыкали кол в сердце (тогда считалось, что только осиновые колы способны убить нас – глупый фольклор) или отрывали конечности, и топили. Таковы были уставы охотников на вампиров. Уж не знаю, как обходились они с оборотнями и ведьмами, но знаю точно, что демонов даже самые профессиональные охотники старались обходить стороной, так как их не может убить ни один смертный. Только существо по силе равное демону может убить его. Когда Алина сумела расправиться с той странной девушкой в лаборатории симбиоза, я понял, что она непростой Высший вампир, и меня терзали очень скверные и смутные сомнения по поводу ее истинного происхождения, но я не хотел спрашивать об этом, так как боялся спугнуть свою спутницу.

Но вот я слышу, как открывается входная дверь и высокие каблуки уже маршируют на второй этаж, к комнате, в которой лежу я. В дверях появляется мокрая и какая-то побитая, грязная Алина. Тушь ее потекла по щекам, а темные тени размазались по лбу и вискам.

– Что случилось? – приподнялся я на локтях, лежа в кровати.

– Засада. Замок братства окружили упыри во главе мутантов Фаулиуса. Ад начал официальный захват Румынии, погибли два советника Янкиса и его дочь. Сам же предводитель бежал в Европу, просить помощи у других братств Ордена Венрика. Мы еле спаслись, пришлось бежать через черный ход... – объяснила без каких-либо выдающихся эмоций Алина, но в глазах ее блестел какой-то страшный огонь.

– Черт возьми... Да они совсем уже поехали на фоне своей этой Некрономикон! Неужели эта книжонка так важна для них? – изумился я рассказанному Алиной.

– Ты не представляешь насколько! – широко раскрыв глаза, проговорила та, подходя к шкафу и открывая его. – Люцифер страдает темной манией величия, и он пойдет на все, чтобы достать Ее, даже если придется уничтожить все на своем пути.

– У него не все в порядке с мозгами, честно, – покосился я на девушку, которая достала с верхней полки огромный чемодан и начала собирать свои вещи туда, даже особо не стараясь аккуратно складывать их. Видно было, что Алина торопится.

– Мы уезжаем? – поинтересовался я.

– Да, прочь из Румынии: здесь слишком небезопасно: скоро эти уроды и досюда доберутся, и тогда не спасут нас никакие защитные арканы, – быстро произнесла она.

– Куда мы бежим? – степенно спросил я, пытаясь встать с кровати, что давалось мне очень тяжело. Заметив это, Алина подбежала и помогла мне, а затем вновь вернулась к вещам.

– Я... не знаю, но у меня есть всего один вариант, всего одна персона, которая может помочь нам. Если он не на стороне Ада, конечно, но я сомневаюсь в этом, – неуверенно ответила она.

– Он демон?

– Да. Древний. Он демон Смерти, посредник, но сейчас он, кажется, стал жрецом, если я правильно все вижу. Слышал о жрецах или о посредниках? – тут я невольно нервно сглотнул, поняв, о ком та толкует.

– Жрец? Посредник? – интонация моя сорвалась. – Ты с ума сошла? Они же... просто невероятные существа. Я слышал легенды и сказания о жрецах Смерти и о Ее посредниках, но они есть, реально? Черт... Я мало знаю об этом мире, – у меня появился истеричный смех. Видимо, ситуация была настолько критическая, что даже Алина не способна была что-либо удержать в своих руках.

– Он мой... бывший знакомый. В последний раз мы виделись больше полутора века назад. Надеюсь, он меня еще помнит. Это он помог мне стать вампиром. Перевестись, так сказать, из Ада на Землю официально на правах Высшего вампира, – подняла на меня голову рыжеволосая девушка.

– Будем молиться, – недовольно пробубнил я, садясь на кровать, так как сил у меня было мало долго держаться на ногах. Алина промолчала. Видно было, что она тоже переживает, так как не до конца она была уверена, что ее опрометчивый план сработает.

Когда все вещи были уложены, а Алина привела себя в относительный порядок, помывшись и переодевшись, то я впервые увидел ее ненакрашенной, полностью без какого-либо макияжа. У нее была просто неземная естественная красота, которой наделена не каждая девушка. Природа явно не обделила Алину. Я вновь восхитился и даже умудрился сорвать поцелуй с ее губ, когда та помогала спускаться мне по лестнице. От такого незначительного жеста она улыбнулась, что немного порадовало меня.

Мы вышли на улицу уже в кромешной тьме. Была глубокая ночь. Закинув вещи в машину и усадив меня на заднее сиденье, Алина пошла закрывать дом и ворота. Я остался один в машине. Ночь угнетала и давила со всех сторон. Потеряв Алину из виду, я совсем запаниковал и понял, что я совершенно беззащитен. Тут я услышал шорох в кустах и на кронах деревьев. Мы явно были не одни. За секунду до того, как на крышу автомобиля что-то приземлилось, я закричал басом.