Страница 214 из 236
Он сдавил когтистые пальцы, за которые цеплялась ладонями охотница. Демон оскалился и вдруг со всей силы швырнул Уилсон в стену. Та, столкнувшись с каменной преградой, повалилась на пол, не двигаясь. Рука у нее была странно подвернута. Душегуб подпрыгнул к ней. Он наклонился, рассматривая истерзанное, помятое тело Джинджер.
- Ведь вы, люди, все равно не бессмертны, - сказал Душегуб вдруг обыкновенным, человеческим голосом, а не звериным рыком. – Даже у кошки всего девять жизней.
Девяносто три.
Уилсон тихо, едва слышно застонала. Затем, неловко и как-то дергано, она повернула голову, обращая свой едва здравый взгляд на демона. Она молчала, хватала распахнутым ртом воздух, а глаза ее с присущей охотнице дерзостью говорили:
«Ну, так добей меня. Какого черта ты ждешь?»
Душегуб помедлил секунду. Затем он выпрямился, выгибая лохматую спину. Он занес над телом Уилсон свою кувалду, делая широкий и щедрый замах. Опустись бы эта махина на девушку со всей своей многотонновой мощью, она бы расплющила охотницу в мокрое пятно. Джин замерла, даже перестав дышать в ожидании.
Томсон, приняв обличье волка, бросился на Душегуба, выскочив прямо из-за угла. Не ожидавший такого подлого нападения демон не успел ни отскочить в сторону, ни увернуться, так что монстр вцепился в него, и они, смешавшись, повалились на пол, покатившись в сторону в яростной возне. Уилсон громко вдохнула кислород и закрыла глаза, пытаясь заставить замершее в испуге сердце биться вновь.
Томсон сомкнул челюсти на плече демона, вообще-то целившись в его широкую, но короткую шею. Тогда кроль лихо повернулся, пригвоздив волка всем своим весом к полу. Он кое-как оторвал от себя челюсть зверя и двумя лапами ухватил за ее края, разводя в стороны и стремясь разорвать пополам. Волк начал активно сопротивляться, но вес демона надежно прижал его к земле.
Бросив взгляд на своего соперника, охотник вдруг выскользнул из его захвата – он вновь обернулся человеком. Йен сильно рисковал, воспользовавшись этим трюком – он мог быть либо раздавлен огромным весом чудовища, либо покалеченным его лапами, но охотник чудом успел лихо вывернуться и выскочить. Он отпрыгнул в сторону, отряхиваясь, словно собака от воды. Душегуб поднялся на ноги.
В это же мгновение на него вновь бросился волк, но на этот раз демон был готов – в его лапах очутилась рукоять кувалды и, замахнувшись, демон ударил ее по прыгнувшему животному, отшвырнув того в сторону. Тот врезался в стену и пробил ее массивным телом, обрушив на себя шквал из каменных осколков. Волк замер, распластавшись на полу.
Десять. Девять.
- Как вы мне надоели! – воскликнул Душегуб, вытирая пасть лапой от пены. – Убить!
Семь. Шесть. Пять.
Волк приоткрыл глаза, наблюдая за тем, как демон меняет руки на рукояти кувалды, как он медленно ковыляет к Уилсон, которая лежала в метрах двадцати. Четыре. Как он бросает на нее взгляд превосходства, что-то скомкано рычит. Три. Как он крутанул свой демонический молот в лапе, а затем, перехватив его и второй, занес над головой, немного прогибаясь в спине. Две. Как Джинджер отводит от демона взгляд и смотрит на Йена. В ее глазах промелькнула не мольба. И не страх. Какая-то иступленная, даже ослепленная вера в него. Охотница опустила веки.
Одна.
Душегуб едва повернул голову, - что-то огромное, необъятное и бесконечно сильное сбило его с ног, отшвырнув в сторону и волоча за собой. Все вокруг перемешалось – потолок и земля, пространство и время. Кувырком демон покатился по бетону, а затем одна огромная, почти такая же огромная, как он сам, лапа пригвоздила его к полу, перекрывая путь кислороду к легким. Огромная, вселяющая ужас морда Фенрира опустилась и нависла над ним, огненными глазами сжигая его дотла.
Душегуб скривился, - он попытался пошевелиться, но захват был надежным. И вдруг произошло то, чего еще никогда не случалось. Демон потерял контроль, выпустил из рук вожжи, управляющие его демонической силой. Прошло мгновение, и под когтями полубога лежал не отвратительного вида кроль, а обыкновенный мужчина, с глазами, полными благоговейного ужаса.
Его тело вжали в пол, проламывая в том нишу. Душегуб хрипло вскрикнул, ощущая, как ломаются его ребра и позвоночник. Фенрир склонил голову еще ниже, горячим дыханием обдав потерявшего все свои силы демоны.
- Я бессмертен!.. - пролепетал Душегуб неуверенно. Голос его заметно ослаб.
Фенрир оскалился и утробно зарычал, обнажая огромные клыки. Его дыхание буквально обжигало кожу Душегуба, заставляя ее краснеть и корежиться. Он самозабвенно закричал во всю силу от испытываемой боли. Даже камень вокруг него плавился, превращаясь в лаву. Сквозь завесу страдания демон услышал хриплый, злорадный смех, - будто сама Смерть насмехалась над его мучениями. Он открыл глаза и повернул голову, посмотрев на Уилсон, которая лежала все в той же позе, не сменив положения.
Она тоже смотрела на него. И в ее глазах плескалось злое удовлетворение.
- Приготовься, киса, - прохрипела она, скалясь. – Это была твоя девятая жизнь.
Лицо Душегуба исказилось в ужасе и страдании, он повернул голову, и в этот момент он увидел широко распахнутую пасть, из которой хлынула волна пламени…
…Однажды нормы предрекли старому миру конец. Они заглянули в будущее и содрогнулись перед неминуемым грядущим. Дрожащим голосом они сказали, что Фенрир, полубог в облике волка, уничтожит все на своем пути. Горы разрушатся, пересохнут океаны. Сгорят леса. И даже сама земля содрогнется под тяжелой поступью этого зверя.
Ни одни оковы не стали мне помехой. Ни цепи Лединг, ни Дромми не перенесли моей мощи. И даже волшебные звенья Глейпнир не смогли удержать меня надолго. Я разорвал все веревки на моей шее, я выбрался из темных пещер. Я пришел в этот мир совершенно один, преданный и брошенный. Я убью всех богов и всех демонов. Я достану до самых небес. Я откушу кусок от вашей луны и оставлю лишь полумесяц жалко висеть на небосводе в знак своей победы. Я погружу весь мир во тьму и хаос, а затем ослеплю его светом.