Плоды проклятого древа

Для человека, пролежавшего две недели в глубокой коме после тяжелейших ранений, я ощущал себя превосходно. В смысле, полностью здоровым, хотя и изрядно ослабевшим. Тело стало заметно тоньше и легче. Похоже, мной занималась Панацея, а ей требовался материал для работы. Она забрала весь подкожный жир и часть мышечной ткани. Долгая неподвижность тоже не добавила силы и прыти. Восстанавливаться придется долго, даже с моими возможностями по стимулированию анаболических процессов.

Короче, мне оставалось только плевать со скуки в потолок, поглощать жиденькую больничную кашу, да удерживать себя от соблазна совершить побег. Я ничего не знал о своем текущем статусе, но пробуждение в наручниках не внушало оптимизма, и случайно обнаруженный здравый смысл подсказывал, что прямая вражда с СКП будет не самым мудрым решением. Во всяком случае, сейчас я был также свободен, как любой другой пациент, вооруженного конвоя возле дверей палаты тоже не стояло.

А потом, вскоре после завтрака, ко мне пришли посетители.

Мама с папой, в наброшенных на плечи белых халатах, буквально влетели в палату и стиснули меня в объятиях. Странное это было чувство. Будто не было ничего: ни Симург, ни многих лет семейного кризиса, ни обретения мной способностей. Впервые за много лет я просто был со своей семьей, и мне казалось, будто еще вчера я был маленьким мальчиком, радующимся фигурке Эйдолона на Рождество. Я заметил, что у отца в волосах стало намного больше седины, а у мамы добавилось морщин. Наши отношения не сложились в прошлом, но в насквозь враждебном мире только им я мог довериться без оглядки.

Я неловко обнял обоих в ответ. Честно, не знаю, как это правильно делается.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил папа.

— Неплохо. Панацея хорошо постаралась.

— Послушай, Конни, мы на твоей стороне. Чтобы ты ни сделал там, ты считал, что поступаешь правильно, — мама говорила быстро, будто боялась куда-то не успеть. — Директор Пиггот повела себя… неразумно. Ее вынудили подать в отставку. Мы сейчас готовим иски…

— Оставь. Судиться с СКП… это такое. Не перспективно.

— Есть хорошие прецеденты.

— У них слишком много козырей, — я оборвал фразу на середине, осмыслив кое-что, сказанное ранее. — Стоп. Пиггот больше не директор?

— Ее заменили. Нового директора зову Джеймс Тагг, он бывший военный.

Мне это имя ничего не говорило. Зато в животе засвербело нехорошее предчувствие.

— Значит, Пиггот сняли. Вряд ли только из-за меня. Кажется, что-то случилось крупное? — я напряг чувства, отслеживая реакцию. — Что-то очень плохое в городе?

Бинго.

— Злодеи начали войну, — сказал папа. — Люди Кайзера против азиатов.

Дорого бы я сейчас дал за нормальную силу Умника. Кайзер бы не пошел на настолько рискованный шаг. Не после тех договоренностей, которых мы достигли. Если война с азиатами… Бакуда. Я так и знал, что она чокнутая. Черт, если бы не это дурацкое ранение, я бы пристрелил ее в первую же ночь.

— В город ввели Национальную Гвардию. Мэр Кристнер в приватной беседе сообщил мистеру Андерсу, что сейчас решается вопрос о применении армии, — мама быстро оглянулась на дверь. — Имей ввиду, ты этого не слышал.

— А что Протекторат?

— Что-то делают. Наверное.

— Мда.

Национальная гвардия? Армия? Может, сразу пригласить ударные команды Протектората и Триумвират на закуску, чтобы от города точно ничего не осталось? Насколько вообще масштабный этот кризис, если принимаются меры как против А-ранга? Ладно, мои родители просто обыватели, они видят только внешнюю сторону конфликта. Доберусь до любого знакомого кейпа и выспрошу все.

— Так все настолько плохо, что пришлось подавать встречные иски?

Лицо мамы помрачнело.

— Ох, это… директор Пиггот собиралась действовать жестко, невзирая на ответные иски. Но ее сняли, а директор Тагг вступил в должность только вчера, и до тебя у него еще руки не дошли. Я уже говорила, есть хорошие прецеденты. В 2004-м герой Ускоритель убил грабителя, захватившего ребенка в качестве живого щита, и был полностью оправдан судом присяжных. Несколько случаев, когда герои без повышенной стойкости били насмерть в ответ на огонь из автоматического оружия. Еще в 2007-м был случай, герой Рейлган…

— Марта, — негромко сказал отец, — не грузи его сейчас.

— Все нормально. Я же крутой Технарь. Нет такой проблемы, которую бы я не смог решить.

Она горько вздохнула.

— Это ведь не в первый раз. Когда ты оказываешься в опасности, когда получаешь ранения и оказываешься на волосок от смерти. В СКП обещали, что быть Стражем безопасно, но пока выходит прямо наоборот.

— Кейпом вообще быть опасно.

