Страница 89 из 90
Часы на стене показывали десять часов утра. Если учесть, что прибыла я сюда днем, то проспала будь здоров. И что за успокоительное мне родитель дал?
Переодевшись в серый спортивный костюм, состоящий из простых штанов и толстовки, собрала волосы в хвост и направилась на выход из комнаты. Сразу заходить на кухню не стала. Первым делом посетила ванную комнату. И уже после этого, полностью приведя себя в порядок, явила свой не очень светлый лик мужчинам, которые заседали на кухне и разговаривали. Причем я видела, что у них открываются рты, но слов не слышала. Снова Минаев заклинание использует. Судя по напряженному родителю и не менее напряженному адепту факультета Синего пламени, разговор у них был малоприятный.
Заметив меня, Станислав взмахнул рукой, и магия растаяла. Я смогла заметить, как тонкие разноцветные нити, которые являлись частью прозрачного купола, развеиваются.
— О чем говорили? — задала вопрос. Присаживаться за стол не стала. Прошла к столу, на котором стоял чайник и нажала на кнопку, предварительно проверив наличие воды. Есть хотелось зверски.
— О тебе, само собой, — не стал скрывать папа. — Этот молодой человек утверждает, что у вас взаимное чувство. А я в свою очередь пытаюсь открыть ему глаза на то, что ты бы никогда не просмотрела в сторону такого, как он.
Я стояла, подпирая копчиком край столешницы, ожидая, когда закипит чайник и внимательно изучала потолок. Что я могла на это ответить? Увы, я посмотрела в сторону Минаева еще два года назад. И с тех пор не могла смотреть в другую. Если так можно выразиться.
— Злата? — насторожился папа.
Что он надеется от меня услышать? Что его непутевая дочь не могла положить глаз на такого, как Минаев? К сожалению, могла. Еще как могла. И именно из-за этого вляпалась по самое не балуй.
— Возможно, я вас разочарую, — заговорил Станислав, — но она меня любит. Как и я ее. И я вам об этом уже сказал.
— Я могу не дать своего благос…
— Мало волнует, — совсем обнаглел этот… кошмар мой короче. — Как не волнует ее наследство. Это ведь ты нашла ту записку, да Золотая? И накрутила себя еще больше.
— Ну. — И как догадался? — Не то, чтобы я узнала что-нибудь новое.
— Ты, вместо того, чтобы спокойно поговорить, продолжала от меня бегать. Не надоело? — Маг опять стал заводиться.
Чайник щелкнул. Я повернулась к мужчинам спиной и стала заваривать чай. На троих. Мало ли попить захотят. Хозяйка из меня та еще. Но. Обычно вокруг гостей крутилась мама. Сейчас ее рядом не было. И, судя по всему, не будет больше никогда.
Плечи опустились, спина сгорбилась. Когда я о ней не думала, было проще. Стоило на краткий миг вспомнить о матери, как невидимая рука начинала сдавливать горло. Дышать становилось сложнее. А глаза подозрительно увлажнялись.
Послышались скрип и тихие шаги. Я не смотрела на того, кто ко мне подошел. Просто позволила себе спрятать лицо на груди того, кого еще какой-то месяц назад не собиралась подпускать к себе и на пушечный выстрел. Вцепилась трясущимися руками в рубашку и всхлипнула. Стас обнял меня крепко-крепко и уткнулся носом в макушку. Я замерла. Дрожи, которая била тело вчера, не было. Я стояла, цеплялась пальцами за плотную ткань, боясь упасть. Потому что ноги не держали, а нервы снова были на пределе. Никакую боль нельзя сравнить с той, которую вызывает предательство близкого человека. Она разъедает сердце, убивает душу, заставляя ее мучиться. Сгорать в агонии. И если рядом не окажется того, кто поддержит и не даст упасть, разбившись на осколки, человека не станет. Меня не станет, если рядом не будет отца и. Стаса.
— Злата, — позвал родитель, — я понимаю, ты устала. Тебе больно, но.
— Ее мать должна понести наказание, — отрезал Эйтен, переставая греть мою макушку своим дыханием. — Если это на самом деле она убила того мага, ее должны судить.
— Это была случайность, — попытался защитить бывшую жену папа. — Теперь она не может никому навредить. Силы в ней нет. Возможности вернуться в мир Королей тоже. Если для суда нужно перенести ее в наш мир, то что произойдет, если она сбежит? Или вернется к нереализованному плану спустя время? После того, как пробудет в тюрьме Лазурного града положенный срок?
