Плоды проклятого древа

— А что должно получиться?

— А фиг его знает, — биопсатор тихо пискнул, выхватывая из крохотной ранки в черепе микроскопический кусочек плоти. — Может, что-то и получится.

Раздавшийся предупредительный сигнал заставил всех троих встрепенуться. Посетители.

— Я что-то путаю, или сегодня должны были представить новенького? — спросил я. — Этого, как его, Страшилище вроде?

— Страшила он, — ответил Карлос и вдруг задумался. — Хм. Вы думаете о том же, о чем и я?

— Брейся, дружок, мы натуралы.

— Да не! Давайте разыграем!

— А как… — спросил Крис и тут же осекся, когда сообразил. — Блин, это слишком жестко.

— Да ладно, пусть привыкает. Мы же не хотим, чтобы его в реальной драке стошнило от вида моих кишок? А если что, валите все на меня.

…

Еще минуту спустя

— Итак, ребята, это наш новичок, — Батарея бросила быстрый взгляд на мужа и напарника, но Штурм знал, когда можно дурачиться, а когда лучше напустить серьезность.

— Привет, я — Страшила, — представился парень в синем костюме и такой же маске. Судя по его мощнейшей мускулатуре, он мог задушить медведя одной рукой. Даже не применяя способности.

— И это все? — спросил Штурм, глядя на Рыцаря и Висту. — А технари ваши опять в мастерских киснут? И где лидер?

— А они все у Кид Вина, — Виста показала пальцем на одну из дверей. — Какое-то исследование проводят.

Батарея только покачала головой. Дай технарю волю, и он закопается в своей мастерской. Оружейник в этом плане ничем не отличался от своих учеников.

— Предупреждали же, — сказала она недовольно. — Пойдемте будить.

Она подошла к двери и постучала, но ответа не последовало. Нахмурившись, Батарея потянула на себя ручку, и обмерла.

Посреди мастерской стоял стол, на котором лежал практически выпотрошенный Эгида, а по бокам от него стояли оба юных технаря в хирургических халатах. Все помещение заливал тусклый красноватый свет, из-за чего кровь казалась черной, а какие-то механизмы издавали низкое угрожающее гудение. И словно этого было мало, все трое воздели руки к верху и замогильными голосами произносили какое-то странное заклинание.

— ETIS! ATTIS! ANIMATIS! ETIS! ATTIS! AMATIS! — нараспев читали Стражи. — ETIS! ATTIS! ANIMATIS! ETIS! ATTIS! AMATIS!

Виста сдавленно пискнула у нее за спиной. Стоящий рядом Штурм присвистнул. Страшила не отреагировал никак.

Батарея включила нормальное освещение и перевела не обещающий ничего хорошего взгляд на виновника. Самый сильный в команде, самый многообещающий и ценный — и в то же время самый проблемный.

— Магистерий, объясни, что ты на этот раз устроил? — как можно спокойнее спросила она.

— Я-то тут причем?! — очень натурально удивился он. — Это все Эгида!

— Это все Эгида, — подтвердил Кид Вин.

— Это все я, — Эгида весело помахал рукой.

— Мило, что вы так стремитесь выгородить друга, но ничего не выйдет, — отрезала Батарея. — У вас первая встреча с новым товарищем, а вы устраиваете настолько неумные шутки. Страшила, извини за такой прием, обычно они ведут себя приличнее.

— Но мэм, это правда…

— А вы сейчас тут все отмоете! Эгида, ладно эти двое, но ты-то старше! Ты лидер команды!

— Виноват, мэм. На этапе планирования мне это казалось остроумным, — Эгида повертел головой. — Эй, вы если закончили, давайте собирайте меня обратно.

Технари подскочили на месте и засуетились.

— Крис, куда ты положил сердце?

— Вон на столе лежит.

— Это не сердце, это кусок печени!

— А, блин, точно… вот, держи.

— Ребят, вы меня пугаете.

— Не ссы Карлос, пока все нормально. Крис, а грудина где?

— Ты на нее чуть не наступил.

— Ой, блин… минутку, это помыть надо.

— Полегче с моим ливером, чертовы технари! Я его восемнадцать лет отращивал!

…

Прошло десять минут, прежде чем мы собрали Эгиду в один кусок и все трое выбрались в Хаб. Батарея и Штурм уже ушли, а Рыцарь в своей обычной деликатной манере разговаривал со Страшилой.

