Тяжесть

Канал связи, как я понял, открывался, стоило мне об этом подумать. Но вот на другом конце не желали отвечать. Но на этот раз в голове неожиданно послышался чужой голос.

Он сказал: «Терпение. Мы еще не можем помочь. Будет война иначе. Вы разные. И мы разные. Мы сторонники пророчества. С твоими сородичами говорит, кто не верит в пророчество. Жди. Придет наше время. Брат».

И умолк.

О как! У них оказывается тоже фракции и конфликты прямо как у нас в думе. А может это все брехня? И они дурят меня, чтоб еще больше запутать?

Вскоре колонна двинулась дальше, оставив позади разворошенный лагерь Кукловодов.

Слава богу, мне не довелось встретить Хоменко, мелькнула мысль, когда огонь догорающего барака совсем скрылся за деревьями.

От реки нас отделяло три с лишним километра. Была уже совсем ночь, однако полковник решил преодолеть реку с ходу. Все были против, потому что неимоверно устали. Но кто осмелился бы ему перечить? Разве только я. Но меня он естественно слушать не хотел. Мне как раз было все равно. Я не уставал как обычные люди и мог смело не спать несколько суток. Но из всего отряда таким был я один, поэтому форсирование реки сходу закончилось полным провалом. Чуть не утопили одну БМП – в корпусе обнаружилась течь. Движок залило и машина встала. Хорошо, что там оказалось не глубоко. Лишь после этого полковник сдался и приказал разбить лагерь. После того как установили ловушки и поставили по периметру часовых, измученные люди заснули.