Страница 40 из 96
В свое время они оказали (и продолжали оказывать в XII-XIII вв.) крестоносному рыцарству немалые услуги, снабжая его оружием, провиантом, осадными механизмами, подвозя людские подкрепления. Все эти услуги были им с лихвой оплачены. Западные купцы получили в портовых городах Сирии и Палестины обширные права и привилегии.
Эти права и привилегии были троякого рода. Некоторые из них имели территориальный характер: итальянским и прочим европейским купцам предоставили в приморских городах кварталы с жилыми домами, складскими помещениями, с обязательными бассейном и баней, пекарней, церковью и, конечно, рынком. Другая категория привилегий принадлежала к сфере сугубо юридической, которая для людей, систематически заключавших коммерческие сделки, являлась весьма существенной. Привилегии этой, второй категории представляли собой разного рода изъятия из местного правопорядка. Так, купец или ремесленник-генуэзец, поселявшийся на Востоке, в отведенном для выходцев из данного города квартале, мог быть судим только по законам своей республики, и притом не иначе как ее консулом; мало того, вообще любой житель этого квартала подпадал под действие генуэзских законов. По сути дела, купцы, будь то генуэзцы, пизанцы, венецианцы, в меньшей степени марсельцы, барселонцы и т.д., пользовались в облюбованных ими гаванях правами экстерриториальности.
Привилегированные поселения итальянских негоциантов, располагавшиеся обычно как бы полукругом вблизи гавани, подчас занимали до одной трети городской территории. Они стали опорными пунктами торговых сношений Запада с Левантом (по-французски "Levant" - "восход").
Из Венеции, Генуи, Пизы, из Марселя и Монпелье, с берегов туманной Британии, из солнечной Барселоны в XII-XIII вв. регулярно снаряжались на Восток флотилии купеческих кораблей. Их грузили различными товарами, прежде всего мукой (ведь в государствах крестоносцев своего хлеба не хватало); туда везли также строительный лес, металлы (медь и олово - из Англии), кожи и сукна (выделывавшиеся в городах Южной Франции) , коней, наконец, живой товар - рабов, его поставщиками выступали в первую очередь венецианские торгаши.
В Акре, Яффе, Тире, Сайде, Бейруте, распродав привезенное, западные купцы наполняли свои весельно-парусные барки новым грузом, за которым, впрочем, иногда отправлялись даже в глубь мусульманских областей, на тамошние рынки. Закупленные в портовых городах Леванта или в более отдаленных центрах мусульманской торговли товары перевозили в Европу: из заморских стран доставляли шелковые и хлопчатобумажные ткани, изготовленные искусными сирийскими мастеровыми, корзины с фруктами, мускатным орехом, мешки с тростниковым сахаром, бурдюки и бочки с винами. Запад получал также из Леванта шелк-сырец и кипы хлопка из внутренней Азии, мускус из Тибета, египетское стекло, стеклянные изделия и красящие вещества, пряности из Индии (перец, гвоздику, корицу), древесную смолу, аравийский ладан и амбру, жемчуг и драгоценные камни, слоновую кость из стран Африки. Все это и многое другое с большой выгодой сбывалось на западноевропейских рынках.
Торговля, которой занимались прежде всего североитальянские купцы, была для них весьма прибыльной: помимо территориальных и юридических привилегий они обладали еще и разнообразными привилегиями коммерческого и фискального свойства. До нас дошло множество хартий (грамот), которыми государи и князья, крупные и средней руки сеньоры, властвовавшие над теми или иными городами Восточного Средиземноморья, жаловали приезжим купцам эти привилегии, имея в виду способствовать их деловой активности в своих владениях, а в ее активизации эти феодальные правители были кровно заинтересованы, поскольку кое-что от торговых операций перепадало и в их казну. Так, сохранились хартии, снижавшие ввозные и вывозные пошлины на пристанях и внутренних городских рынках: пизанцам - в Яффе, венецианцам, амальфитанцам и тем же пизанцам - в Антиохии и пр.
