Опасный

Я лежала с закрытыми глазами, кутая свое обнаженное тело в легкую простыню. Настало утро. Мерзкое, летнее утро, которое я уже ненавидела всей душой. Мне не хотелось подниматься, не хотелось жить, не хотелось видеть ЕГО… С трудом я разлепила глаза и взглянула на часы, стрелки которых замерли на восьми утра.

Медленно, приняв вертикальное положение, я села на кровати. В голове стоял гул от вчерашних воспоминаний, которые заставили меня содрогнуться. В ванне горел свет, на полу красовались небольшие мокрые лужи от воды. Я поежилась и натянула на себя старый спортивный костюм, серого цвета. Мне было страшно покидать свое убежище, страшно выходить из комнаты и оставаться с Никитой тет-а-тет. Около часа я просидела на постели, не решаясь выйти, пока из кухни не донесся голос Алины.

Превозмогая себя, я поднялась. Подруга дома, значит бояться нечего. Ник ведь ничего не сделает мне при свидетелях? Не посмеет.

Я тихо отодвинула кресло, которым на ночь забаррикадировала выход, и открыла дверь. За барной стойкой сидела Алина с Давидом и Никита. Они громко спорили и что-то обсуждали. Скорее всего Давид смог наконец-таки предоставить бывшему другу доказательства своей невиновности и компромат на Дениса, потому что Ник сидел над какими-то бумагами, задумчиво в них вглядываясь. Увидев его, меня сковал страх. Я встала на пороге кухни, словно вкопанная, не решаясь приблизится к ребятам.

— Привет, Лесь, мы сделали это. Ден попался с потрохами! — весело сказала подруга, едва увидев меня.

— Я рада, — выдавливая из себя приветливую улыбку, сказала я.

— Что-то случилось? Ты сама не своя. Все в порядке? — вдруг обеспокоенно спросила девушка, изучая мое опухшее от слез лицо.

В горле стоял ком, а в глазах блеснули слезы, которые мне с трудом удавалось сдерживать.

— Леся? — серьезным голосом обратилась ко мне Алина, ожидая ответа.

Никита сидел возле сестры с бутылкой воды в руках и грозно смотрел на меня. Он едва заметно отрицательно помотал головой, мол не вздумай ничего рассказать, иначе хуже будет. Конечно, у меня язык не повернулся поведать Алине о том, что произошло между мной и ее братом прошлой ночью.

— Все хорошо. Правда. Просто спала сегодня плохо, — отмахнулась я, натягивая на свою физиономию довольную улыбку.

— Точно? — недоверчиво спросила девушка.

— Алин, ты чего к ней пристала? У нас сейчас есть дела поважнее самочувствия твоей подружки, — влез Ник в разговор. — Надо решить, что с Деном делать. Блин, как же я не хотел, чтобы мои подозрения оправдались!

— Постой. Ты что, подозревал его? Почему не сказал? — удивленно уставившись на брата, спросила Алина, быстро забывая обо мне.

— Догадывался, но не хотел верить. Он же был мне практически родным человеком, — пожав плечами, ответил Никита, глядя в сторону Давида.

Похоже, сейчас ему было неудобно, что его бывший лучший друг оказался в итоге ни при делах. И вдвойне обидно, что Ден с легкостью смог обвести его вокруг пальца.

— Ты была его девушкой. Не хотелось причинять тебе боль, своими догадками. Хотел узнать все наверняка, но вы с Давидом сделали это раньше, — грустно вздохнув, ответил Ник.

Я внимательно смотрела на Никиту. Боже! В нем уживалось два человека: один — жестокий козел, другой — любящий и добрый парень, практически ангел! Твою мать! Вот дерьмо! Боль сестре он причинять не хотел! А как вчера иметь меня, против моего желания — так это можно! Мне же не больно! Я же бесчувственная кукла! От злости я сжала кулаки до такой степени, что костяшки пальцев стали белого цвета.

В следующую минуту Ник резко поднялся и стал набирать номер Дениса. Он поприветствовал его, как ни в чем не бывало, спросил, когда тот появится в Москве и договорился о встрече. Потом спешно ушел в свою комнату, а вернулся уже переодетый в черные джинсы и темную футболку. Направляясь к входной двери он попутно заряжал пистолет.

— Что ты задумал? — обеспокоенно задала вопрос брату Алина, вскакивая со стула.

