Страница 28 из 74
«— Может, он — именно то, чего мне так недоставало. Почему, думаешь, я всегда был так груб с ним?
— Потому что ты е*анько!
— Нет! Потому что куда легче унижать, оскорблять и обращаться с человеком, как с куском говна, чем признать, что ты его любишь!»*
Келли – красава. Коротко и лаконично объяснила, в чем, собственно, кроется вся проблема. Может, и со мной тоже самое? Хотя, груб я бываю крайне редко и очень с ограниченным кругом лиц. Соседка моя, вон, попала в него с поразительной легкостью. Как по щелчку пальцев. Правда, почему-то мне уже не доставляет удовольствия задирать её. Я бы даже сказал – её присутствие приносит в мою жизнь и внутреннее состояние некий дискомфорт. Вон, я аж весь изъерзался, не зная, как поудобнее сесть.
И так весь полет. Когда мы, наконец-то приземлились в аэропорту Калининграда – Храброво, кажется – я был реально готов целовать землю под моими ногами. Просто потому что теперь я мог отойди от Мари на пару метров и при этом не выглядел, как полный идиот.
Оказавшись в огромном зале прилета, мы все выдохнули. За окном уже был вечер, темно, как в заднице у – да у кого угодно! В общем, мы очень устали и хотелось нам одного – лечь плашмя и не шевелиться. Даже есть не хотелось.
Сверившись с записями в телефоне, Маша сказала:
- Так, наше такси уже прибыло. Предлагаю не задерживаться, а ехать в отель. Завтра нам предстоит долгий и насыщенный день.
И действительно – небольшой темно-синий, почти черный, микроавтобус стоял на почти пустой площадке и при виде нашей компании приветливо мигнул фарами. А Машка молодец – это я отметил с невольным уважением. Учла, что нас много и нужен вместительный автомобиль. Та же Иришка Малышкина упустила эту деталь, когда мы отправились в первый раз в другой город. Она в принципе забыла заранее заказать машину, так и потом не уточнила количество пассажиров и багажа. Вышла жуткая путаница и неразбериха, а мы итак были злые и уставшие, и это нас только подстегнуло. В общем, первая поездка стала для нас тем еще комом. Осадочек до сих пор остался.
В гостинице с одноименным названием «Калининград» нас приняли, как дорогих гостей и тут же выдали ключи от номеров. С криком:
- Ты меня уже дома достал! – Демид толкнул Грозного в мою сторону, а сам схватил в одну руку ключ, в другую – Димку, и был таков. Только его и видели.
- Изменщик коварный! – крикнул ему в спину Ефим и повернулся ко мне с легкой улыбкой, - Итак, сегодня ты мой. На всю ночь.
Невольно я попятился, не скрывая усмешки и выставив вперед руки:
- Чувак, ты же помнишь – меня дома ждет девушка. И я не изменяю.
- Что было в Калининграде – остается в Калининграде, - заговорщицки шепнул мне парень с бородой, хватая один из ключей.
Персонал отеля смотрел на весь этот цирк чуть растерянно, явно не зная, как реагировать. Ситуацию разрядили близнецы. Точнее, они подумали, что это поможет. Хохотнув, Кирилл повернулся к администратору гостиницы и громко сообщил:
- Не обращайте внимания – Демид просто приревновал своего любимого к стюардессе. Он очень ревнивый…
- Но отходчивый, - подхватил Ден, - Вот увидите – завтра утром уже помирятся и будут кормить друг друга с ложечки завтраком. А мы будем пытаться не проблеваться.
- Идиоты, - в очередной раз махнул рукой Ефим, который всё же обладал удивительно беззлобным нравом.
Маша закатила глаза и пробормотав что-то вроде:
- Детский сад, - взяла последний ключ от номера и, добавив уже громче, - Завтрак в девять, в одиннадцать нас уже будут ждать на мастер-классе. Поэтому не опаздывайте.
- Демиду с Димой передать? – спросил Ефим, пока близнецы с гоготом почти бежали к лифту.
Рыжая покачала головой:
- Не стоит. Я отправлю им сообщения. Спокойной ночи.
Поднявшись в свой номер – обыкновенный, с двумя кроватями, обставленный в довольно современном европейском стиле, я просто рухнул на постель, размышляя, хватит мне сил принять душ, или забить на это дело. Ефим, явно раздираемый такими же противоречивыми мыслями, бросил сумку на свое спальное место и тут же полез в телефон, что-то проверяя.
- Черт, завтра здесь выставка одного очень известного фотографа, - почти простонал он, - Дрон, давай сходим? После классов.
Мне, поскольку в искусстве я разбирался также «прекрасно», как и в валенках – ну, то есть никак – эта идея не шибко понравилась.
- Ты уверен, что именно я тебе там нужен? Может, Дэма позовешь?
Но Грозный качнул головой:
- Он опять начнет меня пилить, что мне тоже нужна своя выставка и что я прячусь от людей. Ты так точно не сделаешь.
Ну, в словах друга тоже было здравое зерно. Опять же – он смотрел на меня такими глазами, что кот из «Шрека», увидев его, заявил бы, что ему пора на пенсию, и он нашел себе достойную замену.
Поэтому, улыбнувшись, я кивнул:
- Почему нет. Сходим. Вдруг, тебе удастся приобщить меня к прекрасному.
- Супер! – просиял Ефим, - А, может, еще Мари с собой потащим?
Золотцева, с которой Грозный поделился планом за завтраком, отнеслась к этой идее неоднозначно.
- Даже не знаю, - протянула она, размешивая сахар в своей кружке с чаем, - Если идти – то всем вместе. Чтобы не разделяться и я не переживала, что половина компании потеряется.
- Либо мы можем нанять гида, который присмотрит за второй половиной команды, - предложил Дима, придвигая к Маше небольшую плошку с овсянкой.
Черт, как она вообще ест эту гадость? Она же по виду напоминает блевотину. Нет, не спорю – это была не пустая крупа, а щедро сдобренная изюмом и дробленым миндалем, но лично для меня ситуация не менялась. Это была блевотина с изюмом и миндалем.