Страница 35 из 122
Короткий августовский день – один из самых грустных за последнее время –заканчивался. Арина отставила книгу, которую без особого успеха пыталась читать, и подошла к окну. Полюбовалась на широкий диск Луны, повисшей над Любашевкой, словно огромный пятак. Протянула руку, чтобы закрыть ставни. Она и так опоздала с этим делом: кусачие комары уже вились у лампочки под потолком. Но сегодня все происходило не так, как хотелось бы. Рутинные дела не получались с первого раза, вещи вываливались из рук, даже сырники подгорели.
Арина прикрыла недочеты сметанкой, хотя дедушка никогда не выказывал недовольства по таким мелочам – да и по другим поводам тоже. Макар стал едва ли не единственной причиной, из-за которой они с Николаем Васильевичем повздорили за все то время, что прожили вдвоем.
После ужина девушка спряталась в своей комнате, чтобы побыть одной. К сожалению, отношения с Макаром ни с кем обсудить она не могла. Как и погоревать о его отъезде. Вот она и потянулась к любимой книжке, но в этот раз даже проверенный способ успокоения не помог. Заканчивать карандашные наборски с Барабашом она тоже не стала. Решила, что сделает это завтра.
В тот миг, когда пальцы коснулись рамы, в проеме окна появилась рыжая голова. Арина вскрикнула и испуганно отпрянула.
– Тихо ты! У меня секретное дело.
Только теперь Арина узнала нарушителя спокойствия.
– Петька, ты что тут делаешь? Ночь на дворе.
– Детское время! – небрежно протянул соседский мальчишка. – По улице парочки гуляют. Обжимаются, – хихикнул Петька, напяливая на вихры зеленую кепку.
– Много ты понимаешь. – Но читать нотации она не собиралась. Пусть этим занимаются родители мальца. Арину больше интересовала причина, по которой сосед пробрался под ее окно, а не постучал в дверь. – Ты говорил, что у тебя ко мне дело.
– Ага. Вот.
Мальчик протянул ей конверт. Сердце девушки екнуло. Арина внимательно оглядела послание со всех сторон.
– Кто дал?
– Городской.
– Который из них?
Арина и сама не знала, зачем поинтересовалась. И так понятно, кто из братьев мог ей писать.
– Кто их разберет? Я не спрашивал.
Арина знала, что Петька за бесплатно шагу не ступит, и пыталась вспомнить, сколько у нее карманных денег.
– Я тебе что-то должна?
Петька почесал за ухом, наморщил нос и махнул рукой.
– Фраер дал мне пятак. С девчонок деньги не беру.
Арина усмехнулась принципам малолетнего посыльного и поторопилась распрощаться. Не терпелось прочитать послание.
Конверт оказался запечатанным. Макар позаботился, чтобы Петьку не тянуло заглянуть внутрь. Любопытного взрослого это вряд ли остановило бы.
«Жду на нашем месте. Приходи быстрее. Нужна твоя помощь. Письмо сожги».
Не медля ни секунды, Арина вышла в крохотную прихожую и заглянула в гостиную. Николай Васильевич дремал перед включенным телевизором с газетой на животе. Будить его не хотелось, но выхода не оставалось.
– Дедушка, я спать иду.
Николай Выасильевич встрепенулся. Взглянул на часы.
– Как время бежит. И я, пожалуй, прилягу.
– Спокойной ночи!
– И тебе, детка.
Взяв у двери сандалии, Арина вернулась в свою комнату. Не решилась уйти через главный вход, ведь дед запирает его на ночь. Обувшись, девушка выбралась через окно, собираясь вернуться домой тем же путем.
Всю дорогу к реке она промчалась с максимальной скоростью, не обращая внимания на пугающую темноту и пытаясь сообразить, что же стряслось. Ведь они попрощались. Но с другой стороны, с того времени прошло несколько часов.
Берег пустовал. Под разлогой ивой угадывались очертания бревна.
Где же Макар? Возможно, она что-то не так поняла? Жаль, что разорвала драгоценное послание на крохотные кусочки и выбросила где-то по пути. И тут она догадалась.
Школа! Больше негде.
Скрип входной двери в оромном здании показался зловещим скрежетом. Темные коридоры пугали, но Арина упрямо двигалась к компьютерному классу – к Макару. Сердце, казалось, выскакивало из груди, когда она тронула ручку двери. Глубоко вдохнув, потянула на себя. Вошла. Огляделась.
– Я надеялся, но не был уверен.
Арина обернулась на тихий голос, доносившийся от стены рядом с последней парты.
– Ты просил. Я пришла.
Понимала, что это по сути признание в чувствах, более глубоких, чем дружеские, но адреналин сделал свое дело. Арина выложила, что у нее на сердце – и не сожалела об этом.
Так как Макар не двигался, она подошла сама. Вгляделась в лицо, насколько сумела. Тени слегка искажали знакомые черты. Арина набралась смелости и провела пальцами по лбу, носу, скулам, подбородку, словно слепая. Или скульптор. Не важно. Коснулась шеи и завитков шелковистых волос. Таких знакомых.