Страница 37 из 124
XVII
Марк выбрался на улицу. Там понемногу начинало холодать и его одежда становилась с перебором не подходящей по сезону. Часы на телефоне показывали десять минут пятого. Нужно было побыстрее добраться до той остановки, к которой Марк подъехал по пути сюда, поэтому он решил сократить путь сквозь дворы. Легкий мороз, почти сразу начал слегка пробивать его тонкие подошвы, дырявых кед. Дороги и бордюры в дворах, были в основном расчищены. Единственное что смущало в этой приятной картине — так это заваленные сугробами клумбы. Причем сугробы представляли из себя вполне натуральные горы, по крайней мере внешне. Каждая из этих снежных скал — была свалены не за один проход снегоуборочной машины и росла на протяжении всей зимы. Они представляли из себя гору снега — прослоенную грязью оставленных машинами, моторным маслом и сажей выхлопных труб. Если долго всматриваться, можно было забыть из чего они состоят и заметить что темные участки — выглядели будто оголённая под снежным покровом часть скалы. Это конструкция тянулась вдоль домов, как настоящие горные хребты, которые прерывали лишь редкие двери подъездов и арки ведущие на другую сторону домов.
К Новому Году, видимо, ударят не слабые заморозки и было бы неплохо, если они заглянут вместе со снегом. Если скрыть это уродство из грязи и льда под снежным покровом — это зрелище из куч снега, вполне себе могло выглядеть привлекательно. По крайней мере Марк на это надеялся. Добираясь до остановки, он пожалел что у него опять почти сел аккумулятор в телефоне, всё из-за того что он так слабо его зарядил в спешке сборов. Прослушивание музыки отменялось и это немного его удручало. Теперь ничто не отвлекало Марка, от этого враждебного пейзажа этих чужих дворов.
Тут на него начало снисходить легкое озарение, мелкие краешки отчужденных мыслей стали цепляться за его разум. Эти мысли начали формировать полный образ идеи, которая должна была обеспокоить Марка, уже некоторое время назад. Но пока все это привело лишь к тому — что он еще раз обратил внимание на свои руки. Марк пощупал под рукавами куртки, осмотрел ладони, он не чувствовал и следа от тех ранений, что ему нанесли пару часов назад. Это было немыслимо. Всё это начинало сходиться в странный образ, что слегка стал его тревожить. А еще последствия от тех ударов спиной, Марка они тоже не коснулись. А ведь с его помощью смяли не одну доску. Может в драке, при повышенном адреналине это и было нормально, но по итогу, он не должен был так прытко покинуть поле боя и на данный момент так свободно и прытко передвигаться. Марк потрогал свой лоб — но на нём красовался лишь маленький и аккуратный шрам. Ему мало того что разбили лоб, так еще и знатно переехали по затылку, от такого обычно остается как минимум не слабое сотрясение! Но на Марке, больше не осталось никаких следов. Ни одного очевидного напоминания о том, что сегодня в обед, они с одним огромным верзилой, превратили в поле битвы местный общественный туалет.
Где-то за углом дома пролетел патрульный дрон — еще одно средство слежки за обществом. Только этот, минимально вмешивался в рядовое течение обстоятельств. Он занимался лишь сбором информации и промышленным шпионажем за назначенными целями. Именно они обычно патрулировали спальные районы — чтобы не привлекать лишнего внимания гневающихся на робототехнику стариков и не раздражать общественность.
У Марка заколотилось сердце. У него перед глазами, без остановки всплывали те сцены из кафе. Всё неслось как на сломанной карусели которую при вращении подбрасывало то вверх, то вниз, и вот оно дошло до момента, когда Марк выбросил в зал тело своего противника. Во рту снова появился этот привкус дыма, будто у него на языке разожгли небольшой костер который не обжигал его изнутри. В глазах побагровело так, словно их начало заливать кровью. Марк отшатнулся и не мог прийти в себя, его повело в сторону сугроба. Его не радовала эта перспектива, стоять на ногах и ждать что произойдет дальше. Марка мутило и вело, ноги не слушались а сердце билось как одержимое, он упал на колени рядом с сугробом и выгреб немного чистого, замерзшего снега. Трясущимися руками, он с трудом раскрошил эти проклятые льдинки в руках и приложил к лицу. Он прижимал осколки льда, к гудящим от прилившей крови вискам и глазам, перед которыми сгущалась багровая пелена. Марк старался держать себя в руках и соотносить все события настолько разумно — насколько позволяет его состояние.
Марк одряб за столько лет на кухне. Он был высоким, по крайней мере значительно выше среднего, а весил всего семьдесят три килограмма. Марк ни в жизни не смог бы, так лихо бросать человека — который был почти в два раза крупнее его. Марк понимал, что всё это было крайне неестественно, особенно раны которые затянулись буквально на глазах. Странные ощущения начали его отпускать так-же неожиданно, как и накатили. В груди становилось всё спокойней, привкус дыма начал растворяться а глаза, теперь просто немного жгло. Он продолжал держать у висков лёд и старался выровнять дыхание, в это время за ним прошлась бабулька и презренно кинула ему в спину «Пьянь, тьфу, отвратительно». Марк бросил на неё злобный взгляд и послал куда подальше, прорычав это так, что бабулька в испуге ускорила шаг. Бедная бабушка настолько разогналась — что грозилась развалиться по пути, не выдержав нагрузки от скорости.
Как только Марк почувствовал что начал приходить в норму, он поднялся на ослабшие ноги. Но тут же почувствовал, как к ним вернулось их нормальное состояния и он снова твёрдо стоял на земле. Марк прислушался к своему самочувствию и оно говорило, что тело вновь пришло в норму. Однако тревога, а также те мысли которые её пробудили, не ушли никуда. Он перестал витать в облаках, когда понял, насколько нелепо выглядит со стороны. Марк выкинул подтаявшие льдинки, которые до сих пор держал в руках и с опаской делая первые шаги — продолжил свой путь.