Страница 77 из 101
Незаметно наступил день последней примерки. Мне сделали причёску, чтобы учесть, как она и украшения будет сочетаться с платьем. Корсет был плотный, чтобы легче было держать спину на протяжении всей церемонии, многослойные юбки струились до самого пола, кончики туфель, как и положено, изредка при ходьбе выглядывали из-под подола, драгоценные камни в украшениях и вышивке таинственно поблескивали, причёска и ажурная маска завершили мой поистине королевский образ. Стоя перед зеркалом в покоях, которые мне отвели для подготовки и примерок, я впервые почувствовала, что действительно всего через день стану Королевой. Не просто супругой Его Величества с формальным титулом, но той, которая имеет право идти с ним наравне и участвовать в правлении.
«Ты чудесно выглядишь, душа моя», – пришла тёплая, как мурлыканье кота, мысль Александра.
Сердце ухнуло вниз, я испуганно вскрикнула и резко обернулась. Нет, он не может быть здесь, он не должен видеть меня в платье! Девушки-помощницы подняли переполох, Роза на них прикрикнула, останавливая бедлам, а Саня, догадавшись, что меня напугало, сорвала с дивана покрывало, собираясь прикрыть меня.
Только было уже поздно. Он меня видел в платье, более того – в полном наряде, до церемонии.
По инерции сделав шаг, я запнулась о край ковра и запуталась в юбках. Стены и потолок поменялись местами, пол стремительно приближался, и лишь в самый последний момент сильные руки удержали меня от падения.
«Не стоило так пугаться, я просто зашёл навестить тебя», – снисходительно подумал Александр, ставя меня на ноги, за маской его глаза блестели от смеха. А меня душили слёзы.
«Ты не должен был видеть платье, не должен был приходить! Так нельзя, это плохая примета!» – я старалась не расплакаться окончательно, держала лицо, и резкие холодные слова Его Величества послужили хуже пощёчины.
«Что за чушь! Ты думаешь, я верю в эти глупости? Выбрось их из головы, деревенские поверья ничего не значат и не от большого ума люди за них держаться».
Я отвела взгляд, чувствуя себя растерянной. Александр видел мой наряд, и мы поругались из-за платья. Это не может хорошо закончится! В мыслях Его Величества мелькнуло раздражение, и он стремительно вышел вон. Хлопнула дверь. Опустившись на пол прямо там, где стояла, я разрыдалась.
– Лира, ну что ты, не переживай, всё будет хорошо, – причитала Саня, и я почувствовала, как на мои плечи опустился бесполезный плед. – Ну, не надо плакать, ещё не всё потеряно. Знаешь, что мы сделаем? Мы заплетём тебе другую причёску, правда, девочки? И маску выберем другую, не просто серебристую, а с золотыми прожилками. Тогда можно будет надеть гарнитур с изумрудами, а не топазами.
Я всхлипнула и подняла жалобный взгляд на подругу. Неужели это поможет?
– А мы и вышивку на платье подправим, и кружево на вороте поменяем, – поддержали Саню швея и модистка. – Времени много, всё успеем, платье и не узнать будет. Правда, девочки?
Нестройный хор служанок и помощниц подтвердил слова мастеров, и я улыбнулась. Всё обязательно исправят, и свадьба пройдёт замечательно, вопреки всяким там приметам. Александр прав, это лишь деревенское поверье, в нём нет ни капли правды. Просто один из обрядов, которые созданы для простых людей.
До вечера я Александра не видела, а потом Эдвард принёс от него приглашение на ужин.
В больших подсвечниках горели свечи, в камине уютно потрескивал огонь, на столе, накрытые колпаками, ожидали блюда. Слуг Александр отпустил, и, когда я пришла, он сидел с бокалом пряного фруктового напитка перед камином. Я глубоко вздохнула и присела в вежливом реверансе. Утренний страх прошёл, я и сама не знала, из-за чего так распереживалась тогда. Отставив бокал, Его Величество поднялся, чтобы запечатлеть поцелуй на моей руке, и провёл меня к столу.
«Я рад тебя видеть, душа моя».
«И я рада тебя видеть», – улыбнулась, по примеру Александра снимая колпак со своей тарелки. Комнату тут же наполнил чудесный аромат.
«Я должен перед тобой извиниться, душа моя», – когда трапеза подошла к концу, серьёзно посмотрел на меня Александр. – «Но и ты меня пойми. Я слышу мысли, и я не мог не знать, какое платье и прочие украшения на тебе будут. А потому посчитал, что нет смысла соблюдать ту глупую примету. Ведь мне и так уже всё известно».
Обдумав его слова, я кивнула.
«Наверное, ты прав. Я не сержусь. Но пообещай, что в эти два дня ты не станешь специально подслушивать то, что может касаться моего наряда».
«Я постараюсь и не стану специально это выяснять».
«Скажи, кабинет уцелел?» – весело покосилась я на Александра, догадываясь, куда и зачем он направился после утренней сцены.
«Частично», – вернул мне лукавую улыбку Александр и отсалютовал бокалом.
Как бы я ни боялась и сколько бы ни переживала, долгожданный день наступил. Небо не рухнуло на землю, принцесса из соседней страны не заявила свои права на место рядом с Александром, на Его Величество не сходило озарений о том, что я ему не подхожу, а поэтому нужно отменить или отложить церемонию.
Даже знать и простой народ не стали роптать на то, что Его Величество столь своевольно перекроил правила и не стал заставлять свою невесту отстаивать на центральной площади несколько часов и подвергать меня прочим неприятным процедурам. Объявление помолвки он заменил танцем, представление невесты знатным родам – знакомством с избранными советниками и доверенными людьми, а свадьба, коронация и оглашение простому народу должны будут пройти в рамках одного обряда. Всё же въевшаяся в кровь, привитая с молоком матери незыблемая истина о том, что любое решение Его Величества – закон и выше каких-либо правил, сыграло нам на руку.