Страница 166 из 241
- Минус две! – через плечо крикнул Войс понукая и без того выбивавшуюся из сил лошадь. – Помяни мое слово, тут не обошлось без Единой.
- Да при чем тут Она! – снова завелся Робэродриг. – Бандиты какие-нибудь, разуй глаза, кругом дикие горы!
- Глупец! У Натай была Слеза Звезды!
- И что?
- Ничего! Говорю еще раз, Единая развлекается, мы для нее игрушки, подопытный материал!
- Тьфу! Я видел порождение Тьмы и Посланца, при чем тут …
- Вот! Посланец-то чей? – Войс хитро прищурился. – А боги, чьи помощники?
- Чушь! Не верю! – затряс головой Робэродриг.
- Просто ты еще только на Первой ступени и много не знаешь. Поверь, мне потребовалось много лет, чтобы все это осознать.
Храмовое ущелье загудело от множества конских ног. Нашлись осторожные, кто начал сбавлять скорость опасаясь обвала, отвага отвагой, но рисковать без нужды глупо, вскоре эдайны оторвались далеко вперед.
Ущелье расширилось, словно старалось обогнуть с обеих сторон одинокий скалистый зуб. Собль за века изменилась до неузнаваемости, гигантские лики, выбитые на отвесных стенах, встречали путника всюду. С какого угла не взгляни на гору, ее многие глаза всегда следили за нарушителем покоя.
У подножия кипела суета вокруг двух куч древесного склада, грозные боги в мрачном молчании наблюдали за людской беготнёй.
- Ва́ндервиль, какая Она? – внезапно спросил Робэродриг, когда они приближались к Многоликой горе.
- Богиня! – односложно ответил Войс, не отрывая взгляда от верхушки горы.
А посмотреть было на что, в Небесном алтаре полыхал ослепительной белой искрой огонь, чье происхождение становилось понятно и без дара.
Открыв рты, люди оставили свои дела, во все глаза глядя на странных всадников, высоких, белокожих, так непохожих на всех.
Спешившись, эдайны оставили лошадей на Симона и бросились к неприметной каменной тропе, карабкавшейся по отвесным стенам.
Минут через десять, наконец, показались распахнутые ворота склепа, на пороге стоял щуплый человечек с ног до головы одетый в черное. При виде эдайнов, холодное выражение лица встречающего не изменилось, с независимым видом он лишь чуть склонился приветствуя:
- Шанур. К вашим услугам, господа!
Надменный тон вызвал у Войса снисходительную улыбку.
- Ну, что ж, милейший, я – Вандервиль–Ойн Войс!
Робэродриг также представился и неожиданно удостоился более приветливого приема.
- Ваша Светлость! Предупрежден о вашем прибытии и уполномочен оказывать Вашей Светлости любую посильную помощь. Проходите.
Картина открывшаяся взгляду пробрала до костей - стены, пол, потолок, надгробья стожей, словом все было вымазано кровью, от вони накатывала тошнота. Та же «живопись» украшала всю Священную залу второго этажа, через вывороченный пролом в стене натекло много воды, пол пропитался влагой, среди раздавленных черепков, поломанных свечей и разбитых божественных ликов лежали два истерзанных тела. Марисвель-Улейна была относительно узнаваема, а вот Сотэмикс-Айнэю удалось признать не сразу. Выпотрошенное до основания тело, имело жуткий вид, поломанное и разодранное, голова нашлась в дальнем углу.
- Я пришел сюда несколько дней назад и ничего не трогал, – спокойно, даже равнодушно проговорил Шанур.- Как только будут собраны костры, останки спустят вниз для сожжения, а в храме начнутся работы по уборке.
- Как вы думаете, чья это работа? – поинтересовался Войс, впрочем, он не шибко надеялся на ответ.
Но Шанур, не спускавший с него глаз, ответил:
- Могли быть юнолы. Но могли и люди. Хотя, полагаю, причину какой-нибудь мести мог найти любой народ.
Робэродриг приподнял в изумлении брови, паршивый полукровка намекал на Дни Гнева и явно намекал на эдайнов! Не было сомнения, этот малый хорошо образован и много знает для рядового обывателя.
Вызов почувствовал и Войс, но виду не подал, он неторопливо обходил стены и колонны, ощупывая внимательным взглядом каждую трещинку. Снизу послышался шум, это появились люди Иво Бергера, возгласы ужаса и негодования разносились по всему склепу. Шанур извинился и отправился вниз, переговорить с вновь прибывшими.
- Как тебе нравится этот выскочка? – возмутился Робэродриг.
- Оставь, - отмахнулся Войс, снимая рюкзак. - Пусть думает, что хочет, у нас хватает забот.
В это время в зале появились люди, сразу стало шумно:
- Вы только посмотрите! Это работа юнолов, больше некому!
- Сыроеды проклятые!
- При чем тут юнолы? – попытался заступиться за хвостатых Робэродриг.