Тяжесть

Танки появились поздним вечером и стали палить во все, что движется. Именно поэтому люди боялись выходить на улицу. Опасаясь каждого человека одетого хоть в какое-то подобие униформы. Вероятно, они решили, что началась война, и в город вторглись вражеские войска.

Наконец Титов не выдержал и, срываясь на фальцет, закричал:

-Граждане, угомонитесь! Мы действительно знаем не больше вашего! И, к сожалению, никак не можем вам помочь!

Толпа на мгновение замолчала. Все обратили свои взоры на молодого офицера.

-Как это так!

-Это просто свинство!

На стралея посыпались возмущенные возгласы рассерженных горожан. Я конечно понимал их. Уже больше суток они мучались в полной неизвестности в раскаленном пропахшем дымом городе лишенные воды и электричества. И вот, казалось бы, появился представитель власти, который все объяснит, поможет или хотя бы даст надежду, что скоро все образуется. А он в место этого говорит, что знает не больше их. Тут было от чего разозлиться.

-Ладно-ладно, успокойтесь! Мы еще вернемся!

-А почему нельзя с вами?!

-Да… нам страшно тут оставаться!

Желающих пойти вместе с отрядом Титова нашлось человек двадцать.

-Я же говорю, мы вернемся и сообщим вам новости! Более того, я оставлю тут двух солдат!

Последние слова вроде бы успокоили людей. Кое-кто даже отправился домой.

Титов подозвал Парышева и приказал ему отобрать двух солдат. Честно говоря, я не понимал, зачем это нужно и поэтому заставил себя встать и подойти к старлею.

-Ты что и вправду собираешься вернуться? – тихо спросил я.

-Нет… Ночью мы пришлем грузовик, чтобы забрать трупы. Ну а солдаты пока будут охранять их от мародеров.

На секунду я представил себя на месте этих двух бедняг. Остаться в мрачном городе до самой ночи, чтобы охранять тела погибших сослуживцев?! Да, армейскую логику понять трудно…

Не повезло двум ребятам, которых я встретил в подъезде. После того, как старшина объявил им приказ, лица обоих стали бледнее, чем у покойников.

-Ну что, летчик, ты с нами? – спросил меня Титов.

-А, да… с вами… - в задумчивости сказал я, все еще переживая за молодых солдат.

-Тогда возьми. Им он уже не понадобиться, – кивнув на трупы, он сунул мне «калаш» и пару магазинов.

Толпа вокруг нас постепенно рассосалась. Остались только самые стойкие, которые еще надеялись, что им разрешат идти вместе с отрядом. После того как Титов в последний раз отшил их, мы двинулись в путь. Я периодически оглядывался назад, наблюдая как люди, провожавшие нас постепенно, словно мираж, растворяются в дымке. Какое-то время нас преследовала стайка детей, но через километр пропали и они. Вокруг нас остался только безмолвный задыхающийся в дыму и страхе город.