Плоды проклятого древа

Потом я выдрал из подвернувшейся под руку тетради лист бумаги, взял нормальную ручку и начал писать:

«Простите, но вынужден бежать.

Передайте Эми и Кристал, я просто хотел как лучше.

Я не прощаюсь.

Конрад».

Записку я оставил на холодильнике, под магнитом. Там же, на кухне, я смешал себе энергетический коктейль, который бы поддерживал во мне силы следующие несколько часов. Автомат пришлось бросить, у меня не было браслета с пространственным карманом, где я мог бы его спрятать. Себе я оставил только трофейную «Беретту», которую заткнул сзади за ремень, и потайное оружие в виде ручек. Я оглянулся в последний раз и вышел из квартиры.

Хотите насмешить бога? Расскажите ему о своих планах.

Стоило мне ступить на лестницу, как сверху раздался голоса и топот, а потом с верхнего этажа стала спускаться целая толпа народу. Двое полицейских, два каких-то клерка и женщина, похожая на гарпию. В руках последняя держала орущего младенца.

Я сложил два и два.

Когда была раскрыта личность Кайден, эти идиоты не придумали ничего лучше, чем прийти к ней домой и забрать годовалую дочь. Они точно не из СКП, даже там не страдают таким скудоумием. Что сотворит с городом Стрелок-8, у которой отобрали ребенка, я даже думать не хотел.

Я мог сделать вид, что не обратил внимания. Мог пропустить их, и уйти незамеченным, раствориться во всеобщем хаосе. Но также я понимал, что не могу этого сделать. У меня на глазах уже похитили одного ребенка, и я бы скорее отгрыз себе ногу, чем позволил подобному случиться снова. Так что в тот момент я принял, наверное, единственное решение, о котором никогда не сожалел. Единственное действительно правильное решение.

Я достал пистолет и всадил пулю женщине в бедро. Подхватил падающую Астер, и выстрелил еще два раза, раня полицейских.

— Руки за голову, встали вон туда, — я мотнул стволом. — Даю три секунды, потом начинаю убивать.

На мне больше не было маски, я не выглядел пугающим кейпом, но заряженный пистолет, как показала практика, оказался аргументом ничуть не худшим. Клерки повиновались, я обошел их и побежал вверх по лестнице. Дверь в квартиру Кайден была вскрыта, и я беспрепятственно вошел внутрь. Я не знал номер ее сотового, но возле стационарного телефона была приколота бумажка с несколькими номерами, в том числе номером телефона Тео.

