Страница 260 из 306
– Хорошо. А как можно объяснить это? – Арх прокрутил видео и остановил на моменте, когда Малкольм сполз по стене на пол. Вторая запись показывала замерших в Зале Перехода крылатых и остановишегося лира прямо в сверкающей арке. Время на этих двух записях совпадало. – Почему Малкольм упал? Его же никто не бил.
Вольф, выпрямившись в кресле, вытянул шею, рассматривая две замершие картинки. Пошевелил губами. Заморгал, словно только сейчас проснувшись и не понимая, где находится.
А потом хирург, вскочив на ноги, вцепился в планшет с другой стороны обеими руками. Арх разжал пальцы. Крылатый в минуты, когда его накрывало жаждой исследования, был неостановим.
– Мне надо проверить! – Запоздалый вопль Вольфа раздался из коридора, эхом разлетевшись по всему этажу.
С задержкой хлопнула дверь, стукнувшаяся о стену.
Илья постоял, рассматривая опустевшее кресло и одинокое белое перышко на столе. Опустив взгляд, посмотрел на собственные руки.
А потом помассировал пальцами виски.
***
Марек, негромко насвистывая, колдовал на кухне. Конечно, на самом деле никакого волшебства в действиях крылатого не было, но в детстве Карм считал всех поваров магами.
Не чудо ли, что из горячей воды и каких-то травинок получается такой вкусный чай? А если в получившееся варево добавить белый шершавый камушек, то напиток еще и сладким будет.
Пока ты ребенок, множество действий представляются иначе, и все кажется другим, наполненным тайным смыслом. Вот только Карамель рано вырос, и не мог забыть поваров, которые не докладывают порций и прячут в шкафчиках пакеты с мясом.
А еще некоторые из «магов кухни» заводили себе любимчиков среди приютских. И именно этим детям доставалась вторая порция картошки, сыр и вареная половинка яйца с сероватыми крупинками соли.
Марек шевельнул крылом, аккуратно досыпая кофе в кофеварку.
– Как Рис? – Не оборачиваясь, спросил лае. Чтобы услышать старшего брата, крылатому не нужно было оборачиваться.
Карм немного расстегнул молнию на куртке формы, и присел на ближайший стул. Не выдержав, нахохлился, наклонившись над столом и прижавшись лбом к твердой холодной поверхности столешницы. Закрыл голову руками и вспушил перья.
– Очнулся. – Буркнул крылатый. – Вольф говорит, что шансы на полное восстановление очень высоки. Росток не погиб.
Младший брат вздохнул, и потянулся к стоящим на полочке чашкам. Отодвинув в сторонку две новенькие, в забавный цветной горошек, Марек вытянул из дальнего угла одну из самых старых. Аккуратно ополоснул под краном, избавляясь от случайно осевшей на стенки пыли.
По кухне как-то разом, в один вдох, распространился запах кофе, щедро разбавленный молоком.
На стол перед Кармом опустился поднос с выпечкой. Круассаны у Марека получались всегда разной формы, но начинка оставалась неизменной. Заварной крем, кусочки клубники и слива. Несмотря на свою страсть к экспериментам, именно этот рецепт крылатый не менял. Аромат еще горячего теста вплелся в кофейный.
– Ты не рад. – Заняв стул напротив, спокойно заметил младший брат, пододвинув кофе.
Лае приподнял голову, и со вздохом сел нормально.
Чашка, заполненная до краев кофе с молоком, была старой, выцветшей от времени, с дурацкой нарисованной птичкой на боку. Крылышки у нее облупились, и понять, какого цвета оперение, можно было лишь по голове.
Оранжевые крылышки.
Его собственная детская чашка.
– Я не знаю. – Честно признался Карамель, осторожно сделав первый глоток. – Это все... Мне кажется, если бы Ирин убил химеру раньше, то было бы... Проще, что ли. С другой стороны, Ирин поступил как... Как...
– Неправильно. – Тактично подсказал Марек. Старший брат убито кивнул.
– При этом я прекрасно понимаю, что химереныш ни при чем. Он не виноват, но я продолжаю его обвинять в смерти моего брата. Он не украл зерно, не забрал его шантажом, а раз росток в нем пророс, то так и было нужно, но все равно... Я понимаю, что обвинять детеныша неправильно, но ничего поделать не могу. Да и... - Карм снова замолчал, откусив кусочек пирожка треугольной формы. – Ирин – мой младший брат, и это все усложняет.
Лучше бы этого Риса вообще не было. Или пусть вместо него была бы простая неразумная химера.
Или перья с ним – просто робот с развитым ИИ.
Марек покачал головой. Старшенький не любил смешанные эмоции, и любил все раскладывать по полочкам.
Вот Ирин, Карм его любит и будет защищать. Вот Заафир – родной брат, ради которого можно и убивать. Вот химереныш, Карм его не любит, и защищать не будет. Но Заафир взял под крыло химереныша и даже нарушил кучу правил. А Ирин химеру ненавидит.
Добавить отца, который Риса взял под крыло, и относится к нему, как к новому ребенку.
И сам Марек, который вместе с Илом, Серфином и Елькой договорились защищать Риса ради отца.
Нельзя одновременно оправдывать Ирина и защищать гибрида.
Хотя бы потому, что в этой ситуации Рис вообще ни в чем не виноват. И Карм, и Марек несколько десятков раз пересмотрели видео.
Как все это можно упорядочить и назвать кого-то плохим, а кого-то – хорошим?
В Отделе не было законов на такой случай. Лае не поднимали крыльев друг на друга, не обманывали и не пытались убить собственных сородичей. Было несколько правил на случай превышения самообороны против представителей других рас, но этот случай сюда не подпадал.
При этом Рис находился под крылом у Дарелина. А лир причислялся к оперативникам Отдела и соответственно, обладал теми же правами, что и все лае. И имел право на месть, потому что формально гибрид тоже считался крылатым.