Страница 116 из 241
- Ладно, время еще будет, - он направился к дубу, в голове уже выстраивались мысли для новых заметок, как вдруг накатил беспричинный страх. Грешным делом даже почудилось, что вот-вот наступит смерть, настолько реальным оказалось чувство опасности. Что-то или кто-то приближался, но угроза накатывала не из леса, а сверху, вода превратилась в лед, не устояв на ногах Вандэрвиль упал, сильно ушибив ногу. Он ждал воронку, но над головой пронеслась незримая в ночи тень, обдав лютым холодом. Представление на том не закончилось, следом появилась ослепительной вспышкой шипящая молния и ее поведение заметно отличалось от природного явления! В безмерном удивлении Вандеэвиль еще какое-то время озадаченно глазел в темноту, но странных чудес более не повторилось. Тогда, хромая и проклиная ушибленное колено, он кинулся к дуплу, живо похватал вещи и постарался скоренько выбраться на открытую местность, по пути собирая мелкие камешки.
Подходящее место – относительно ровное, открытое и с меньшим количеством травы нашлось не сразу. Чертить ночью под дождем, в траве, глупо в любом случае, но линии, выложенные некрупной галькой, в принципе ни чем не хуже нарисованных. Убедившись в их точности, Вандэрвиль поместил в центре схемы свою ловушку и довольно улыбнулся, теперь можно не убиваться из-за отсутствия дара.
Просить помощи у Большой Пятерки не стоило, их услуги всегда фатальны, а вот техника жеста придется здесь, как нельзя, кстати, и, размяв пальцы, он протянул обе руки над шариком.
Плести Жестовые силки маленьких братьев Войс обучил еще прадед – охотник го́льдэнов и духов. И вряд ли сейчас кто-то еще мог похвастаться этим почти утерянным мастерством. Для освоения техники жестовых силков требовалось наличие дара, память и длинные гибкие от природы пальцы.
- Дайдэ-ро́, Вогрэ́до-ми, Ализорэ́-инэгори́….
Проговаривая, как в детстве, названия, Вандэрвиль сосредоточенно следил за безукоризненностью движений своих рук - точность важнее слов. Слепящий люминесцентный свет ловушки начал меркнуть по мере расходования энергии, а между пальцами проявилась бледно-зеленая нить Диа́ль, тонкая, почти прозрачная.
- … Йо́сэнти-вил, Дайсорэ-но́, Лёнэро-га́й, Рогюйдэ-ло́…
Она росла медленно, но торопиться особо некуда, поспешность могла всю работу свети на нет.
- Может, и поймаем кого?
Петля, длинной в несколько десятков метров, еще сырая, а потому зеленая, точно гигантский шар едва заметно покачивалась в ночном воздухе, но по мере созревания цвет исчезнет. Преимущество такой ловушки заключалось именно в абсолютной невидимости – ни фона, ни следов. Закрепив Диаль в схеме и плотнее закутавшись в плащ, охотник в ожидании присел на валун.
Ночь сменилась серым утром, незаметно пришел день, надоевшая крольчатина булькала в котелке, а Диаль, растворившись в воздухе, оставалась пустой. Ждать пришлось целые сутки, прежде чем появились первые признаки, но волна шла неясная и давление было слабым - приближавшийся невидимка обладал недурной маскировкой.
Надо же случиться такой несправедливости, все самое интересное происходит ночь, что возникающие вороники, что попадающая дичь!
Диаль не подвела, Войс не увидел, но почувствовал, а в следующую секунду на землю упали два тела! Петля ходила ходуном, Вандэрвиль торопливо проверил непрерывность линий схемы, чтобы силок не распался. Энергия ловушки почти вытекла, а петлю без дара не увидеть, вглядываясь сквозь потоки воды, он силился рассмотреть свою добычу, и тут глаза полезли на лоб - в петле бился Посланец Уну́ра, Тасо́м!
- Вот так сюрприз! – выдохнул Войс. – А это кто? - Схватив фонарь он направил луч себе под ноги, следующая неожиданность тоже немало удивила, в траве лежала молодая эдайна!
В трех мирах, оставшихся за спиной посчастливилось встретить всего двух эдайнов – бывшего стражника Ордена даров и гадалку. А с этой еще предстояло познакомиться, если, конечно, ее удастся привести в чувство.
Освещая фонариком девушку, он оглядел ее. Поломанное тело, всё в синяках и ранах, не могло долго удерживать в жизнь, остались считанные крохи; Ва́ндэрвиль метнулся к рюкзаку за флягой.
Настойка с добавлением крови юа́ры и арники имелась всегда на случай вот таких критических ситуаций. Темная жидкость попала в рот и девушка судорожно сглотнула.
- Эй? Ты слышишь меня?
Занятый он не заметил, как за спиной поднялось второе тело, и обернулся лишь по наитию, свет фонаря выхватил высокую худую фигуру.
- Нееет! – взревела она мужским осипшим голосом, резко вскинула руку, и пучок белого огня ударил в лоб, погрузив Вандэрвиля в забытье.
* * *
Тошнота подкатила к горлу, вызывая слабость во всех членах, и едкая желчь хлынула наружу. Леп приходил в себя мучительно медленно и тяжело, едва дыша, он обессиленно повалился на землю, обхватив голову руками. Колено ударилось обо что-то твердое – фляга, жажда вдруг стала столь нестерпимой, что пробка никак не поддавалась замерзшим пальцам.