Страница 71 из 306
Заф, не удержавшись, заулыбался. Представление Итанима о том, как можно установить связь, забавляло.
– У нас нет разъемов для такого. И переходниками мы не пользуемся. Но все равно – спасибо за предложение.
Посидев еще около часа на диване, Рис сходил на кухню за йогуртом и ложечкой. Оторвав крышечку, протянул пластиковый стаканчик Зафу.
– Почему он такой?
– Какой? – Не понял хирург, послушно заглянув внутрь. Йогурт выглядел свежим, и пах клубникой. Конечно, настоящей клубники там быть не могло, но Заф старался брать продукты, в которых было хоть что-то натуральное.
– Такой. – Повторил гибрид. – Он... ИИ знает, как выглядит пригодные в пищу продукты, разбирает запахи на составляющие, подтверждая, что срок годности не вышел и консистенция с цветом соответствует норме, но...
Итаним замер, мучительно пытаясь подобрать слово.
Заф не шевелился, терпеливо ожидая ответа.
– Это – вкусно? – Наконец неуверенно спросил Рис, посмотрев сначала на стаканчик в руке, потом на хирурга, ожидая ответа. – Это, когда ешь... Что во рту. Оно – вкусно? И пахнет так... Хорошо?
Вечером Заф вновь открыл файл с заметками.
«Прорастая, зерно меняет тело. Похоже, Рис обзавелся не только гетерохромией. Пока что росток не осознает себя полностью и не понимает многого, но это обусловлено отсутствием первоначальных знаний и «оси». Но изменения более глобальны, чем я думал.
Нервная система тоже изменилась. Мне не хватает аппаратуры из Отдела, чтобы говорить с точностью, но зерно не просто проросло, но и напрямую подключилось к нервным окончаниям. Рис за вечер несколько раз спрашивал меня, что не так с едой. Он слышит, как она пахнет, ощущает вкус, но не может пока идентифицировать эти ощущения, и за помощью обращается ко мне.
Как... Когда нас забрали из приюта, Ил долго не мог поверить, что хлеб может быть вкусным. Вот он и переспрашивал нас по пять-шесть раз, чтобы убедиться, что ему не кажется».
***
– А точно все нор…
– Повторяю еще раз – не мешай, - с едва заметным раздражением протянула Соня, не отрывая взгляда от бесконечных столбиков цифр. – Интересно…
Заф посопел еще немного, повздыхал, и в итоге уселся на диван, растопырив крылья. Протянув руку, снова потрогал холодный металл зажима.
– Да говорю же, успокойся. Ничего твоей кукле не будет. Это нормальное состояние при полном подключении к терминалу. – Равнодушно пояснила девушка. – В восьмидесяти процентах у гибридов возникает асистолия в первые полторы-две секунды, когда подсоединяешь переходник.
– Меня это ни капли не успокаивает, - проворчал хирург. – А что, если бы сердце не забилось? Ты могла бы и предупредить о таких вещах…
– О ветер, какие вы все нежные! – Соня всплеснула руками. – Нельзя его по-другому подключить к терминалу, ясно?! А без подключения я не могу его просканировать на стенде!
– Ясно. – Сникнув, пробормотал Заф, вновь прикоснувшись пальцами к зажиму.
Несмотря на собственное недоверие, человеческими приборами можно было определить расположение и рост зерна. Ими оказались лицензионные лабораторные стенды компании IMT нового поколения. По правилам компании их не могли даже вывозить из главной лаборатории, чтобы не повредить аппаратуру стоимостью в несколько десятков тысяч.
И сейчас стенд занимал почти все пространство маленькой гостиной, и Зафу с трудом хватало места, чтобы просто развернуться между ним и диваном.
– Между прочим, в правилах эксплуатации кукол крупным шрифтом прописана необходимость ежегодной проверки, - запуская первый уровень сканирования, заметила девушка. – Сама процедура бесплатная, если проводить ее в ближайшем салоне по предварительной записи. Куклам сканируют ядро, проверяют работу всех усилителей, чистят от вирусов и добавляют новые блоки кодов к ИИ.
Из специальных пазов в стенде выдвинулись похожие на белые листки на ножках сканирующие элементы, зависли над телом гибрида.
– Я читал, - бесцветно ответил крылатый. – У меня записана проверка до тридцатого апреля. Только...
Только времени столько уже не было.
Зафу осталось тридцать два дня, а на улице было лишь восьмое января.
– А еще у твоей куклы гетерохромия, с волосами и глазами, - добавила Соня, не отрывая взгляда от экрана, на котором высвечивались результаты второго уровня сканирования. – Хотя думаю, уж это-ты заметил.
Передвинувшись по дивану ближе к девушке, Заф тоже посмотрел на экран. Данные на нем мелькали быстрее, чем хирург успевал их полностью прочитать, мешаясь со снимками кровеносной и нервной системы.
За вторым уровнем последовал третий и четвертый. А на пятом экран мигнул, отображая наконец обнаруженное «неизвестное образование».
– Смотри сам, - поднявшись с принесенного из кухни стульчика, Соня уступила место за терминалом, - к сожалению, в вопросах выращивания рассады внутри куклы я не сильна. Этот твой «последний шанс» хоть пророс?
Проросшее зерно оплетало само себя тончайшими нитями, и на экране терминала казалось чем-то средним между комком паутины или спутанным клубком с двумя темными частицами. Одна расположилась у сердца, как и предполагал Заф. Вторая же была выше, в голове, опутав светлое на снимке ядро.
Если бы росток можно было развернуть, то нитей хватило бы, чтобы полностью прорасти сквозь все тело Итанима. Тогда перерождение могло бы пройти по всем правилам.