 — Алло, Конрад? Что случилось? — удивленно спросил он после пятого гудка. Ах да, он же сейчас в школе. Он просто не успел узнать.  — Личности всех кейпов Империи-88 раскрыты Вывертом и Неформалами. Точнее, Сплетница из Неформалов — это и есть настоящий Выверт. Где бы ты ни находился, беги оттуда. И скажи мне телефон Кайден.  — Погоди, что значит…  — СКАЖИ МНЕ ТЕЛЕФОН КАЙДЕН! — заорал я, и Астер начала плакать еще громче.  — Ай, сейчас… Через полминуты он продиктовал мне номер и я тут же бросил трубку. Кайден ответила после третьего гудка.  — Алло, кто это?  — Миссис Андерс, это Конрад. Личности всех кейпов Империи-88 раскрыты, полиция и органы опеки пытались забрать Астер, я им помешал. Как можно скорее явитесь на крышу вашего дома, я буду ждать вас там. Быстрее, у меня сейчас половина героев города будет на хвосте! Мгновения молчания.  — Поняла, скоро буду. Я бросил трубку и выбежал из квартиры. По лестнице взобрался на самый верхний этаж, с него — на крышу. Вытащив лазерную ручку, я немного подрегулировал мощность луча и заварил им дверь. А потом подошел к самому карнизу и стал ждать. Увы, первыми на горизонте показалась вовсе не сияющая белая точка. Летающие кейпы обрушились с неба и мгновенно меня окружили. Я огляделся, оценивая силы противников. Бесстрашный, Лазершоу, Леди Фотон, Слава и Барьер. Шансы на победу: не выше, чем у коммуниста стать человеком. Я не боялся. Бояться те, кому есть, что терять. У меня в одночасье отняли все, кроме жизни. А скоро и той не будет, ее заменит гниение в Клетке. Не было ни малейшего шанса избежать этого.  — Конрад? — странно сиплым голосом спросила Лазершоу. — Что ты… что ты делаешь?  — То, что должен делать герой, — я пожал плечами. — Защищаю невинных.  — Просто отойди от края крыши и отдай ребенка нам, — сказал Бесстрашный. Копье-молния в его руках трещало от энергии. Закрепленный на левой руке баклер окружал Бесстрашного мерцающим золотистым защитным полем. В нем была слабость, та же, что и у Славы — перегрузка на время выводила щит из строя. Еще бы мне было, чем его перегрузить.  — Вынужден отказаться, сэр. Это идет вразрез с моими принципами.  — Не усугубляй ситуацию. Ты сейчас и так в тяжелом положении, но еще есть шанс что-то исправить. Но если ты навредишь этой малышке, тебе уже ничего не поможет.  — Я? Наврежу? Ей?! Бесстрашный, не будьте идиотом. Это — дочь Кайден Андерс. Дочь Чистоты. Мы, знаете, хорошие соседи. Я бы лично прострелил ногу тому, кто попробовал бы ей навредить. Что я, кстати, и сделал пять минут назад.  — Чего ты добиваешься? — вмешалась Леди Фотон. — Ты окружен. Тебе некуда сбежать.  — Но и вы не можете мне ничего сделать. Удобно, правда? — я вложил во внутренний карман ручку с лазером и достал другую, с газом и дротиком. — Как думаете, что Чистота, один из сильнейших Стрелков Америки, сделает с теми, кто попытался отнять ее единственную дочь? Что она сделает с городом?  — Изъятие Астер Андерс было санкционировано.  — Если похищение ребенка прикрыто бумажкой, оно не перестает быть похищением. А вы знаете, миссис Пелхам, у меня с похитителями детей разговор короткий. «Чистота, ну где ты? Ты же можешь пересечь весь город за считанные секунды! Что тебя так задержало?» Вдруг Лазершоу погасила свое силовое поле и приземлилась на крышу передо мной. В ее глазах стояло отчаяние. Она медленно шагнула ко мне и положила руки мне на плечи. Реши она меня убить, ее мощнейшие лазеры испепелили бы меня, не задев Астер. Я неожиданно для самого себя обнаружил, что рефлекторно направил ручку ей в бедро и держу палец на рычажке, выпускающем дротик.  — Пожалуйста. Скажи, что это не правда, — прошептала она. — Ведь тебя просто оболгали, так? Это все фальшивка? Наверное, это были самые страшные слова, что я когда-либо слышал. Она верила мне. Она цеплялась за любую надежду, которая бы позволила ей продолжать считать меня хорошим человеком. У меня перед глазами пронеслась и наша переписка на ПЛО, и разговоры после моих больничных смен. Она была на четыре года старше — ну и что? Она мне нравилась, это было бессмысленно отрицать. Она понимала меня. А я ее предал.  — Но это правда, Кристал. От начала и до конца, — ответил я треснувшим голосом. — И про Империю-88, и про «Гезельшафт», и про эксперименты на людях. Игнис и Тора. Это я их создал. Дал им силы.  — Зачем? — прошептала она. — Ты ведь герой. Настоящий герой…  — Технарская сила, в отличие от любой другой, крайне прожорлива до ресурсов. Я получил свою, когда умирал от кетоциадоза в запертой комнате, где меня оставила моя мать в наказание за пропущенные занятия. Это сейчас она вполне приятный человек, и совершенно не похожа на себя прежнюю. У меня не было ни цента своих денег, а мои идеи требовали вложений. Так я вышел на связь с Блицкригом, его впечатлила демонстрация, и он навел мне контакт с Гезельшафтом. Я отказался вступать в Империю-88, я осознавал потенциал своей силы в исцелении, и если бы стал «официальным» злодеем, то никогда не смог бы его реализовать. Согласился на легальные гражданские контракты с «Медхол», не противоречащие NEPEA-5, они должны были обеспечить меня достаточными средствами. Кстати, это была идея Блицкрига, заявить о себе как о независимом герое. Чтобы немного отмыть образ. Гезельшафт платил еще щедрее, но также обеспечил меня тем, что ни за какие деньги не купишь — информацией о природе сил. Такой, какой нет даже у СКП. Я содействовал их программе искусственных триггеров, помогал им найти новые закономерности и сделать процесс триггера более предсказуемым и не таким калечащим. Это было достаточно просто, и не требовало идти на сделки с совестью, только раз в месяц отсылать в Европу партию психотропов. А потом вылез Бегемот, и там меня словно лицом об стену приласкали. Тогда я впервые осознал истинные масштабы катастрофы. Тогда Александрия меня заметила и сказала, что миру нужны истинные герои. Верность арийским идеалам, борьба за влияние — кого это должно волновать, когда речь идет о выживании цивилизации вообще? Я свой выбор сделал именно тогда. Когда измазанный с ног до головы в крови летел над сгоревшим Мехико. Только вот проблема, потребность в ресурсах никуда не делась. Да, я разобрался со своей силой, и понял, что на самом деле завишу от ресурсов куда меньше, чем любой другой технарь. Но оставалась проблема Пиггот. Свинка прекрасно знала, чем на самом деле является «Медхол», хотя из-за секретности не могла об этом сказать вслух, и считала меня шпионом и агентом влияния. Херня, кстати говоря. Я не сливал Кайзеру информацию вообще никогда, у него для этого достаточно других кротов. Ну так вот, мне требовались не просто металлы, провода или пластики. Мне требовались площади. Очень большие площади, потому что моя истинная специализация — это «производственные кластеры замкнутого цикла». Кто-то уровня Дракон или Оружейника, потребуй он себе дюжину гектаров территории под личный завод, получил бы желаемое. Я о таком мечтать не мог, Свинка наоборот всеми силами тормозила мой прогресс, урезая бюджет. И я обратился в Ящик Игрушек, где мне предложили карманное измерение нужного объема за совершенно скотскую сумму. К счастью, примерно тогда же Гезельшафт решил получить с меня больше, и потребовал провести эксперимент с триггером самостоятельно, а собранные данные переслать им. Так появилась Тора. Ей это, кстати, не сильно понравилось, и она меня маленько выпотрошила. Я на нее зла не держу. Даже убрать ее не пытался. Но это дело прошлое, на самом деле. После случая с Торой я передал Гезельшафту собранную информацию и оборвал с ними связь. Слишком опасно для меня, как я сказал. На самом деле меня просто тошнило от того, чем я занимался. Утешало только то, что выплаченный гонорар позволил начать работу над моим opus magnum — то есть над проектом «Сирин». Это ведь не просто доспех. Это нечто настолько сложное, что я сам едва понимаю его суть. Но у него есть потенциал противостоять Губителям, я уверен в этом. Потом была Канберра. Три недели в натуральном аду, а когда я вернулся домой, то что увидел? Как по всем каналам меня поливают говном. Я вспылил, пошел к Пиггот разбираться и чуть ее там не пошинковал, но Коста-Браун предложила перевод в Лос-Анджелес. Я подумал и согласился. Для меня это был шанс оставить все позади, начать с чистого листа. Но не сложилось, как видите. По щеке Лазершоу скатилась слеза. Она не всхлипывала, не рыдала, вообще не издавала ни звука. Просто беззвучно плакала. И я не знаю, смог бы выдержать это зрелище хоть немного дольше, но сверху сверкнули белые лучи: прибыла Чистота. Я обрадовался ей, как родной. Просто потому, что она отвлекла меня от осознания собственной мерзости, втянула обратно в конфликт. Конфликт был проще. Понятнее. Летуны брызнули в стороны, как мальки от щуки. Лазершоу тоже дернулась было с места, но я шагнул к ней и приставил ручку к ее груди.  — Стой. Не вынуждай меня делать то, о чем я буду жалеть.  — Зачем ты ей помогаешь?!  — Пытаюсь хоть раз в жизни поступить правильно. Чистота ударила по героям, вынудила их перейти в оборону и спустилась вниз. Там ее не могли атаковать — из опасения задеть Астер и потому, что видели приставленную к груди Лазершоу ручку. Каким-то образом у меня возникла репутация безжалостного мясника, и никто не сомневался в реальности угрозы.  — Вы не больно торопились, миссис Андерс, — сказал я, передавая ей плачущую девочку.  — Прости, форс-мажор, — ответила она сквозь сжатые зубы и прижала дочь к груди. — Я не смогу тебя унести.  — Я знаю. Попрощайтесь за меня с Тео и Кэсси. Она словно колебалась.  — Астер у вас, летите уже. Я здесь справлюсь.  — Спасибо за все, Конрад. Она взмыла ввысь и быстро исчезла из виду. Я убрал ручку от груди Лазершоу и крутнул ее в пальцах. На душе было легко и спокойно. Из будущего исчезла какая-либо неопределенность, и я с улыбкой прикрыл глаза, чтобы насладиться вкусом последних глотков свободы. Крутнул ручку в пальцах. И убрал ее во внутренний карман.  — Вы победили. Я сдаюсь.