Последний снял маску и, похоже, выключил свои силы, потому что из великана-бодибилдера превратился в довольно тощего паренька, чуть ниже меня ростом. Хм. Биокинез, как у Панацеи, но направленный только на себя. Может, не настолько точный и разнообразный, но все равно отличный потенциал, из новичка со временем получится сильный кейп.

— Эгида, объясни все-таки, что это было? — спросил Рыцарь. Больше для Страшилы, чем для себя или Висты.

— Кид Вин хотел понять, как работает моя сила, чтобы использовать тот же принцип в своих штуках.

— Давно технарство начало включать в себя призыв темных сил?

Эгида только хмыкнул и мы один за другим сняли маски и представились. Когда очередь дошла до меня, Страшила, он же Йохан, заинтересованно подался вперед.

— Я про тебя слышал, — сказал он, и это сразу заставило меня напрячься. — Ты правда можешь вылечить шизофрению?

— Зависит от конкретного случая, — ответил я осторожно. — От причин, симптомов, общей тяжести заболевания… мне уже доводилось отказываться от пациентов, которым я не мог помочь. А что, у тебя кто-то из родственников болен?

Он покачал головой.

— Не родственник.

Я воспользовался сквозным зрением, чтобы просканировать его мозг. Были некоторые характерные признаки, точечная аномальная активность в определенных областях, но в целом влияние на мышление оставалось несущественным. Больше затронута эмоциональная сфера, но не настолько, чтобы нарушить дееспособность.

— Забей. По сравнению с моими обычными пациентами, ты полностью здоров.

Не уверен, но кажется, это его немного подбодрило. Вскоре вернулись из патруля Стояк и Призрачная Сталкер, и Виста пошла заваривать чай на всех. Пополнение в рядах Стражей прошло спокойно и буднично.