Торговые привилегии, даровавшиеся купечеству, обычно не означали полной свободы от уплаты каких бы то ни было налогов вообще, хотя встречались и такие случаи. Как правило, однако, привилегии коммерческого характера сводились к частичному освобождению от торговых пошлин. Так, Жан д'Ибелин, сеньор Бейрута, в одной из жалованных грамот, освобождая генуэзцев от портового сбора, тем не менее обязывает их платить с продажи и покупки вина, зерна, посуды. Иногда взимались особые пошлины за торговлю лошадьми и рабами; подчас купцов освобождали от уплаты пошлин при продаже товара, но взимали пошлины с покупки, или наоборот.
Важную торговую привилегию составляло право купцов пользоваться на Востоке мерами и весовыми единицами своего города: подобную привилегию венецианцы, например, получили в Акре в 1123 г. Как и все другие, эта привилегия тоже предоставлялась в различных вариантах, имела всяческие градации: например, пизанские купцы могли пользоваться мерами и весами, принятыми в их родном городе, торгуя с кем бы то ни было, а купцы из Прованса - только в тех случаях, когда они заключали сделки со своими же соотечественниками, и т.д. В портовых городах функционировали особые учреждения и должностные лица, ведавшие взиманием торговых пошлин в гаванях и на рынках. Вход в гавань нередко преграждался цепью (поднимавшейся или опускавшейся по мере надобности); вот почему эти учреждения (а они занимались также разбирательством тяжб по поводу сбора портовых пошлин, конфликтов из-за причалов и прочих морских дел) назывались "Палатами цепи", а их чиновники - "цепными бальи". В правление Амори I была учреждена особая Рыночная палата, к которой со временем перешли судебные функции в отношении горожан-иноверцев. Изредка контроль за торговыми сборами в гавани или на рынке передавался администрации (консулам) экстерриториальных кварталов таким правом, в частности в Акре, обладали пизанцы.
Как бы то ни было, но оживленная торговля, происходившая в портовых городах Латинского Востока, не создавала экономических предпосылок для его политической консолидации: торговля эта была обращена вовне, в сторону внешних рынков, фактически она являлась посреднической, причем сами итальянские и южнофранцузские купцы по отношению друг к другу были прямыми конкурентами. Подчас они вели между собой ожесточенные войны, вовлекая в них и феодальных сеньоров. Во время одной из таких торговых войн, развязанной генуэзцами в середине XIII в., город Акра был наполовину разрушен, в нем погибло почти 20 тыс. человек. Более или менее устойчивая политическая централизация не могла при подобных условиях получить развития: она была лишена экономической основы.
3.7. Церкви и монастыри
Особое место занимала в государствах крестоносцев церковь. В Иерусалимском королевстве было создано пять архиепископств и девять епископств, а также учреждено много монастырей. За свое участие в Крестовом походе церковь получила изрядную долю захваченных земель: к католическим прелатам перешли владения, принадлежавшие раньше мусульманскому духовенству, а отчасти и христианским церквам, в том числе греческой. Некоторые из церковных владений по размерам не уступали владениям светских князей. Так, архиепископство Назаретское в XIII в. насчитывало около двух десятков поместий. Обширными поместьями располагали в Палестине иерусалимские патриархи, клир церкви Святого Гроба.
План-схема: "Иерусалим под властью крестоносцев". - файл Ch_3.gif
Католические иерархи стали влиятельной частью феодалов на Востоке. Епископы в своих владениях выступали такими же полновластными сеньорами, как графы и бароны. Рыцари являлись даже вассалами отдельных епископов (так, у епископа Лидды было десять подвассальных рыцарей). Светские сеньоры, заинтересованные в поддержке церкви, передавали ей в дар земли и движимое имущество. Да и сами церковники пользовались любым случаем, чтобы прибрать к рукам побольше фьефов, в частности тех рыцарей, которые не прочь были получить взамен поместий звонкую монету. Иерусалимским королям пришлось даже принять меры к охлаждению стяжательских страстей пастырей: церковным учреждениям запретили покупку фьефов, а рыцарям - дарения, ибо под видом таковых подчас совершалась продажа.