Страница 109 из 176
- Земля предупреждает, что многие погибнут, если не убегут,- сказал Габорн.- Но разрешает ударить. Я... не совсем понимаю, чего она хочет.
Биннесман ссутулился, опустил посох.
- Возможно, - ответил он, - вы себя обманываете.
- Обманываю себя?
- Вы говорите, Земля хочет, чтобы вы сразились с Радж Ахтеном? А вы уверены, что это не вы сами хотите с ним сразиться?
- Конечно, хочу, - сказал Габорн.
- Значит, в одной руке вы держите знамя перемирия, а в другой - боевой топор. Так смерть вы предлагаете или мир? И как может поверить вам Радж Ахтен, если вы сами не знаете своих намерений?
- Вы думаете, следует предложить перемирие? Но как же приказ Земли ударить?
- Я думаю, - твердо сказал Биннесман, - вам следует избавиться от иллюзий. Радж Ахтен - не главный ваш враг. Вы призваны спасти человечество, а не сражаться с ним. И должны понять в первую очередь это. Опустошители - тоже иллюзия. Вы сражаетесь с невидимыми Силами. И Радж Ахтен, и опустошители, и еще кто бы то ни было - это только представители вашего истинного врага. Габорн покачал головой.
- Не понимаю.
- Я подозреваю, что в Каррисе вы начнете это понимать, - утешил Биннесман. - Земля знает своих врагов, а вы имеете дар Зрения Земли. И тоже узнаете ее врагов, как только их увидите.
Габорн понурился, не имея сил разобраться во всем этом.
Биннесман посмотрел на него с беспокойством, тронул за плечо.
- Габорн, я должен вам кое-что сказать. Я не хочу вас обидеть, но, на мой взгляд, это очень важно.
- Что?
- Вы решили воевать,- сказал Биннесман.- И едете сражаться, не так ли?
- Да. Как будто так.
- Тогда я должен спросить: понимаете ли вы, что значит быть Королем Земли?
- По-моему, да. Я должен избрать семена человеческого рода и сохранить их в близящиеся темные времена.
- Верно, - сказал Биннесман. - Но тогда вы не понимаете - как бы вам ни хотелось сражаться, это не ваше дело. Вы удивитесь, если конюху вздумается прислуживать вам за столом, не так ли? И не позволите эконому выносить за вас приговор во время суда. Обязанностью Короля Земли отнюдь не является ввязываться в войны. Как я понимаю, ваша обязанность - избегать войн.
Габорн это сознавал. Но не мог принять до конца.
- Эрден Геборен участвовал в битвах. Он сражался и побеждал!
- Да, - кивнул Биннесман. - Но делал это лишь тогда, когда его припирали к стенке и деваться было некуда. Он не рисковал людьми понапрасну.
- Значат ли ваши слова, что я не должен вступать в бой? - Габорн все еще был настроен скептически.
- Вы - Король Земли и должны избрать семена человеческого рода, - сказал Биннесман. - Я - Исцелитель Земли и должен сделать все, чтобы помочь ей выздороветь, когда беда будет позади. С нами нет того, кто является Воином Земли. Вы не можете присваивать его звание.
- Воин? - переспросил Габорн. - Кто же это?
- Я говорю о вильде.
- Вильде? - снова повторил Габорн, заколебавшись. Биннесман отдал часть своей жизни, чтобы создать вильде, существо из Земли, защитника и бойца. Но вильде улетела. И никто ее больше не видал, хотя посланные Габорна обшарили весь Гередон.
- Да, вильде, - сказал Биннесман. - Я создал зеленого рыцаря, он и будет сражаться во имя Земли, когда я завершу работу, вильде живет для сражений, вам никогда не стать столь же могущественным бойцом.
- Вы уверены, что она еще жива? - спросил Габорн.
- Да, - сказал Биннесман. - Я основательно изучил книги за эту неделю. Она жива и в полном сознании, полагаю. Просто, должно быть, заблудилась где-нибудь в глухомани. Пока Земля еще исцеляет, вильде не так-то легко убить.
- Вы говорите, что не закончили работу, но ведь вильде приобрела форму? уточнил Габорн. Он видел своими глазами, как создавалось это существо, ночью, в развалинах Семи Стоячих Камней. Только почва, камни и кости, которые сложил вместе Биннесман, так быстро срослись и улетели, что Габорн не успел разглядеть его толком.
- Да, приобрела, - сказал Биннесман. - Но она не закончена. Я создал вильде, но я должен еще отпустить ее.
- Как это?
Биннесман ненадолго задумался.
- Представьте себе, что это ребенок, опасный ребенок, вильде только появилась на свет и ничего не знает, ей нужен родитель. Ее нужно воспитать. Я должен объяснить ей, что хорошо, что плохо - как любому ребенку, - должен научить ее сражаться. После этого я отпущу ее, дам ей свободную волю, чтобы она сама выбирала, каким способом лучше сражаться. Лишь тогда она станет способной по-настоящему защищать Землю.
- У нее нет свободной воли? - спросил Габорн.- Она что, как марионетка, ждет, пока вы ее поведете? Тогда она всю жизнь пролежит где-нибудь в кустах. Мы ее никогда не найдем!
- Нет, - сказал Биннесман. - Двигаться она может. Но пока я ее не отпущу, она должна повиноваться моему приказу и приказу любого, кто назовет ее настоящее имя. После же никто не сможет командовать ею.
- Но она все-таки будет слушаться вас? - спросил Габорн. - Как было у Ильдехара - он сотворил боевого коня и поскакал на нем в бой.
- Когда он отпустил коня, он уже не мог на нем ездить, - Биннесман покачал головой. - Нет... невозможно описать отпущенное создание, вильде станет независимой. Она будет жить до тех пор, пока сможет питаться кровью своих врагов. И будет сражаться - со мной или без меня. Ее нельзя ни к чему принуждать. Она должна оставаться дикой, столь же дикой и не поддающейся приручению, как самый злобный волк. Хотя вильде - не животное, это некая форма самовыражения Земли, для понимания которой у нас нет ни слов, ни понятий.
Биннесман помолчал немного, сжимая посох обеими руками. Посмотрел в звездное небо. И повторил, словно сказанного ранее было недостаточно:
- Искать сражения - не ваше дело. Скажите... вы испытываете гнев?
Габорн уверенно покачал головой.
- В желании Земли нет гнева,- попытался он объяснить. - И я его не испытываю. Нет, в призыве Земли звучит мольба о помощи. Ударь - просит она меня. Ударь, пока не поздно!
- Хорошо, - довольно сказал Биннесман. - Я вам верю. Верю, что Земля просит ударить. И прошу только об одном: не забывайте о своей главной цели.
- Я - Король Земли, - кивнул Габорн. - И сделаю все по ее желанию.
- Хорошо, - повторил Биннесман. - На это я и надеюсь. А теперь вы должны отдохнуть, милорд.