Ночь с 10 на 11 апреля 2011 года

Мы с Кэсси смотрели друг на друга и молчали. Говорить тут было не о чем. Ранее она бросила мне в лицо обвинения, и сегодня я пришел, чтобы полностью их подтвердить.  — Мы должны расстаться. Окончательно. Это с самого начала было ошибкой. Она стояла в своей комнате у открытого окна, я висел перед этим же окном со стороны улицы. Поляризационная система костюма укрывала меня чернотой, превращая Белого Стража в жутковатого злодея. Маска поверх маски.  — Ты только за этим прилетел? Почти месяц не звонил, а теперь объявился.  — Было много дел. — Каких еще дел? Фотосессии? Или объяснял второклашкам, что надо кидать мусор в урну?  — Разработка средств, способных выдержать атаки Губителей и нанести им вред. Это не считая обычной больничной практики. Пойми, Кэсси, я не герой с обложки. Последние полгода я либо зависаю на угрозах S-класса, либо готовлюсь к ним. Даже не будь мы… по разные стороны, я бы все равно не находил достаточно времени для тебя. Она присела на подоконник и отвела взгляд. Молчание все длилось.  — Кайзер тебя не отпустит.  — Мнение Кайзера меня не волнует. Либо он молча все проглатывает, либо я обеспечу ему кое-что похуже смерти.  — Тогда тебе будут мстить. Крюковолк, Фенья и Менья… да все считай.  — Надеюсь, до этого не дойдет. Но если потребуется, я готов сразиться со всеми одновременно.  — Их тоже убьешь? Я не ответил. Скажи я «нет», это было бы ложью, но сказать «да» я тоже не мог. Для Кэсси Империя-88 была семьей, а Отала действительно приходилась ей двоюродной сестрой.  — Ты ведь скоро уезжаешь, да?  — В конце июня, сразу после экзаменов. Если, конечно, переживу следующую битву с Губителем, окно атаки откроется в первой половине мая. Скорее всего, это будет Левиафан, так что шансы два из трех. Ну, для меня побольше. Я надеюсь, по крайней мере.  — Знала бы я тебя чуть хуже, решила бы, что ты оправдываешься и давишь на жалость.  — А что я делаю на самом деле?  — Хвастаешься. Какой ты клевый, какое важное у тебя дело. От такой отповеди я немного опешил, но стоило мне открыть рот, как я понял, что возразить мне нечего.  — Все, лети. Занимайся своими геройскими делами, спасай мир, что хочешь делай. Это все равно не моя лига, так что буду заниматься своими делами здесь. Может, действительно грохнешь Губителя, и Александрия на радостях тебе отсосет. Она захлопнула окно у меня перед носом и задернула штору. Я с минуту еще парил неподвижно, будто ждал, будто окно сейчас распахнется, и Кэсси скажет, что это шутка и поздравит с запоздавшим первым апреля. Но ничего подобного не произошло. Медленно выдохнув, я начал подниматься вверх. Мост сожжен. На высоте в полкилометра я остановился. Где-то вдалеке полыхали огненные вспышки, но у меня не было никакого настроения влезать в драку с Лунгом, особенно когда по правилам я должен давно находиться дома и спать, единственное нормальное оружие отобрали. Вместо этого я сделал круг над южными районами, а потом направился к своему тайнику, где лежали штуки, которые слишком рискованно было держать в мастерской. На крыше одного из высотных зданий я свинтил панель с вентиляционного короба, вытащил длинный сверток и развернул его. Меч с кроваво-алым рубиновым лезвием. Ради убойной мощи пришлось пожертвовать удобством и универсальностью, слегка изогнуть клинок и сконцентрировать энергию дезинтеграционного поля на единственной режущей кромке, из-за чего оружие отдаленно напоминало катану, хотя таковой и не являлось. Пистолет «Зиг Зауэр «с небольшим запасом патронов. Выглядит слабенько на фоне технарского оружия, но это был мой первый трофей. Кроме того, пулю может выпустить кто угодно, тогда как по следам от бластера можно быстро установить автора изделия. Я обильно смазывал пистолет перед тем, как спрятать, так что ржавчина его не тронула. Небольшой стазисный контейнер, в котором лежали несколько ампул для инъектора, наполненных сывороткой правды, гипноиндуктором и кое-чем похуже. Аварийный запас, который требует много времени и сил на изготовление, но слишком плохо хранится в обычных условиях. Закатав правый рукав, я обнажил браслет-глюкометр. Точнее, то, что под него маскировалось. Хотя мне давно не требовалось следить за сахаром в крови, но осталась необходимость поддерживать легенду и просто привычка. Теперь в браслете скрывался небольшой пространственный карман, способный вместить всего пять килограммов груза, но зато компактный и нетребовательный к энергии. Один за другим я поместил содержимое тайника в разные слоты и проверил, насколько быстро происходит извлечение. Получалось не очень удобно, предмет появлялся в нескольких сантиметрах от ладони, которую требовалось держать раскрытой. В разгар схватки лучше не рисковать. Но если есть хоть секунда передышки, это может спасти жизнь. Особенно если на меня нападут, когда я не в костюме. Панель я поставил на место. Ткань, в которую были завернуты вещи, изрезал на ленточки и выбросил и ближайший мусорный бак. Мост сожжен. Под прикрытием маскировочной системы я вернулся домой, бесшумно влетел в оставленное открытым окно. Сняв костюм, я повесил его на спинку стула и плюхнулся на расстеленную кровать. Это была не самая приятная моя ночь, но она закончится, а завтра будет новый день. Я невольно улыбнулся, вспомнив шариковую ручку, которая все крутилась на верстаке в моей мастерской. Крутилась уже вторые сутки, и будет крутиться вечно. Надо прикрыть его чем-нибудь… Выспаться мне не пришлось. Стоило мне забраться под одеяло и провалиться в дремоту, как завизжал смартфон. Мысленно проклянув звонившего, я посмотрел на номер — госпиталь при СКП, приемное отделение.  — Слушаю, — сонно буркнул я в трубку. Надеюсь, у них достаточно серьезная причина.  — Магистерий, извини что будим среди ночи, но дело срочное. Оружейник только что арестовал Лунга, но он при смерти. — Кто из них? — Лунг же!  — Да епт… — ради Оружейника я бы сорвался не раздумывая, но жертвовать своим отдыхом, чтобы спасти косорылого работорговца? Но репутация для кейпа — это все. Никакие реальные достоинства и недостатки не играют роли, стоит зайти разговору о том, как тебя воспринимают люди. Я, конечно, могу отказаться… но тогда они просто позвонят Эми, а окружающий меня сонм мерзких слухов разрастется еще больше.  — Стабилизируйте его хотя бы на десять минут, я вылетаю, — госпиталь в том же здании, что и офис, за мобильной лабораторией бежать не далеко. И все-таки странно. Я знал, что у Оружейника имелся сверхмощный транквилизатор, заготовленный специально для Лунга, подавляющий саму его силу, и знал, что Алебарда крайне смертоносна сама по себе. Но Оружейник просто не мог действовать неаккуратно или неосторожно. Он бы нанес ровно столько вреда, сколько нужно для нейтрализации, и ни царапиной больше. Похоже, Лунг уже с кем-то сражался на тот момент. С кем-то, кто отметилил его практически насмерть. Но с кем? Ответ на вопрос пришел довольно скоро — когда я, весь в мыле, ворвался в отделение интенсивной терапии. Дежурная медсестра встретила меня на входе и отвела в палату, где врачи ночной смены суетились вокруг крупного мужчины, покрытого цветными татуировками и красными волдырями. Маску с него так никто и не снял.  — Анамнез? — спросил я коротко.  — Острая интоксикация, — последовал такой же ответ. Я подошел к самой койке и заглянул внутрь тела. Яды. Огромное количество разнообразных ядов животного происхождения, агрессивные ферменты, разрушающие кровь и живые ткани на молекулярном уровне. Я даже не мог сказать, кто именно его покусал, но точно знал, что Оружейник тут не причем. Зато я знал другого кейпа, умеющего управлять огромными роями насекомых…  — Пчелиный яд, — сказал я вслух. — А также яд ос, шмелей, шершней, нескольких видов пауков и комаров. Возможно, еще и змеиный.  — Откуда столько сразу? — удивился один из медиков, что помоложе.  — Кейп, — ответил я и развернул мобильную лабораторию. И вдруг замер. Ведь у всех случаются ошибки. Даже у лучших из врачей есть личное кладбище, потому что спасти всех просто невозможно. Мое впервые пополнилось в Мехико… и что мне мешает сослаться на ошибку прямо сейчас? Я принялся за дело. СКП не закроет глаза на смерть злодея в больнице. Герои это не злодеи, героя можно мурыжить как угодно и он не ответит. Под расследование угодит и Оружейник, и я сам… да только хрен они что докажут.  — Все, дальше я сам. Конечно, палату никто не освободил, просто отступили от койки и дали мне место. Транквилизатор Оружейника все еще действовал, и нейтрализовать конскую, я бы даже сказал драконью, дозу яда организм Лунга не мог. Шел обширный некроз тканей, семимильными шагами развивался гемолиз. По сути, мне было достаточно не мешать. Хотя можно и помочь, но так, чтобы никто не заметил. Давно моя сила не отзывалась настолько легко и точно. Требуемая рецептура возникала в уме еще до того, как я окончательно формулировал задачу, но все равно она была идеальна. Я создам антидот, даже оставлю образец для анализа. Любая проверка подтвердит, что это средство именно нейтрализует компоненты яда насекомых, и ничего другого не делает. Но вот в сочетании с продуктами распада транквилизатора он не только потеряет свои свойства, но и усугубит разрушительные процессы. Поршень шприца плавно пошел вниз, вталкивая смерть в тело злодея.  — Готово, — сказал я. — Это нейтрализует яд. Естественная регенерация за счет способностей у него и так на высоком уровне, так что проблем… Протяжно завыл кардиограф, фиксируя остановку сердца.  — Что? — пробормотал я растеряно. — Нет, нет, не может быть!  — В чем дело?! Что ты ему дал?!  — Так не должно было быть! Почему… Меня без церемоний отпихнули от койки. Я не сопротивлялся.  — Черт побери, он накосячил!  — Четыре кубика адреналина!  — Дефибрилятор, быстро!  — Кислород!  — Разряд!  — Пульса нет!  — Еще разряд! Крики продолжались где-то на краю сознания. Я медленно сполз по стене, словно у меня подкосились ноги. Как же хорошо, что за маской никто не видел, как я глупо улыбаюсь. Еще никогда я не ощущал такой… правильности. Что я все сделал именно так, как нужно, не отступив ни на миллиметр. Мои плечи тряслись — со стороны могло показаться, что от плача, но на самом деле от беззвучного смеха.  — Все, довольно. Это безнадежно, — выплюнул глава реанимационной бригады. — Смерть зафиксирована в четыре часа двадцать минут. Комментарий к 4.4 Ну, с почином.