— Скоро вернусь, — не оглядываясь на сестру, ответил Ник, перед тем, как выйти.

На Алине лица не было. Она побледнела, явно предчувствуя что-то неладное. Не долго думая, она бросилась за ним, но Давид преградил ей путь.

— Пусти! Он не ведает, что творит! Я не хочу потерять брата! — угрожающе прошипела Алина, пытаясь обойти парня.

— Сиди здесь. Без тебя справлюсь, — ответил он, провожая девушку в гостиную и усаживая на диван. Затем он взял ключи с журнального столика и вышел следом за Ником.

Впервые я видела ее такой обеспокоенной. Привычно холодная и безразличная Алина вмиг растворилась, оставляя вместо нее маленькую девочку, которая, в прямом смысле, тряслась от страха за чужую жизнь.

— Есть сигарета? — вдруг спросила она меня.

Я молча вытащила пачку тонких «Вог» и протянула девушке. Подруга тут же закурила, глубоко затягиваясь.

— Не знала, что ты куришь, — сказала я, не без удивления.

— Курила. Пока Никки не отучил, — ответила девушка расстроенно. — Сейчас балуюсь. Очень редко. Когда нервы сдают.

Девушка сделала затяжку и дрожащими руками налила себе порцию виски.

— Пить с утра? Ты рехнулась? Все будет хорошо. Вернется твой братец живой и здоровый, как и всегда, — спокойно и даже цинично, сказала я, считая, излишним так переживать за Ника.

Конечно, он ее единственный родной человек, но ведь этот придурок всегда сумеет выйти сухим из воды. По мне так лучше будет, если его пристрелят. Такой сволочи, как он, не место на земле.

— Ты ни черта не понимаешь! — зло огрызнулась Алина, делая глоток алкоголя. — У моего брата нет сейчас четкого плана. Он действует под влиянием эмоций и это может плохо закончится!

«Интересно, мое вчерашнее изнасилование было запланировано или он действовал под влиянием эмоций?» — тут же промелькнуло в моей голове.

— Боже, что я буду делать, если его убьют? — озвучила свои самые жуткие предположения Алина.

Я молчала. Мне не хотелось убеждать девушку в обратном. Лицемерно лгать, если на самом деле сейчас я искренне желала смерти Никите. Пусть он не вернется. Никогда.

Я равнодушно наблюдала, как подруга нервно курит, нарезая по комнате круги, снова наливает и пьет виски, чтобы утихомирить переживания, то и дело подходит к окну, высматривает, не подъехал ли кто-то из парней.

Шел четвертый час их отсутствия. Алина опустошила всю пачку сигарет и добрую половину бутылки «Джим Бим», отчего сейчас держалась за голову и клевала носом.

Я листала журнал «Космополитен» и прибывала в прекрасном расположении духа, надеясь, что пуля Дениса уже давно попала в голову моего обидчика, и он дохлый валяется где-то. Сладкая, яростная месть полностью окутала меня, заставляя, хмуриться, скрывая довольную улыбку.

Алина снова и снова набирала номер Давида, а тот снова и снова отвечал ей, что не нашел Никиту и пока безуспешно колесит по Москве, тщательно проверяя все места, где раньше проходили бандитские «стрелки».

Я ликовала. Сегодня необходимо посмотреть новости. Надеюсь увидеть сюжет из криминальной хроники о неопознанном трупе с дыркой в башке. Да!

— Когда мы были маленькими, он всегда защищал меня и опекал. Когда родителей не стало, он таскал меня по психологам, пытаясь выбить из моей головы маниакальную страсть к самоубийству, — вдруг прервала молчание пьяная подруга. — Я ведь два раза пила снотворное, пытаясь уйти к предкам, — тоскливо хохотнула она.

По щекам ее текли слезы.

— Он обещал, что не оставит меня, — пропищала она, залезая на диван с ногами и крепко обнимая колени. — Неужели врал?

— Он приедет. Обязательно, — отозвалась я и присела рядом, обнимая.

Мне было жаль ее. Я не хотела бы, чтобы она страдала. Не заслуживает Алинка этого.

— Зачем он так со мной? — всхлипнула девушка, закрывая лицо руками.

Я не нашла, что ответить. Время неторопливо шло. Часы уже показывали полночь. Алина обессиленно задремала на моем плече, спасаясь тем самым от ужасной головной боли, которая пришла к ней, вместе с похмельем.

