Страница 271 из 306
Арх смотрел на Ирина со смесью усталости и смирения.
Третьим на помост вскочил Вольф, и непринужденно встал возле пьедестала, опершись на него боком.
– В тот момент, когда ты решил совершить месть, уже всем было известно, что Заафир живой. – Спокойно произнес Илья. – И да, ты прав – Дарелин является чистокровным лиром. Но он официально признан нами как оперативник и как киррэн. Как твой киррэн в том числе. И все права, в том числе право взять под крыло у лира были. И он может требовать мести, так как ты попытался убить того, кого Дар защищает. Но ты так же под крылом у лира, и лишь по этой причине Дарелин ничего не требует.
– Да не нужна мне его защита! – Зло выкрикнул Ирин. – Я поступил согласно законам, и сделаю так снова! Лир не может быть лае! А химеру нельзя взять под крыло, пусть Эрелим в нее запихнет хоть дюжину зерен!
Марек вспушился еще сильнее, краснея пятнами. Такого поведения от младшего брата он тоже не ждал. Пойти против отца!
Дарелин опустил голову, уткнувшись лицом в ладони.
Карм ощутил, что воздух вокруг него становится вязким, как ледяная вода, и дышать получается через раз. Ил беззвучно шевелил губами.
Тихий в общем-то щелчок по голограмме прокатился по залу подобно удару в колокол. Вольф растянул виртокно на максимальный размер и повернулся лицом к остальным.
– Можно я выскажусь, начальник? – Хирург смотрел лишь на арха. И Илья едва кивнул, делая шаг в сторону. – По сравнению с другими расами, у нас очень мало законов. Есть право на месть. Есть право взять под крыло. И никогда прежде еще у нас не возникало таких ситуаций, когда нельзя вынести однозначное решение. Дарелин взял гибрида под крыло, потому что Заафир сделал это. Мы не знаем мотивов Зафа, но Дар поступил так ради сына. Ирин решил отомстить, и попытался гибрида убить.
– Я сделаю это снова! Вы мне еще спасибо скажете! – Не выдержав, закричал Ирин, и осекся, когда откуда-то сзади по затылку ему прилетела смятая бумажка.
Рино на подоконнике насупился, перекатывая в ладонях второй бумажный снаряд.
– Если тебя это успокоит, то я могу принести тебе благодарность прямо сейчас. – Лае переложил в другую руку сканирующую рамку, останавливая мелькание картинок на голограмме над своей головой. – Ирин, младший из детей Тиамы, я благодарю тебя за то, что ты попытался убить химеру по имени Рис. И моя радость безмерна, что ты не смог завершить начатое.
Ирин пренебрежительно фыркнул. На голограмме выстроились в ряд несколько бескрылых созданий.
– Хотя бы потому, что не пришлось делать ремонт в Отделе. – Продолжил хирург. - По предварительным расчетам, снесло бы половину крыла, не смотря на все щиты и барьеры. Погибших было бы минимум десять – и ты был бы в их числе. В худшем случае задело бы одну из точек опоры и Древо – и множество пострадавших. А если отбросить всех погибших, то стоимость отстройки и ремонта весьма сильно подкосила бы бюджет, - задумчиво отметил Вольф.
– Я все равно добью эту гадину, и вы мне будете благодар-ыы... – Вскочивший на ноги Карм подскочил к брату и закрыл тому рот ладонью, не позволяя закончить фразу.
Собственное терпение закончилось как-то враз, и чаша терпения рухнула на бок.
– Я с тобой еще поговорю, идиот... – Прошипел старший брат на ухо Ирину, предотвращая попытки вырваться, и силой утащил его обратно на лавочку.
Вольф еще миг смотрел на бескрылого лае, а потом вскинул голову.
– О чем это я? Ах да... – Хирург тряхнул головой, словно действительно потерял нить разговора. Щелкнул пальцем по рамке. – Перед тем, как начальник сообщит свое решение, я хотел бы показать одну вещь, которая, возможно, изменит мнения некоторых по поводу моей благодарности.
Вздох Гавриила-старшего, тоскливый и бессильный, услышали все.
На голограмме, зависнув в воздухе, находился Эли. С левой стороны от него находился Ерк, справа – Рыбка. Маленький лилим, единственный из всех сумевший попасть в этот список.
Ясень, предпоследний из проекта хромов.
Последним в ряду находился Заафир.
Хирург вытянул его на передний план.
Вольф провел пальцем по планшету, и изображения поблекли, стали нечеткими. Ярко высветился кокон, оплетающий все тело крылатого оперативника. Золотые нити, красные, пурпурные перетекали друг в друга, перекидывались на раскрытые крылья, оплетали, словно паутина. Пурпур закрывал всю грудь и голову. Красные и золотые едва касались перьев.
– Вот энергетический отпечаток лае-полукровки. А вот образы сосудов. – Лекторским тоном пояснил Вольф, словно кто-то мог этого не знать.
Кокон на теле Ясеня едва светился, но сильно размывал облик, мешая понять черты лица или расовую принадлежность.
На Рыбке свечения было больше, и на груди бился пурпур, разгоняя красные всполохи к рукам и ногам. Крылья почти не светились, но несколько золотых нитей все же были.
Эли был весь покрыт красными и золотыми нитями. Пурпура было намного больше, и даже в длинных заплетенных волосах мелькали его искры. Вольф развернул голограмму спиной, позволяя рассмотреть спину сосуда и энергетические наросты на лопатках. Эли был эльвиином, бескрылым, но нити кокона выгибались, очерчивая небольшие горбики.
Последним в ряду был Ерк. Самый первый и самый старый сосуд. Эаль, которого исцелили хромы.
Голограмма не была статичной. Ерк хмурился, передергивал плечами, шевелил длинным тонким хвостом, закручивая его в колечко.
Выдержав драматическую паузу, Вольф включил и его слепок, показывая энергетический фон.