Страница 160 из 241
- Наташа! … Стой, куда ты!
- А? – она открыла глаза, все еще закрывая голову руками.
Нолатэн держал ее крепко за локоть, не давая выйти на карниз. Все недоуменно смотрели на нее.
- Извините, – пробубнила Наташа,- мне почудилось, что потолок рушится.- Прижав руку ко лбу, она вернулась на место, сердце колотилось как бешеное. Из-под плаща выглянула сонная мордочка Коца.
- Гроза, – кивнул Дрокс и на всякий случай переместился ближе к выходу, перекрыв его собой.
- Пока ты не выпорхнула отсюда, сядь вот здесь, – Кринф похлопал между собой и Асканом.
- Мы тебе колыбельную споем, - дружелюбно улыбнулся Рыжик, - будешь спать спокойно.
- Уснешь тут с вами! – буркнула Наташа и подхватив хорька, подсела к Нолатэну, не заметив, как тот с превосходством насмешливо покосился на друзей.
Брошенный для удобства хворост, особо не смягчил камень, каждая веточка, каждый сучок ощущались через плащ; в конце концов, она устроилась, облокотившись на круглый бок юнола. Сытое утробное урчание успокаивало, отодвигая на задний план кошмары грозы. Хорек свернулся пушистым комком на коленях и причмокивая, сладко сопел.
Хрупкая тишина была нарушена вновь. Глухое рычание испугало до полусмерти, Наташа в ужасе шарахнулась, больно ударившись плечом о камень. Словно отдаленные раскаты грома, рычание неслось отовсюду, эхом отражаясь от стен и потолка пещеры. Куда ни повернулась, всюду мелькали зеленоватые блики, отбрасываемые драконьей чешуей.
- Ой, мамочка! - не помня себя, Наташа кинулась к выходу, навстречу взметнулся разъяренный дракон, забравшийся на карниз. И бежать некуда, всюду камень, это ловушка!
- Наташа!
Вздрогнув, она очнулась, обливаясь холодным потом, над ней стояли встревоженные юнолы, вокруг валялись в беспорядке плащи и ветки.
- Ты сильно кричала! – Нолатэн с тревогой смотрел на нее.
- Извините, – сотрясаемая дрожью Наташа, в страхе озираясь по сторонам. – Просто, дурной сон.
- Как их, однако, много! – на полном серьезе заметил Дрокс.
- Ты ничего нам рассказать не хочешь? – сощурившись, поинтересовался Нолатэн.- Твои сны, грязный вид прошлой ночью, рана на руке?
Помрачневшие юнолы в задумчивости смотрели на ссутулившуюся фигурку отрицательно качавшую головой.
Это были первые страшные сны, предвестники головных болей и бесконечных бессонных ночей, наполненных беспричинным страхом.
Глава 25. Встреча
Бывает, что даже не знаешь, где найдешь, а где потеряешь, неизвестный враг может стать другом, а друг – врагом. Ты уже не знаешь точно, нужна тебе Родина или нет, потому что забываешь, какая она была прежде, а ее настоящее страшит.
Робэродри́г торопливо одевался, дорога предстояла долгая и дождливая, следовало позаботиться о комфорте: длинный непромокаемый плащ, высокие сапоги, кожаные камзол и штаны. Он ненавидел этот наряд, в особенности плотные кожаные узкие штаны, да, для верховой езды очень удобны, но в жизни лучше носить что-то по свободнее и по проще. Возле кресла стояли полные седельные сумки собранные Симоном. Не надеясь на память слуги, Робэр достал из сундука пару запасных носок и живо запихнул в багаж. На столе дожидались своей очереди ремень и ножны с перевязью, но мысли все еще бродили по Пустой площади, перед глазами все еще горел Священный костер Ахета, яростный пожар посреди моря серо-свинцовой воды. Робэродриг припомнил времена, когда Гнедой Ахет был молод и горяч, привыкший получать все и сразу.
«Надо же, как судьба оборачивается, вчера жив и здоров, а сегодня завернут в промасленную кожу и уже дымиться в огне!»
Все прошло обыденно и просто, подобных прощаний промелькнуло достаточно за уже не маленькую жизнь. Священный костер не самое изощренное изобретение человечества, имелись чудачества и похлеще, но надо признать, утилизация останков через сожжения являлась, по мнению Робэродрига, самой санитарной из всех.
Задержавшись возле стола, он порывисто подвинул к себе шкатулку с письменными принадлежностями, достал тонкий листок папируса и перо.
«Нашел след Марисве́ль-Уле́йны в Айнэ́рии, отправляюсь следом на северо-восток к Сина́новым горам»