Не знаю почему, но с каждой минутой меня все больше и больше терзало чувство вины за мои коварные, злые мысли. А что, если Никиту и вправду убьют или уже убили? Что, если Алина не смириться с потерей брата и уйдет за ним следом? Что будет со мной, ведь я полностью сейчас зависима от этой семейки. Не станет их — я не выживу. Царь быстренько расквитается со мной. Ну, или полиция закроет, за пособничество преступникам. Да за какое пособничество! Я и сама уже принимала участие в их делах и даже убила человека…

От громкого стука в дверь я подпрыгнула на месте, а Алина проснулась. В считанные секунды подруга преодолела расстояние до входа и распахнула дверь. На пороге стоял Давид поддерживая под руку Никиту. Первое впечатление было, что парень где-то надрался до чертиков и просто не может стоять на ногах, пока Давид не стащил с него свою куртку, открывая нашему взору огромную огнестрельную рану в его левом боку.

— Мой Бог, что делать? — проныла Алина в ужасе, помогая Давиду уложить брата на диван. — Ты звонил Томми?

— Он не в городе. Телефон не доступен, — пожав плечами, ответил парень, но Алина, не поверив, схватила в руки мобильный и набрала какому-то Томми.

— Твою мать! Не абонент! Что делать? К кому еще можно обратиться? — орала Алина, бегая вокруг брата.

— Иванов сейчас в Питере. Не знаю, успеет ли он приехать. Ника в северную столицу мы точно доставить не сможем. Остается только Ирма, но ты знаешь, что она не надежна, — сухо констатировал Давид, изучая свои телефонные контакты и перечисляя имена лекарей.

— Еще есть знакомые доктора? — трясущимся голосом спрашивала Алина.

Тем временем, кровь из пульсирующей раны Никиты уже пропитывала диван, оставляя на белом материале огромное алое пятно.

— Вы идиоты? Ему в больницу надо. У него большая потеря крови, — влезла вдруг я в разговор.

— Она права! — кивая головой, согласилась Алина.

— Сдурела что ли? — не открывая глаз, хрипло прошептал Никита. — С огнестрелом возникнет много вопросов. Не хватало еще только проблем с мусорами. Я лучше дома откинусь, чем попаду на срок, — парень даже умудрился улыбнуться уголками своих синюшных губ.

— Ник, я не хочу тебя терять! Давай в больницу, пожалуйста, — испуганно плакала сестра, крепко сжимая окровавленную ладонь брата.

— У нас есть тут одна медсестричка. Пусть попробует, чего-нибудь сделать, — еле открыв глаза, Ник указал на меня.

И Давид и Алина уставились в мою сторону.

— Чего? Двинулись совсем? — округлив глаза я покрутила у виска.

— Лесь, ну ведь ты училась в медицинской академии, — с надеждой произнесла Алина.

— Училась. Но у меня не было практики на живых людях! — возмущенно парировала я.

— Давай без препирательств, — твердо заявил Давид и одним махом сбросил все с кухонного стола. В следующий момент он помог Никите избавиться от футболки и переместиться на тот самый стол.

— Вы ебнулись? — заорала я. — Я не буду играть в доктора!

— Попробуй, детка. Авось я сдохну. Ты же только рада будешь, — прохрипел Ник, подмигивая.

Этот дебил даже сейчас, в полуживом состоянии, умудрялся действовать мне на нервы!

Алина смотрела на меня умоляющим взглядом, Давид угрожающим.

— Хер с вами! Только если этот придурок сдохнет, я не виновата! — прокричала я, перед тем, как вымыть руки моющим средством для посуды.

Подойдя ближе к Нику, я поняла, что на его и мое счастье, пуля прошла на выход и жизненно важные органы не задеты. Сейчас главное обработать рану и остановить кровь.

— Блять! — выругалась я, понимая, что у меня нет ничего, что обычно нужно для перевязок.

Я быстро написала препараты, которые мне были необходимы, на клочке тетрадного листа и сунула Давиду в руку.

— Еще мне нужны бинты. Много бинтов, — сказала я, крича вслед уходящему парню, искренне надеясь на то, что он быстро вернется из круглосуточной аптеки. Сейчас каждая секунда была дорога.

Чтобы не терять времени даром я начала обрабатывать рану перекисью водорода, которую Алина нашла в домашней аптечке. Ник жалобно застонал, когда антибактериальная жидкость попала на его тело. Свернув чистое полотенце, я плотно приложила его к пулевому отверстию, чтобы хоть чуть-чуть унять кровь.