— Необходимо оправдать вас. Однако, оставлять убийцу в этом мире.
— Она собиралась уехать к дальним родственникам. Оставить Злату в покое.
— Вы ей верите?
— Елена не идеальна. Наделала в свое время много ошибок. Она не хотела убивать мага. Это произошло случайно. Сам подумай, что она может сделать, оставаясь в этом мире? Злата вернется в академию и.
— С чего ты взял, что я хочу вернуться? — встрепенулась, отстраняясь от мага. Насколько это было возможно, если учесть, что он продолжал удерживать меня за талию. — Я родилась в этом мире. Кто ждет меня там? Жаждущие заполучить наследство рода Маэр женихи? Ладно, один конкретный, — хмуро посмотрела на Стэйса.
— Нужно оно мне, — поморщился тот. — Если об этом мечтают мои родители, то сие не значит, что это нужно мне. Достаточно подписать соответствующий договор. И ты сможешь не волноваться о сохранности своего имущества и состояния.
— Тебе на самом деле ничего от меня не нужно? — недоверчиво покосилась на Эйтена.
— Почему же, — не оправдал моих хрупких ожиданий парень. — Кое-что нужно. Точнее, кое-кто. Но не суть. Поэтому смирись и больше не рыпайся.
Сказав это, он крепче сжал меня в объятиях.
И как тут сопротивляться? Когда душа, израненная предательством, так и рвется к тому, кто в любую секунду может предать. А верить ему хочется, очень сильно хочется. И противиться этому желанию практически невозможно.
— И что ты планируешь делать, Эйтен? — подходя к нам, задал очередной вопрос отец.
— Жениться, что же еще, — охотно пояснил молодой человек и потерся носом о мою макушку.
Прикрыла глаза, окончательно смиряясь с неизбежным. Никуда я от него не денусь. Действительно не смогу больше сопротивляться. Он пришел за мной. Не потому, что мечтает пополнить счет своей семьи в банке. И не потому, что поспорил, что я влюблюсь в него. Я на самом деле была ему дорога. А иначе почему его сердце под моей ладонью так сильно бьется? И объятия не становятся слабей. Отец тоже, видя, что происходит между нами, больше не стал ворчать. Постоял еще немного, окончательно убеждаясь, что с Минаевым я чувствую себя гораздо лучше и не так дрожу от мыслей, продолжающих медленно отравлять мое тело. Пока отравлять. Пройдет время, и я смогу принять правду. Самое главное, чтобы ОН был рядом.
А спустя примерно час, когда я была облачена в спортивную форму Академии Магических Искусств, отец тоже извлек откуда-то старый камзол, брюки и удобные на вид ботинки на плоской подошве и теперь красовался во всем этом, топча ковер в моей комнате. Стас стоял рядом, в простой белой рубашке, черных брюках и полусапогах из тонкой кожи.
Стало неуютно. Мы словно были не на своем месте. Этот мир был не наш. И пора было возвращаться. Впереди учеба, соревнование, которое наша команда, я уверена в этом, пройдет с блеском, Турнир Королей, экзамены. И свадьба, о которой Минаев за прошедший час намекнул раз пять не меньше. И еще три раза сказал, что благословение моего отца ему побоку. Лишь бы я согласилась. А я не собиралась больше от него бегать. Потому, когда его пальцы нашли мои и я сделала шаг ближе, позволяя в который раз, приобнять себя за талию, я тихо, чтобы отец не услышал, дала свое согласие. В конце концов, папе еще с Эризой объясняться. И может статься так, что ему просто некогда будет следить за по уши влюбленной дочерью.
Рука отца легла на плечо Стэйса. В следующую секунду нас окутало серебристым свечением. Прикрыла глаза, боясь ослепнуть от столь яркого света. А открыв их, обнаружила себя стоящей возле фонтана, что располагался неподалеку от входа в главный корпус академии.
— С возвращением, Золотая, — улыбнулся Стас и потянулся ко мне, намереваясь поцеловать.
Отец сделал вид, что его заинтересовал шедевр местной архитектуры, и отвернулся. А я, улыбнувшись в ответ, встала на цыпочки, и сама поцеловала своего жениха.