Дьявол не знает слова "Нет"

После завтрака Алина и оборотень повели нас с Арни в кабинет, отослав девчонку заниматься своими делами. Меня слегка выбесил этот жест с ее стороны, потому что я никогда в жизни не любил женщин, которые являются в доме главнокомандующими и устанавливают стопроцентный и непоколебимый матриархат в семье. Таких особ я старался избегать. Они доминантны, величественны, высокомерны и очень сильны – их сложно подавить или повлиять на них. Алина относилась именно к этому числу женщин. Я никак не мог разглядеть в ней хоть какую-нибудь слабость или изъян, который мог бы уничтожить ее изнутри или снаружи. И все же она была великодушна, так как помогла мне, спасла жизнь. Это дорогого и ценного стоит. Нельзя недооценивать добродушие со стороны Высших вампиров, ведь до недавнего времени я был беспрекословно уверен в том, что они считают низших бессмертных пустым местом, бесполезной и грязной ячейкой общества Потустороннего Мира. А с появлением сыворотки к нам и вовсе стали относиться, как к каким-то блохастым уличным псам, которых надобно немедленно усыпить или пустить на эксперименты. А Алина откликнулась на просьбу и помогла мне. Я искренне был благодарен этой женщине за мое спасение, но она пугала меня, вызывала во мне те чувства, которые я всегда подавлял в себе перед любыми существами: страх, трусость, слабость, беспомощность, нерешительность, сомнительность и так далее. Каждое мое слово, каждый шаг, каждое действие на ее территории могли стать для меня последними секундами жизни. Арнольд, в отличие от меня, выглядел вполне спокойно и уверенно. Видимо, между ними действительно была духовная и близкая связь. Арнольд, дружище, не ловись на эту удочку...

– Итак, что именно, судари, вы хотели обсудить со мной? – сложив ладони вместе, вопросительно глянула на нас очаровательная и сильная вампирелла. Я думаю, что Арнольд тоже не понял, что означает «судари», но мы молчали, решив не задавать глупых вопросов, дабы не нервировать Алину по пустякам. Арнольд рассказал мне, что она прибыла из России, поэтому я не удивлялся ее еле заметному акценту и некоторым непонятным словам. Ее русские манеры отчетливо прослеживались во всем. Даже в доме стояла какая-то не румынская атмосфера. Здесь все было по-другому – иначе, чем у остальных. Тут витал какой-то непонятный аромат благовоний и трав: обычно, так пахло бы в доме какой-нибудь знахарки или целительницы. Но у наших ведьм и то не такой запах стоял. Амбре было не родное. Я был по натуре шовинистом. Не сказать, что я недолюбливал Россию или другие страны, но все же я прославлял и восхвалял Румынию как наивысшее и наилучшее, что может существовать в этом мире. Я также не был патриотом, так как в свое время отошел от службы в армии. Мое воинское звание с недавних времен было майор-дезертир.

Когда-то меня изловили и заставили послужить Родине, хотя изначально эта затея не особенно понравилась мне. На одном из сражений в горячей точке я сбежал, выдав себя за мертвого. Арнольд был рад тому, что из армии я вернулся столь скоро, вернее даже «скоропостижно», хах. Еще с детского дома я, будучи смертным ребенком, недолюбливал армию. А тут на тебе! Забрали молодого вампира на службу. Ну как не расстроиться?

Но все же я слишком любил свою страну, чтобы вот так запросто находиться в доме, в котором все было обустроено на современный русский манер. Я с неким легким презрением оглядел светло-шоколадный интерьер кабинета, после чего присел в глубоко кожаное кресло, которое неловко заскрипело под весом моего тела.

– Что значит «нянька»? – мягко, но не без раздражения спросил я, глядя прямо на Алину. Из-за спины Алины исходил свет утреннего солнца, просвечивающийся сквозь тонкий темный тюль.

– То и значит, друг мой, – улыбнулась она ехидно. – Мне нужно отправиться на задание в Галац, но Френсис я не могу взять с собой в силу опасности этой миссии. А ты, думаю, неплохо справишься. К тому же тебе нужна защита не меньше, чем ей, а тут, считайте, самое безопасное место из всех возможных в Румынии. Ты же не хочешь вновь испытать на себе действие сыворотки?

Алина многозначительно взглянула на меня – от ее взгляда я поежился, но промолчал, отведя взгляд к шкафу, забитому доверху книгами, папками, статуэтками и толстыми журналами разного происхождения.

– Хорошо... – задумчиво произнес мой друг. – Но ты не сможешь вечно уберегать себя и Френсис от сыворотки в этом доме. Вирус проникнет и к вам рано или поздно.

– Если не решать эту проблему, то да. Но, как видишь, с завтрашнего дня я займусь ее решением. Предводитель Древних дал мне задание, с которым могу справиться только я. Оно связано с решением проблемы касательно сыворотки и планов Ада. Если хотите помочь мне, то выполняйте то, о чем я буду просить, – Алина говорила так, будто бы она была воспитательницей в детском саду, а мы маленькими детьми, которые ничего не понимали и дельного сделать не могли. Верховный оборотень неприметно помалкивал, наблюдая за нашей беседой.

– Послушай, не логичнее ли будет всем вместе отправиться туда? – не выдержал я.

– Хочешь умереть? – сконфуженно вскинула бровь Алина, переместив свой опасный взгляд на меня. – Боюсь, для тебя это будет последнее путешествие.

– Ох, черт, ладно, я понял тебя. Я останусь с твоей дочуркой, только не надо испытывать на меня свой дьявольский взгляд! – я говорил довольно развязно и по-хамски, чего не могла не заметить эта женщина, но по-другому у меня просто не получалось. Алина же, в свою очередь, задержала свои огромные темные глаза на мне еще секунды три, а затем, видимо, что-то решив для себя; перевела их на Арни.

– Хорошо. Но я предупреждаю, что задание опасное и, возможно, смертельное... для вампира вроде тебя, Арнольд, – после этих слов вампирелла отвернулась к столу, взяла какие-то распечатки и протянула их моему приятелю.