Страница 66 из 122
- Прости. Мне было холодно этой зимой, так холодно… А бедняге Диону еще холодней, ведь он с юга.
Это Грар мог понять, ведь не зря драконы впадают в спячку именно зимой. Он прищурился:
- Хочешь сказать, вы просто грелись?
Элидия вздохнула.
- Сначала просто, а потом… Он был такой милый и одинокий и мне стало его жалко. Я все же ведьма, ты не забыл? Нам трудно без мужчины, просто физически нехорошо. Чем старше, тем сильнее это проявляется. А потом… Я ведь всё равно должна была проводить его к близким. Ты же сам мне поручил, помнишь?
Грар тяжело выдохнул. Если бы он был в истинной ипостаси, то непременно бы пустил огненную струю, так что Эли оставалось радоваться, что сейчас перед ней не чешуйчатый монстр.
- Выходит, я как всегда сам во всем виноват? Да, Эли?
О, разговор выкатывал на наезженную колею. С этого места ведьма могла предсказать каждую реплику, да что там: каждую интонацию. Сейчас Грар знатно помотает ей нервы, но потом отпустит, ничего ни ей, ни принцу не сделает и даже, возможно, поможет. Только возьмет с неё слово вернуться. А вот когда она придёт к нему снова…
Элидия не сомневалась: вот тогда-то дракон и отыграется на ней по полной за все свои переживания. Но что думать о том, что будет когда-нибудь? Живем-то мы сейчас и вопросы надо решать тут, на месте.
Эли шагнула вперед и обняла мужчину-дракона, прижалась к нему, потерлась щекой о твердую грудь в распахнутом вороте рубахи и мурлыкнула:
- Милый, ты ни в чем не виноват. Кто виноват в том, что ты — дракон, а я ведьма? Боги? А с них какой спрос?
Он сначала повёлся, тоже прижался к Эли, зарылся лицом в густые темно-рыжие волосы, но внезапно отпрянул и спросил с издёвкой:
- Это тебе боги подсказали сбежать с твоим принцем куда подальше пока я не проснулся?
Эли засмеялась тихим грудным смехом:
- Грар, ну о чем ты… думаешь, я не знала, что от тебя не скроешься? Даже наш наивный Дион не питал подобных иллюзий. Я увела его как можно раньше, чтобы никто в деревне и вообще в горах не понял, что у меня всю зиму жил молодой мужчина. А то мне туда нельзя будет вернуться.
Кажется, до дракона начало доходить.
- Ты собираешься вернуться? - Эли утвердительно затрясла головой, - А как же принц? Кстати, он ускакал с такой скоростью, что ты рискуешь его не догнать.
Последнюю фразу Эли пропустила мимо ушей. Догонит, куда денется. Тут до самого Этина дорога прямая. А вот про вернуться… Грара же именно это волнует?
- Да, мой дорогой, я собираюсь вернуться. Там, в горах, мой дом. А принц… Сначала я помогу ему, затем он поможет мне… Когда наши расчеты закончатся, я вернусь.
Кажется, она нашла верный тон и верный путь. Дракон услышал все нужные слова и правильно их понял:
- Ты хочешь заставить его что-то сделать для тебя? Что-то, в чём я тебе помочь не могу? И тебе это действительно нужно?
Эли потупилась и смущённо улыбнулась своему дракону:
- Прости. Ты же знаешь, я ведьма, а мы все стоим друг за друга. Ты дракон и можешь меня защитить где бы я ни была. Но моих сестёр на юге убивают! Забивают камнями, топят, вешают, сжигают… Я жила в горах и ничего об этом не знала. Даже так: не хотела знать. Но мне подвернулся счастливый случай в виде этого принца. Он наследник, а значит, будет королем. Я обязана заставить его принять законы в пользу ведьм, дать им защиту.
- Ты никому ничего не обязана! - взревел Грар.
Эли грустно усмехнулась.
- Ты не прав, это мой долг. Я дала клятву своей бабушке. Клятву жизни и смерти.
Ведьме пришлось заткнуть уши, раскрыть пошире рот и упасть ничком на землю. Вой разъярённого дракона иначе можно было и не перенести. Грар снова обернулся, взлетел и стал нарезать круги над распростертой на земле Элидией. Но постепенно он успокаивался, круги сужались и вот он уже на земле, в человеческом облике склонился над своей подругой, поднял ее и снова прижал к себе.
- Эли, Эли как же так случилось?… Я понял: ты уходишь, потому что должна, и этот принц — он только инструмент. Симпатичный, между прочим. А я? Как я буду без тебя? Ты об этом подумала?
Девушка поначалу не стала ничего отвечать, ей надо было хорошенько поразмыслить, прежде чем открывать рот. Но когда держать паузу уже не было никаких сил, заговорила:
- Ни о чем другом я не думала. Как ты будешь без меня и как я буду без тебя. Плохо нам будет, Грар. Но… Ты помнишь, как к тебе прилетала мама? Она тогда говорила со мной… Я не стала передавать тебе наш разговор полностью, боялась обидеть, а она сказала: «Грар никак не станет взрослым и не научится принимать правильные решения, а в его возрасте уже пора. Но пока он с тобой, он чувствует себя настолько комфортно, настолько защищён от необходимости думать самому, что это начинает уже беспокоить». Она права и события, связанные с принцем, тому подтверждение. Тебе надо научиться самому принимать решения и думать самостоятельно. Без меня. Вот я и думаю сейчас: сколько лет понадобится прожить вдали от тебя, чтобы ты наконец повзрослел? Двадцать, тридцать, сорок? Для тебя это мгновение, песчинка, драконы живут очень долго. Ведьмы тоже не бабочки-однодневки, но не было бы слишком поздно для меня…
- Сорок — это чересчур, - сердито фыркнул Грар, - максимум тридцать. Если мама сказала…
Эли в душе похвалила сама себя за то, как ловко сплела ложь с правдой. Ведь мать Грара, мудрая драконица, действительно говорила ей нечто подобное, нужно только было вовремя вспомнить и вставить в свою речь.
- Ты можешь у нее спросить, - с готовностью подтвердила Элидия, - Но я сейчас не об этом. Что будет, если дело затянется и я вернусь не осенью, а действительно через тридцать лет? Ты меня примешь?