— Съешь это, — быстрым движением, я засунула в рот Ника две таблетки антибиотика, на случай, если в рану попала какая-нибудь грязь, это должно затормозить развитие инфекции.

Давид пришел через десять минут с полным списком нужных мне лекарств.

Увидев его я облегченно вздохнула. Надеюсь, Ник не покинет этот бренный мир сегодня из-за моих неопытных врачебных действий.

***

В половине седьмого утра я заглянула в спальню Никиты. Лихорадка немного спала, что позволило ему заснуть. Возле его кровати дежурила Алина.

— Спасибо тебе, — устало улыбнувшись, проговорила слова благодарности девушка, когда увидела меня.

— Все равно, надо обратиться за помощью к квалифицированным специалистам, — строго ответила я, не желая быть ответственной, если вдруг Нику станет хуже.

— Да. К вечеру Томми прилетит из Мадрида. Наш друг и личный врач. Давид смог до него дозвониться и заставил прервать отпуск в Европе.

— Это прекрасно, — потрогав лоб Никиты, дежурно ответила я, убеждаясь, что температуры нет.

— Почему Ник сказал, что ты будешь рада, если он умрет? — вдруг спросила Алина.

Я не сразу нашлась, что ей ответить. Рассказать правду, о том, какое ее братец дерьмо было бы сейчас неуместно — слишком она любит его и дорожит им.

— Не знаю, спроси сама, как очнется. Может, думает, что я до сих пор злюсь на него из-за охоты? — соврала я.

— Не злись. Мы ведь одна команда, — ответила Алина, нежно целуя руку брата.

— Иди отдохни немного. Я побуду с ним, — предложила я измученной девушке.

— Спасибо тебе, — снова поблагодарила она. — Обязательно зови, если что-то понадобится, хорошо?

— Без проблем, — ответила я и уселась в кресло.

Следующие полтора часа парень проспал. Я следила за его дыханием, изредка касаясь его головы, проверяя не горячий ли. Ник выглядел так беспомощно и безмятежно, что в какой-то момент мне даже стало его жаль, не смотря ни на что. Вечно я испытывала сострадание к убогим и больным — это мне совершенно не нравилось. Я должна ненавидеть Ника, а при случае, обязательно отомстить! Должна! Но глядя на его мерное, ровное дыхание, бледную, от потери крови, кожу, чувство ненависти и мести угасало.

Наконец, Ник проснулся и застонал, чуть приподнимаясь.

— Ты? — удивленно спросил он, увидев меня рядом. — Как неожиданно.

— Я отпустила Алину поспать. Она всю ночь провела с тобой. Пойду позову ее, — сухо ответила я, направляясь к выходу.

— Постой, Лесь, — хриплым голосом, остановил меня Никита. — Не надо будить сестру. Пусть отдохнет.

Парень попытался сесть, но тут же дико зарычал от боли и снова лег.

— Не советую тебе подниматься. Мы чудом смогли остановить кровотечение, — деловито заявила я.

— Я теперь тебе жизнью обязан? — произнес Ник.

— Мне ровным счетом от тебя ничего не надо. Я спасала тебя только из-за Алины, — грубо отозвалась я.

— Спасибо, Лесь. Прости, если что не так, — чуть поразмыслив, совершенно искренне и серьезно добавил Никита.

Я молча вышла за дверь, чтобы не нахамить парню в ответ. Как у него все просто, черт побери! Захотел — трахнул, а захотел и прощение за это попросил! Мразь!

***

Спустя две недели. Август.

Никита быстро шел на поправку. Он уже мог ходить без посторонней помощи, к нему вернулся здоровый цвет лица и привычная улыбка.

Меня, все это время, он вообще никак не касался. Даже подколов в мой адрес я больше не слышала, что несомненно не могло не радовать. Мы с ним лишь здоровались по утрам, и я ему делала перевязки раны через день. Все остальное время полнейший нейтралитет.

Вот и сейчас они увлеченно рубились с Давидом в «Фифу» на «Икс-боксе» не замечая моего присутствия.

— Сделал тебя, — радостно закричал Ник, забивая финальный гол в ворота противника.

— Я просто поддавался. Ты же инвалид как-никак, — лукаво улыбаясь, ответил Давид.

— Умей принять поражение, — рассмеявшись Ник шутливо ударил кулаком в плечо друга.

