Страница 25 из 34
Дмитрию Александровичу очень нравились семейные обеды, и в то воскресенье Диана Дмитриевна приехала к ним в гости. Любимое всеми блюдо - рыба в молоке с картофелем - удалось лучше, чем обычно. Теперь без бабушки процесс принятия пищи происходил спокойно, поскольку Зою ругать было больше некому. Диана Дмитриевна успела привыкнуть к мысли об изменении статуса на бабушку и выглядела довольной. Единственное, что ей хотелось: чтобы о Зои родилась девочка. «Я совершенно не знаю, как обращаться с парнями», - она подняла тонкие бровки. – Не могу представить, как я на каблуках играю с ним в футбол». Все засмеялись.
Раздался телефонный звонок, Руслан, сидевший ближе всех к двери, вышел в другую комнату, чтобы ответить. Не было его слишком долго, и Зоя поняла, что он разговаривает с матерью.
- Где там Руслан? – спросила Диана Дмитриевна, взглянув на часы. – Давайте уже пить чай. Сколько можно разговаривать по телефону?!
Зоя поняла, что мама спешит к Андрею Валерьевичу и вышла из комнаты.
Руслан сидел на диване, спрятав лицо в ладонях. Она подошла к нему и села рядом.
- Что-то случилось?
- Случилось, – отмахнулся он и отодвинулся.
- Да что такое?! Кто звонил?
- Мать звонила. Открыла мне глаза. Теперь я всё знаю!
Зоя почувствовала, как замерло в груди сердце. Иногда ей казалось, что Руслан обо всём догадывается, но не хочет обсуждать. Оказалось, он не знал! Но ведь это же было так очевидно. Её мама и его отец, не скрываясь, частенько приходили к ним в гости и вместе уходили.
- И что ты знаешь? – осторожно спросила Зоя.
- Вчера отец был дома и всё рассказал. Твоя мать увела его. Увела! - закричал он.
- Пожалуйста, потише. – Зоя поспешно прикрыла дверь, но сесть рядом, как раньше, уже не смогла. Его ненависть распространялась и на неё. - Как она могла увести, если твой отец разведён и не живёт с Надеждой Ивановной?
- Сколько раз можно повторять?! - закричал Руслан.- Он был наказан! На-ка-зан! А твоя мать подобрала его. Да как она могла?! Я ненавижу его! Ненавижу! И мать твою ненавижу! – его голос сорвался, и он совсем тихо спросил: - Что они наделали?
- Руслан, прошу тебя. Я всё потом объясню, а сейчас пойдем пить чай.
- Мне не надо ничего объяснять! Скажи, - он поднялся и схватил Зою за плечи: - А ты знала о том, что они встречаются?
- Иногда я думала, что ты тоже знаешь, но не хочешь об этом говорить.
- Я дурак! Я верил им! Ненавижу отца! Он испортил мне всю жизнь! И теперь, когда я думал, что он исчезнет из моей жизни, он снова появился и всё перегадил. И ты тоже хороша!
- Я убью его! – выкрикнул Руслан и бросился в коридор, где быстро сунул ноги в ботинки и
схватил пуховик.
- Куда ты?! – спросила Зоя, наблюдая за его перекошенным от злости лицом. За время их совместной жизни, она немного привыкла к его приступам гнева, но таким, как в эту минуту, она Руслана никогда не видела.
Не отвечая, он бросился вниз по лестнице. Зоя закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Итак, все свершилось. Некоторое время она постояла, пытаясь унять бьющееся сердце и успокоиться.
- Да где они там?! – услышала она капризный голос Дианы Дмитриевны и, стараясь придать своему лицу спокойное выражение, вошла в гостиную.
Диана Дмитриевна и Дмитрий Александрович уже пили чай из белых фарфоровых чашек. Девушка, как обычно был в белой рубашке и галстуке, на маме было яркое платье с крупными цветами, которое к ней очень шло. На вышитой скатерти красовалась большая тарелка с разными видами пирожных. Увлечённые разговором, они ничего не слышали.
- Ну, наконец-то, - воскликнула Диана Дмитриевна, увидев Зою на пороге.
- Мам, можно тебя на минутку? – еле слышно пролепетала она, не узнавая свой голос.
- Руслан всё знает, - прошептала Зоя в коридоре.
- Откуда?
- Надежда Ивановна звонила. Вчера у них был Андрей Валерьевич и признался в своей любви к тебе. Не мог потерпеть.
- Идиот, - прошипела Диана Дмитриевна. – Сколько раз предупреждала его, чтобы держал язык за зубами. – А где Руслан? – спросила она, оглянувшись.
- Поехал его убивать, - Зоя облокотилась на стену, неожиданно почувствовав слабость.
- Это одни слова, он ничего не сделает.
- Мама, он в ярости. Я никогда не видела его таким.
- Не понимаю, что он так бесится, это не его дело.
- Ты же знаешь его трепетное отношение к матери. И, вообще, эта ситуация ненормальная.