Страница 104 из 241
Вопрос подарил слабую надежду.
- Вторая серьга.
- Мало.
- Ну, хорошо, еще есть ножной браслет с очень редким и красивым камнем.
- Покажи!
Она присела и приподняв штанину, достала из-под резинки носка золотой браслет, еще недавно так трепетно надетый Эдиком.
- Хочу! – быстро заявил жадный Альвис.
- Кулон! – Наташа пошевелила пальцем подвеску и бриллиантовая капля заиграла в свете огня тысячами искорок.
У Альвиса загорелись глаза, но он взглянул на кулон, решая, что дороже.
- Не отдам, – через секунду заявил он и спрятал тяжелое украшение в карман.
- Разве ты не хочешь иметь второй турмалин и бриллиант? – приподняла бровь Наташа, чувствуя, как внутри вся дрожит от отчаяния.
- Проси что-то другое.
- Мне другого не на … хотя нет, - быстро поправилась Наташа, - освободи юнола.
- Ого! – у Альвиса вытянулось лицо. – Мы так не договаривались.
- А мы вообще ни о чем не договаривались.
- Он же изменник и похититель!
- Это не твое дело. – Наташа надеялась, что вместе с юнолом сможет одолеть наглеца.
Альвис колебался, переводя взгляд с нее на юнола, явно что-то просчитывая и прикидывая. Интриги были слабой стороной Наташи и она заволновалась, ведь коварный цверг мог запросто обвести вокруг пальца.
- Уговорила, речистая, – наконец, согласился тот. – Сымай свои цацки!
- Снимай цепи с юнола.
Он вскинул руки, на мгновение замер, а потом звонко хлопнул в ладоши, цепи тот час ожили, обернувшись черными змеями. С плеча бесчувственного юнола кубарем скатился хорек, распушив хвост и угрожающе шипя, он не решался но приблизиться к этим змеям. А твари узлами обвивавшие руки и ноги юнола, неспешно шевелясь распутывались, падали на пол и блестящими угольно-черными шнурами ползли к своему хозяину.
Пятясь и зажав руками рот, Наташа в ужасе смотрела на представление.
- Бедненькие мои, утомились! – сюсюкал карлик, собирая в карман гадин.
Юнола больше ничто не держало, и он кулем повалился на пол. Наташа во все глаза смотрела на него, когда почувствовала рывок на щиколотке и удар по руке - Альвис сорвал браслет и отнял серьгу.
- Это подло! - закричала Наташа.
- Я выполнил твое желание! – возмущенно воскликнул цверг, проворно отбегая в сторону.
- Кулон!
- А ты догони! – он подскочил к норе и исчез.
Глава 17. В гостях у страшной сказки.
Вот так живешь, живешь, учишься, планируешь выйти замуж за респектабельного молодого человека, мечтаешь о персиковом свадебном платье и вдруг, бац! На голову сваливаются приключения. Маленькая хрупкая москвичка подхваченная стремительным течением невероятных событий, точно спичка понеслась в цветной водоворот их карусели.
В стене, возле колонны зияла нора, выпучив глаза Наташа не могла поверить, что в этой вонючей дыре пропал кулон, без которого невозможно вернуться в родной мир! И что делать? За спиной послышалось движение, это приходил в себя юнол, но он сейчас не имел никакого значения, главное – кулон! Наташа бросилась к норе и опершись о крупный валун, тут же лежавший, крикнула в темноту:
- Альвис! Вернись сейчас же!
Легкий сквознячок принес мерзкие нотки мышиного духа и приглушенный ответ:
- До-о-огоня-ааа!
- Вот зараза! – хлопнула Наташа себя по коленке и глубоко вздохнув, полезла следом.
Вонь, пыль, теснота и абсолютная темнота быстро вызвали беспокойство, а тут еще для полной картины очень кстати припомнились мамины слова про обрушение. Нет, Наташа не страдала клаустрофобией, так любимой американскими писателями, но, наверное, в определенных обстоятельствах зачатки недуга могут проявиться у каждого. Стараясь не впадать в панику, она упорно лезла на ощупь, цепляясь то плечом то головой о стены или о свод узкой норы, ойкала, шипела и каждый раз напоминала себе, что все эти муки лишь ради возвращения кулона. Как вдруг…
- Ааааа! Ха-ха-ха! - загоготали впереди. - Я так и знал! Ха-ха-ха!
Издевательски радостный смех резко ударил по ушам, и ничего не видевшая Наташа вздрогнула, в очередной раз ударившись макушкой. Акустика у норы оказалась удивительная!
- Ой!
- Давай, давай, шевелись клуша! – слышался впереди визгливый окрик.
- Заткнись, ты там! – сердито бубнила девушка. – Сейчас ты у меня пошевелишься! … Я не крот, чтобы по норам шастать. … Ой! Чтоб тебя!