Они напоминали сейчас двух мальчишек-подростков. С недавнего времени парни снова начали хорошо общаться, став лучшими друзьями.

— Можем идти, — пролепетала Алина Давиду, выйдя из своей комнаты при полном параде. Девушка около полутора часов собиралась в кино на ночной сеанс и вот, наконец, была готова.

— Отлично выглядишь, крошка, — оценил прикид сестры Никита, подмигнув.

Когда влюбленные вышли за дверь, я поспешила ретироваться в свою комнату. Несмотря на то, что с Ником у меня было перемирие, оставаться наедине с ним не хотелось.

— Эй, Лесь. Сыграй со мной? — предложил Никита, протягивая мне джойстик, когда я почти уже дошла до своей спальни.

— Я не умею, — отрицательно покачала я головой, не желая составлять компанию парню.

— Я научу. Иди сюда, — сказал Ник добродушно, указывая на место рядом с собой. — Пожалуйста.

Парень был настолько мил, что я не смогла ему отказать. Сейчас он напоминал мне рыжего кота из Шрека. Как перед таким можно было устоять?

— Хорошо. Только один раз, — сдалась я.

Спустя два часа игры в приставку я поняла, что зря на все это подписалась. Затягивает очень. Мы сыграли раз двадцать из которых пару раз я даже победила, но все остальное время Ник громил меня.

— Извини, детка, — забивая гол, довольно сказал Ник.

— Черт! — гневно выругалась я, принимая поражение. - Все. Достаточно на сегодня.

— Как скажешь, — он улыбнулся, изучая мое лицо, явно желая что-то еще сказать, но не решаясь.

— Что? — не выдержав такого пристального взгляда, спросила я.

— Ты хороший человек, Лесь. Хорошая девушка. Я поступил подло с тобой, — начал Ник.

Я вскочила с дивана, как ошпаренная, не желая сейчас возвращаться к «той самой» теме. Мне не хотелось вспоминать прошлое, которое я была не в силах поменять.

— Замолчи. Не хочу говорить об этом, — прервала его я.

— Хочу, чтобы ты выслушала, — серьезно сказал Ник.

— По-моему, ты просто хочешь, чтобы я тебя снова возненавидела. Мне до дрожи неприятны эти воспоминания. Ты же знаешь, что я живу с вами, потому что у меня нет другого выхода.

— Знаю и хочу вернуть тебя домой.

— Ты же говорил, что мне нельзя домой, пока Царь жив? — я вопросительно смотрела на парня, не понимая, о чем он толкует.

— Я планирую исправить эту ситуацию. Хочу, чтобы ты вернулась к своему привычному образу жизни и забыла весь этот кошмар. Так я смогу отблагодарить тебя, за свое спасение.

Я опешила от таких слов. Я даже никогда не подозревала, что Никита способен сказать такое. Он даст мне шанс на нормальное человеческое существование.

— Что скажешь? — спросил он.

— Если ты сейчас не врешь, то это было бы круто, — чуть подумав, ответила я.

— Я не вру, — сказал Никита, возвращаясь к игре.

Я медленно поплелась в свою комнату, переваривая полученную информацию. У меня снова появилась надежда на встречу с мамой… Боже, спасибо тебе!

***

POV Ник

Глупышка. Ничего не видит и не замечает, но это и к лучшему. Она делает меня слабым. Пусть лучше считает меня монстром и держится на расстоянии. Ведь я не могу смотреть на нее спокойно, мне сразу хочется ее обнять, поцеловать, сказать о том, какая она красивая. И, наконец, признаться. Дебильные три слова. Идиот.

А это безумное физическое влечение, которое я к ней испытываю? Когда ее тонкие пальчики нежно касаются моей кожи при перевязке у меня же внутри все кипит. Я готов наброситься на нее, стоит ей снять с меня гребаный кровавый бинт! Чума.

Охрененная. Жаль, не моя. И никогда ей не будет.

Я бесцельно нажимаю на кнопки джойстика, пытаясь вникнуть в игру, но эта малышка не идет из головы.

Мне нужно вернуть ее домой, чтобы она забыла обо всем, что происходило. Ей нужна нормальная семья, обычные друзья… Она обязательно будет самой счастливой.

БЕЗ МЕНЯ.

Я тяжело вздыхаю. Игра завершена. 3:0 — не в мою пользу. Пожалуй, пора идти спать.