Страница 7 из 84
- Аристократия Асвега заигралась в богов. Они пытались вывести поколение могущественных и покорных магикеров для укрепления власти совета. Только вот они не учли несколько факторов. Во-первых, людям не нравится, когда к ним относятся, как к скоту. В Асвейге стало горячо, люди оказывают сопротивление, появились подпольные партизанские организации, ведётся холодная гражданская война. Во-вторых, могущественный и покорный - это качества, которые с трудом и крайне редко уживаются в одном человеке. Верхушка в столице тоже грызётся между собой. И последнее - евгеника никогда не проводила к намеченному результату. Что предполагают люди, даже магически одарённые, то корректирует сама природа. В договорных браках или временных союзах для продолжения рода одарённые стали рождаться всё реже. Даже если родители имеют высокий магуровень, дети не наследуют и половины, ведь сила аккумулируется только при крепкой эмоциональной связи, а чувства в браке у асвейгцев редкость, ведь их считают слабостью.
- Они поняли свою ошибку? - спросила Вэл.
- Эгоцентричные, испорченные властью и утратившие способность любить? - Веста горько усмехнулась. - Нет, Валентина, они нашли крайних. Каждый “неудачный” ребёнок считается женской провинностью. Молодых матерей отлучают от детей и часто перепродают за дёшево менее придирчивым родам.
Валентина скривились от отвращения, а Алексис вздрогнула и обхватила себя руками в защитном жесте.
- Я не хочу верить в это, Веста, - сказала Рэйвен, всхлипывая, слёзы уже прочертили влажные дорожки по её щекам. - Ты говорила, что мои родители погибли. А сейчас говоришь, что мой отец жестокое чудовище, мама просто инкубатор, а ты - родная тётка? Сними блок, я хочу всё вспомнить, мне нужно это вспомнить!
- Милая, это опасно, ты ещё не научилась контролировать стихии, они могут вырваться или, того хуже, выжечь тебя.
- Верни мне мои воспоминания, Веста! - глаза Рэйвен стали излучать белесый свет, выдавая пограничное состояние девушки, когда она теряет контроль над своей силой. Тонкое, миловидное лицо Ри исказилось гримасой боли, дыхание стало прерывистым и тяжёлым.
Валентина бросилась со скамьи на пол к сестре и схватила ту за плечи, заставив посмотреть на неё. Блум отскочила от хозяйки в сторону. Рэйвен постепенно пришла в себя.
- Извините, я не хотела, - девушка снова всхлипнула и прильнула в объятия старшей сестры.
- Не волнуйся, барсучок, - Ри всхлипнула, когда услышала своё ласковое прозвище, данное из-за её волос, градиентом переходящих от чёрного у корней до белого на кончиках, - это не твоя вина, а моя. Я не рассказала вам всей правды раньше, я не дала вам достаточно знаний и умений, не научила вас усмирять свою силу и пользоваться ней, не раскрыла ваш потенциал, не дала полноценной семьи, заперла в глуши, когда вы рождены, чтобы вести за собой тысячи.
Голос Весты дрожал всё сильней с каждой обвинительной фразой, но в конце своей речи она взяла себя в руки, как и всегда.
- Ты не виновата, - сказала Рэйвен, взглянув на Весту, - ты единственная мама для нас, ты нас сберегла, вырастила, воспитала, обучила, дала нам любящую семью, а именно такая семья и является полноценной. Ты не обязана была становится нам матерью, но ты стала. Спасибо, мама. Если бы не ты... я не знаю, что было бы с нами! Какая судьба была нам уготована? Что отец планировал сделать со мной? Ты знаешь?
- Да, я знаю, - ответила Веста, тяжело вздохнув и замолчав, как бы взвешивая, чтоит ли произносить следующие слова, - Перед побегом я подслушала разговор Бранда с каким-то мужчиной, я не разглядела его лица, но они обсуждали, когда он сможет забрать тебя, Ри. Сошлись на пятнадцати годах. Тогда я поняла, что никак не могу оставить тебя.
На этот раз Валентина не успела стабилизировать сестру. Сила Рэйвен не выдержала натиска её эмоций. Она успела отвести свои жемчужные глаза к потолку и у коттеджа буквально снесло крышу. Благо Веста предвидела подобные инциденты, когда селилась здесь с девочками, дом защищен рунами отвода глаз и находится достаточно далеко от селения.
Волной, как от мощного взрыва, их разбросало вокруг Рэйвен, а раздробленная на щепки и дощечки крыша обрушилась сверху. Веста едва успела накрыть всех покровом защитного заклинания. Валентина телекенетически отбросила самые крупные обломки за дом, а Алексис вбирала вырывающуюся из Рэйвен мощь, только она и могла совладать с таким напором стихий. Её ультрамариновые глаза становились всё ярче с каждой секундой, свечение от них заполонило комнату. В то время, как глаза виновницы разрушений меркли, тело съёживалось. Рэйвен опустилась на колени, а затем и вовсе рухнула на дощатый пол. После полного опустошения магрезерва её настиг откат. Малоприятное явление, но закономерное после спонтанного всплеска силы.
Грохот был оглушительным и теперь в лесной ночи стояла ошеломляющая тишина. Привычные звуки леса затихли, словно боясь продолжения этой фантасмагории.
- Твою налево, Рэйвен!!! Я состарюсь, пока всё здесь разгребу после тебя! Ты не могла разрушить дом в свою очередь уборки?! - Валентина психанула, но своей проповедью разрядила таки обстановку.
- Кхмммм-уммммм-кхааххахахах!
Дикий хохот донёсся из угла, где развалилась Лекса, она смеялась с таким надрывом, что приёмная мать и старшая сестра немного забеспокоились. После такого солидного приёма магэнергии извне она чувствует себя буквально опьянённой силой.
А вот Рэйвен, попытавшаяся встать, после выговора от Вэл, снова завалилась на пол, но уже в обморок.
- Горелый блин, ночь обещает быть долгой, - выругалась Валентина.
Совместными усилиями они перенесли бессознательную девушку в комнату сестёр и расположили на её кровати поверх стёганного небесно-голубого одеяла, которое Веста подарила “своему беспокойному барсучку” на пятнадцатилетие.