— Конрад, мы с твоим папой уже не молоды. Другого ребенка у нас не будет. И если мы тебя потеряем…

— Все в порядке. Я так серьезно пострадал в той схватке, потому что это была спланированная ловушка именно для меня. Я недооценил одного суперзлодея, точнее того, насколько это существо прогнившее и богатое. И больше такого не повторится. Никто не сможет застать меня врасплох.

— Ты сказал «ловушка»? — насторожился папа. — Ты уверен?

Я кивнул.

— Один из похитителей, перед тем, как я снес ему голову, так и сказал: «Ничего личного, тебя заказали». Это личная вендетта, никак с делами Стражей не связанная.

— Ты во что-то впутался, — обреченно констатировала мама.

— Немножко, — я показал пальцами, насколько «немножко». — Но надеюсь все уладить до переезда в Лос-Анджелес. Если, конечно, меня все еще хотят видеть в Стражах, а не за решеткой.

— Каким образом «уладить»?

— Скажем так, кое-кто поплатится сполна за похищение детей прямо из дома.

Мама с папой синхронно вздохнули.

— Без паники. Мне бы только добраться до моего доспеха, а с ним мне сам Эйдолон не страшен.

Мы разговаривали еще где-то час, старательно обходя тему моего ближайшего будущего. Потом родители уши, и меня снова начали проверять медики. Большого смысла в том не было, после Панацеи лечить нечего. Но правила есть правила. Включили телевизор, висящий на стене, но тот не ловил ничего кроме местного телеканала.

Я снова провалился в дрему, из которой меня вырвал резкий голос ведущего новостей.

— Невероятные новости в Заливе! — вещал он с довольным видом. — Только что в распоряжение нашего канала поступили неопровержимые доказательства связи суперзлодейской группировки Империя-88 и фармацевтической компании «Медхол Корпорейшен». И не просто доказательства, а полный список гражданских личностей злодеев, который возглавляет, кто бы мог подумать, сам Макс Андерс, СЕО компании!

На экране появилась фотография Андерса, а рядом с ней — фотография Кайзера в доспехе. Обе были сделаны со схожего ракурса, чтобы подчеркнуть сходство.

Я невольно раскрыл рот. Это было невозможно, немыслимо по всем правилам, писанным и неписанным — но это происходило. Между тем ведущий продолжал заливаться соловьем, а на экране появлялись все новые пары фотографий. Джеймс Флишер — Блицкриг. Джессика Бирман — Фенья. Брен Мидоус — Крюковолк. Кассандра Херрен — Руна. И так далее. Были и фигуры пониже рангом, без способностей. Сначала я подумал на нового директора, Тагга, но тут же отбросил эту мысль. Информационная бомба такого масштаба требовала месяцев на подготовку, а он получил назначение пару дней назад. А раскрыть личности ВСЕХ членов Империи-88 можно только в двух случаях. Или у тебя полномочия директора СКП и одновременно ты начальник полицейского департамента. Или ты мощный Умник, способный извлекать любую информацию на интересующую тему из ниоткуда. Детали картины с хрустом встали на свои места. Все было спланировано. Неформалы начали грабить банк за считанные минуты до нападения на дом Элкоттов. Интервал был рассчитан так, чтобы Стражи успели получить первый вызов, и не смогли отреагировать на второй. Второй предназначался для меня, потому что в тот день я был отстранен от обязанностей. И только один человек во всем городе мог знать, что я имею привычку слушать оперативные частоты на уроках. Неформалы работали на Выверта. Нет, все было куда хуже. Само существование Выверта было теорией, лично его никто никогда не встречал. На сходке в «Саммерс Рок» он впервые показался на глаза другим злодеям — и это оказался всего лишь двойник без способностей. Однако его мощные способности Умника были очевидны, и бритва Оккама безжалостно отрезала лишнюю сущность. Выверт — это Сплетница. Сплетница — это Выверт. Точнее, существовала только Сплетница, Выверт же был мифом, который она создала, используя свою силу всеведения. Она мастерски спряталась на самом видном месте, где ее невозможно было заподозрить в чем-то серьезном. Якобы всего лишь мелкая воришка, а не криминальный босс, подмявший под себя солидную часть города и промышляющий заказными убийствами и похищениями. Тем временем на экране появилась фотография Кайден Андерс и ее альтер эго Чистоты, а следом — несколько снимков кейпов, о которых я только слышал краем уха. Ночь, Туман, Крестоносец и Алебастр. Эти четверо обретались в Бостоне, но раньше были членами Империи-88, и ушли вместе с Чистотой. Ясно. Бьешь по площадям, жопа веснушчатая? Чтобы не осталось никого, кто мог бы тебе противостоять? Если подумать, Лунг тоже на тебе. Подстроила время и место схватки, потому что все знала заранее. Знала, что Тейлор сможет с ним справиться. Знала, что Лунга подберет Оружейник и вколет ему транквилизатор, подавляющий регенерацию. Знала, что врачи в госпитале предпочтут довериться герою-целителю, а не разбираться с отравлением, осложненным технарскими средствами, самостоятельно. И конечно же знала, что я не упущу такой шанс прикончить это животное.