Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 29

Денгура, казалось, понял ее. Он знал, что подарком уродливому ребенку больше всего угодишь родителям. У Денгуры самого была больная дочь, он любил ее больше других детей.

- А косой Исенке принеси материи на два платья... И еще дай ей конфетку. Я у тебя конфетку покупаю. Сколько стоит?

Косая вспыхнула. Такой щедрости она не ожидала.

- Ах, какой хороший!.. - басом вскрикнула Майога.

Даже толстой, ленивой Одаке, вдовой невестке Маленького, и той Денгура купил грубой дабы. Денгура знал, что она ест за троих, работать не любит, что Кальдука рад бы ее спровадить.

Торговцы принесли покупки, и Денгура сейчас же расплатился. Вся семья пришла в восторг, больше всех радовалась косая Исенка.

- Ах, какой дядя хороший! - басом, как и мать, воскликнула она и обняла Денгуру так крепко, что старик смутился.

Савоська долго слушал и молчал. "Человеком торгуют, как собаку продают", - подумал он. Старик смачно плюнул и, выругавшись по-русски, ушел, хлопнув дверью.

"Я напрасно вчера Улугу обидел, - подумал он, - ведь мы с ним не раз богатых маньчжур укрощали. А вчера я не помог ему". Старик решил идти за подмогой в Уральское.

Когда Маленький прислал за ним, дверь Савоськиной фанзы оказалась подпертой колом. Талака вернулась домой грустная, сказала, что дядя ушел.

- Дельдику жалеет! - смеялся Офя.

- Чего ее жалеть? - бормотал скрюченный Пагода.

Кальдука соглашался отдать дочь в Мылки. "Но как ее у Ивана забрать?" - думал он.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Широкие лыжи, подбитые шерстью, волочились за Савоськой по снегу на длинных веревочках. За плечами у старика - лук и ружье, сбоку - нож и колчан со стрелами. Савоська идет к Бердышову.

"Хотя я и старый и меня никто не слушает, но я не переменился, все тем же Чумбокой остался, и об меня еще зубы обломаете, как и в прежние годы! Но неужели Ванька согласится отдать Дельдику? - думал он. - Быть не может! Нет, однако, не отдаст".

К полудню старик добрел до Додьги. Бердышова дома не было, он уехал в Хабаровку. Савоська погостил у Анги, поговорил с Дельдикой, но про то, что делается в Бельго, никому не сказал ни слова. Потом пошел к Федору, с которым водил дружбу с тех пор, как вместе охотились.

- Живи у меня! Оставайся за своего, - уговаривал Савоську Барабанов, услыхав про его ссору с братом. - Что там у вас вышло? Рассказывай, как ссорились...

Барабанов звал гольда на охоту, но тот жаловался, что у него грудь болит, говорил, не стоит идти, надо немного подождать. В Уральском старик целыми днями либо играл с дочерью Ивана, либо проводил время с ребятишками переселенцев. Он учил их делать ловушки, луки, западни. В воскресенье с утра, собравшись в избе Барабанова, ребятишки заставили Савоську рассказывать сказки.

- Дядя, дядя! Про лису, - теребили его дети.

Старик оглядел белобрысых русских ребятишек. Он любил детей и хотел бы иметь своих, но жизнь его так сложилась, что у него никогда их не было.

- Ну, иди сюда. Так, кругом садись. Одна компания будет, - говорил старик.



Дети засмеялись, сдвинули табуретки и притихли. Они смотрели на гольда с восхищением.

Старик набил трубку и поджал под себя ноги. Федор и Агафья уселись на лавку рядом. Улыбки появились на их лицах.

- Тебе кто там? - вдруг спросил старик маленького Сеньку Бормотова.

У парнишки за пазухой кто-то шевелился.

- Ушкан, - ответил мальчик и распахнулся.

Под кафтаном сидел заяц. Дети радостно засмеялись. Заяц забился, раздвоенная губа его задрожала.

- Тебе где взял ушкана? - удивился гольд.

- Илюшка на петлю поймал.

Ребята стали дразнить зайца, дергать его, щипать. Савоська отнял зайца, прикрыл его рукавом и что-то тихо пошептал. Заяц успокоился.

- Его смирный. Самый смирный, он сам всего боится, - молвил старик. Если человек всего боится, мы скажем: заяц.

- Дядя, а ты что ему сказал?

- Сказал, что обижать никто не будет, тут хорошо. Надо его пускать в тайгу, пусть он домой идет... Ну, слушайте...

Один охотник охотиться пошел, - начал Савоська сказку. - Далеко пошел. На нартах таскал жир. Много жира. Кеори взял - это калужьи жабры, тут вот, - показал Савоська за уши. - Вот идет на охоту по речке. Наши всегда речкой ходят... Откуда-то взялась - идет лиса. Встретились. Лиса говорит: "Здравствуй, дядя!" - "Здравствуй". - "Ты куда?" - "На охоту пошел". Ну, лиса говорит: "Давай буду маленько помогать. У тебя собак мало, меня запрягай, вместе на охоту пойдем. Буду нарты таскать". Старик думает: "Ладно!" Надел ей хомут. Лиса идет заместо собачки. Вдруг охотник след нашел - выдра ходила. Выдра в воде живет. Смотрит - маленечко подальше дырка, как прорубь, пропарина, там выдра лазает. А лиса ноги туда уронила, как будто упала. Только задние ноги уронила. "Ой-ой! - орет. Ноги сломала... Ой-ой! Ходить не могу, в нарты меня посади". Старик посадил ее в нарты посередке.

"Ой-ой! - лиса кричит. - Дядя, дядя! Ноги больные, тут худо сидеть, там лучше посади, где жир и калужьи жабры, там помягче". Старик ее посадил, спрашивает: "Ничего?" - "Маленечко лучше..."

Дети засмеялись.

- Ну вот, едут дальше. Речку нашли. Лиса спрашивает: "Дядя, дядя, какая это речка?" - "Это большая речка", - отвечает старик. Еще дальше пошли. Там еще речка. "Дядя, а это какая речка?" - "Маленькая речка". Так старик сказал. Вот доехали, где охотиться. Старик думает: "Надо делать балаган". - "Ну, лиса, иди таскай ветки, постель делай". Лиса взяла топор, пошла ветки рубить. Старик ждет. Че-то долго обратно не идет. "Что такое? - думает. - Почему долго лисы нет? Куда делась? Однако, пропала!" Пошел старик искать. Ходил-ходил, искал-искал - нету лиса!.. "Ой, подумал, - худо!.." Вот этот старик обратно пришел. В балаган пришел, свою нарту стал смотреть. Что такое? Ни рыбы, ни жира, ни калужьих жабр! Все продукты пропали!..

- Лиса утащила! - воскликнул Мишка Барабанов.

Дети бурно смеялись. Савоська, довольный не меньше их, раскуривал дрожащими руками трубку.

- Бабка нам эту сказку рассказывала, - заговорила Настька. - Только там мужик карасей вез.

Вошла Фекла Силина.

- К Бердышову какие-то богатые гости приехали на белых собаках, сказала она.