Страница 6 из 23
А в приёмной тем временем шёл не самый приятный разговор.
Для начала маг спросил:
- С кем, собственно, имею честь? Моё имя вам известно, так что представляться нет надобности, а вот кто вы?
Вопрос был законный, поэтому Тео ответил, не чинясь:
- Теодор Бенье, наёмник.
В доказательство достал из-за пазухи бляху и сунул её магу под нос. Тот кивнул.
- Отлично, господин Бенье. Наёмник вашего возраста — уважаемый человек. К вашей личности как к поручителю у меня претензий нет. Поговорим о госпоже Санденс. Это ведь она ко мне нанимается. Кем она вам приходится?
- Дочерью, - убеждённо произнёс Теодор.
Маг так удивился, что его сведённые на переносице брови забыли своё место и полезли вверх и в разные стороны.
- Не может быть! - воскликнул он, - Вы не родственники. По ауре это ясно видно, - тут он спохватился, - Или… Я случайно влез в тайну, которую вы хотели бы не знать?
Тео только рукой махнул. Надо было срочно подправлять легенду. Вернее, возвращаться к истине.
- Виола — приёмная. Я любил её матушку и принял девочку как родную. Так что для меня она не меньше дочь, чем если бы я был виновником её появления на свет. Да и по бумагам она мне родная. Вы верите, что можно любить приёмного ребенка как своего, господин маг?
Брови Мельхиора вернулись на место и он равнодушно произнёс:
- Верю. Всякое бывает. Одни и своих не любят, а другие и чужих обожают. Как вышло, что вы отдаёте дочь служить в чужой дом, да ещё в дом к незнакомому мужчине, господин Бенье? Ведь наёмник вашего возраста должен быть человеком небедным, если только он не пьяница, не гуляка и не игрок. Но на вашем лице я не вижу следа этих популярных пороков.
Пусть маг задал не совсем тот вопрос, какого ждал от него Тео, но ответ был готов.
- Так сложились обстоятельства, господин маг. Денег у меня действительно довольно, но все они вложены в дело. В большой и благоустроенный постоялый двор, на срок, который истекает через три года. Видите ли, моя профессия приносит неплохой, но неверный доход, а денежки суеты не любят, в банке же растут, но плохо. Вот я их и вложил в прибыльное, надёжное дело. Лет мне, как вы уже заметили, немало, так что я в ближайшее время собираюсь остепениться и зажить оседлой жизнью. Но напоследок хотелось бы заработать свободных денег, чтобы было, на что устроиться, вот я и подрядился в длительную поездку. На год. Мою девочку я с собой взять не могу, а бросить её так душа не позволяет. Того, что осталось в банке, Виоле хватило бы прожить это время, хоть и отказывая себе во многом, но она не привыкла сидеть без дела. Вот и стала по газетам искать себе подходящее занятие. Чтобы жалованье, проживание и питание. Ваше предложение ей показалось достойным, поэтому мы и приехали посмотреть.
Маг слушал внимательно, затем покачал головой:
- И что же её так привлекло?
- То, что вы написали. Не помню точно, но смысл такой: никаких личных отношений. Видите ли, она надеется, что к ней тут не будут приставать. Я ей предлагал пожить и поработать на постоялом дворе, который принадлежит мне более чем наполовину, но она отказалась именно потому, что там её будут домогаться.
Брови мага снова проделали свой путь наверх. Кажется, позиция Виолы в этом вопросе показалась ему удивительной, что он и подтвердил следующим вопросом:
- Вы уверены? Мне это кажется невероятным. Ваша дочь — красивая женщина, да и одевается она по-модному, не пытаясь скрыть свои достоинства.
Теодор рассердился:
- По-вашему, ей надо на себя мешок надеть и рогожей прикрыться? Чтобы уж совсем никто её красоты не разглядел? Девочке и так досталось в этой жизни, а нарядные платья — её единственная отрада.
- Разве женщины наряжаются не для того, чтобы привлечь внимание мужчин? - спросил Мельхиор свысока.
- Видно, вы плохо знаете женщин, господин маг, - парировал Теодор, - Они наряжаются для себя. Ну, и для того, чтобы уязвить других женщин. Для мужчин они раздеваются.
И, видя скептическое выражение лица собеседника, добавил:
- Поверьте, господин маг, я много женщин повидал. Те из них, кто дурно одевается, либо вынуждены это делать, ну там из-за бедности или ревнивого мужа, либо за что-то сильно не любят себя. У Виолы с этим всё в порядке. Так что можете просто не обращать внимания. Вам же самому приятнее смотреть на аккуратно одетую домоправительницу, чем на унылую особу в дерюге. У меня встречный вопрос: почему я могу быть уверен, что вы не станете домогаться моей дочери, если она поступит к вам в услужение?
- Хороший вопрос, господин Бенье, - покачал головой маг, - В принципе это не ваше дело, вам должно быть достаточно что в договоре будет такой пункт. Но вы проявили искренность и я отвечу. Вы знаете, что я — городской маг, то есть отрабатываю своё учение в элидианском университете и заодно своё гражданство, ведь я не местный, а беженец из Империи. Мои пятнадцать лет не закончены, поэтому я пока даже не гражданин. Маг, но по сути существо бесправное. В этих обстоятельствах я должен быть очень осторожным. Стоит любой девице заявить, что я её обесчестил, и меня поволокут под венец, не спрашивая, хочу ли я этого. Боюсь, такого унижения мне не вынести. Вот и приходится держаться на расстоянии от так называемых порядочных женщин, удовлетворяя свои потребности со шлюхами. Ваша дочь, как я понял, вдова.
Тео очень не понравилось как маг поставил его дочь рядом со шлюхами в своей речи. Но пришлось сделать вид, что он ничего не заметил, тем более что последнее предложение, несмотря на утвердительную интонацию, было вопросом.
- Да, Виола вдова. Её муж был купцом. С вами его роднит то, что он тоже был родом из Империи. Надеюсь, это всё, что есть меж вами общего. Отвратительный тип, Виола была с ним очень несчастлива. Думаю, именно поэтому она и не хочет иметь с мужчинами никаких дел.