Страница 44 из 106
– Сюрприз. Ты любишь мороженое с карамелью или пломбир?
– Я люблю всякое. Ой, как замечательно! – обрадовалась Даша. Тяжесть, лежащая на душе, потихоньку уходила.
Леон наблюдал, как она ест мороженое, и у него замирало сердце. Вот облизала губы, вымазала щёки… Он осторожно вытер её лицо влажной салфеткой и еле сдержался, чтобы не поцеловать.
– С твоей проницательностью ты уже, вероятно, заметила, что нравишься мне. У меня есть шанс? – поинтересовался он. Сказал и впервые в жизни испугался, ожидая ответа. Привык, что девушки сами проявляли инициативу.
– Пока я в такой ситуации, у меня ни с кем нет шанса. Не хочу никого подвергать опасности, – вежливо ответила Даша.
– Это потому, что я не такой как вы с Лоу? – Его задел ответ девушки.
Дашу расстроил холодный тон спутника.
– Венсан сам влез в это дело по уши. И мне кажется, он не захочет отойти в сторону, а такой, не такой – роли не играет. Пожалуйста, не сердись, – попросила Даша.
– Разве можно на тебя сердиться? Знаешь что? Поехали к нам, я покажу свои работы. Хочу подарить тебе кое-что на память за возвращённое зрение.
– На твои работы я взгляну с удовольствием, но дарить ничего не надо.
– Не спорь, это от души – отказываться нельзя.
Минут через двадцать они подъехали к дому Барвиновых. Леон провел гостью в дальнюю комнату, в которой хранились ювелирные изделия.
Она с восхищением разглядывала серьги в виде виноградных листьев, брошь, похожую на стрекозу, кольцо-змею, кусающую хвост, кулоны разных форм и расцветок. Рубины, изумруды, бриллианты, аквамарины, бериллы всё искрилось и сверкало в свете, льющемся из окон. Комната небольшого размера со стеллажами вдоль стен была превращена в музей ювелирного искусства.
– Как красиво! – воскликнула Даша. – Твои работы?
– Вот эти – отца.
Он показал на витрину с изделиями более привычной классической формы.
– А это – мои.
Леон подвел её к стеллажу со стрекозой и цветами.
– Нравится?
– Очень необычно. У вас разный стиль, – занервничала Даша, заметив вокруг некоторых изделий свечение. – Ты вложил в них часть своёй души.
«Почему я не заметила, что Леон тоже солман? Почему не увидела свет? Как получилось, что его работы наполнены энергией, а я не вижу вокруг него радуги?»
Иволга подозрительно уставилась на него.
– Папа предпочитает строгие формы, а я экспериментирую, – пояснил Леон, польщённый похвалой.
Когда они приехали, Олег Геннадьевич был дома. Он тепло поприветствовал гостью. Узнав, что она вернула сыну зрение, не знал, как отблагодарить.
– Папа, я хочу подарить Дарье одну из своих работ. Открой нам сейфовую комнату.
Олег Геннадьевич провёл их в комнату и поднял на окнах щиты.
– Да, милая, выбирай всё, что тебе понравится.
Серьги, броши, кольца, кулоны из золота были прекрасны, но обладать ими не хотелось. Даша вспомнила предостережение бабушки насчет золотых украшений. И сейчас, присмотревшись, поняла, почему она так говорила. Не желая обижать хозяев отказом, Иволга в нерешительности стояла у витрины.
– Ты не можешь выбрать? – спросил Леон, видя заминку. – Бери не одно, а несколько украшений. Поверь: моё зрение стоит дороже.
– Я не могу носить золото и тебе не советую, – наконец решилась она объяснить, почему ничего не выбирает.
– Что? – Олег Геннадьевич изумлённо посмотрел на девушку.
Даша замялась, потом решительно махнула рукой.
– Хорошо, я расскажу почему. Когда мне было десять лет, я стала уговаривать бабушку проколоть мне уши. У подруги Иры были замечательные золотые серьги в виде маленьких колец – я очень ей завидовала. Но бабушка объяснила, что золото весьма коварный металл, прикидывающийся солнечным, а на самом деле, он забирает у человека положительную энергию, уничтожая её в себе. Это крайне энергоёмкий металл, он ослабляет человека, постоянно носящего его на себе. Особенно тех, кто чувствителен к тонким энергиям и легко отдает их. Изначально нейтральный металл оказался способен копить в себе грубую энергию зла, ненависти, жадности, коварства. А тонкие и положительные эмоции он попросту сжигает. Вокруг золота всегда бушевали страсти, и лилась кровь. «Тёмные» обожают этот металл. Бабушка обещала: когда я подрасту, подарит мне серебряные серьги бабы Насти. Серебро, считающееся лунным металлом, на самом деле хранит в себе чистый свет и способно спасти своёго хозяина в трудную минуту. Берайя ненавидят серебро. А ещё она рассказывала о камнях, их тоже нужно очень осторожно выбирать. Тогда я не поверила, считая, что бабушка выдумывает – просто не хочет покупать мне серьги. Ира принесла из дому золотые клипсы и дала мне. Я надела клипсы в школе, прикрыла их волосами. Через час мне стало плохо, затошнило. Голова горела, появилась слабость. Меня отправили домой. Уходя, я сняла клипсы и вернула подруге. По дороге домой мое состояние стало улучшаться. Я поняла причину недомогания. Клипсы – были всему виной.