Саврасова. Девушка нашего века

Сергей Игоревич не хотел встречаться с Мариной, потому игнорировал её сообщение. Но, если уж Марина смогла не только встретиться с Харитоном, но и была приглашена к нему на виллу во Францию, то, благодаря своей настойчивости и кажущейся со стороны искренности в общении, не удивительно, что она смогла-таки уговорить взрослого мужчину с ней увидеться. На «последнюю встречу», как она сказала, «для меня очень важную, и больше я вас не побеспокою, никогда». Сергей Игоревич, когда прочитал это сообщение, ещё подумал, что в конце не хватает восклицательного знака отчаяния – «Никогда!». Единственное, на чём настаивала Марина – встретиться они должны были в первой половине дня, ради чего она была готова приехать в кафе рядом с работой Сергея Игоревича. Такое условие легко объяснялось: Марина не хотела, чтобы её увидели родственники Сергея Игоревича и тем более Ульяна.

– Обычный чёрный и капучино с карамелью, – Сергей Игоревич пришёл первый и сделал заказ заранее. Не успел он рассмотреть изменения в интерьере знакомого заведения, как официантка с профессиональной улыбкой поставила две чашки кофе и пододвинула сахарницу, взглянула на клиента и, не дождавшись нового заказа, молча удалилась. Сергей Игоревич посмотрел ей вслед: она грациозно шла по почти пустому залу, не торопясь, с чуть надменным и усталым видом. Перевёл взгляд на чашки и у него мелькнула неприятная мысль: несмотря на нежелание встречаться с Мариной, он не просто заранее побеспокоился о ней, заказав ей кофе и не просто кофе, а её любимый напиток, а ведь в тоже время есть люди, да даже среди коллег из офиса, с которыми он работает ни один год, и, как ни странно, не знает, какой кофе они предпочитают.

– Здравствуйте, – Марина выглядела посвежевшей и как будто чуточку взрослее, так Сергей Игоревич оценил её новый образ, в котором заметно проскальзывал дух французской легкости в подборе одежды и тонкие мягкие линии в макияже.

– Привет, надеюсь, в этот раз без обмана! И это не очередная уловка для встречи.

Вместо ответа Марина рассказала о поездке во Францию, но, конечно, в таком ракурсе, что это она сама слетала отдохнуть от московской суеты и плохой погоды.

– Марина, можешь рассказывать что угодно, но как только в моей чашке кончится кофе, я уйду.

В чашке, надо признать, к тому моменту оставалось меньше половины.

– Тогда вот, – и Марина протянула подарок.

– Что это? – с настороженностью спросил Сергей Игоревич, глядя на нарядную прямоугольную упаковку, перевязанную ярким цветным бантиком, – если честно почему-то не ожидал, что подарок и будет выглядеть как подарок, скорее рассчитывал на некий сувенир.

– Пожалуйста, только здесь не разворачивайте, – скромно попросила Марина, – лучше вечером, когда вернётесь домой.

– Опять какие-то загадки, – недовольно буркнул мужчина, всё ещё раздумывая, а не открыть ли сейчас или сделать вид, что выполняет последнюю просьбу девушки, чтобы она наконец-то отстала, а подарок, даже не разворачивая, после её ухода выкинуть в ближайшую мусорку.

Вдруг Марина побледнела, её взгляд застыл на экране телефона. Она встала, сказала «Я пойду», чуть не забыла сумочку и молча, что-то перелистывая в мобильном, вышла из кафе. Сергей Игоревич остался в недоумении, обычно это он старался резко прервать общение, Марине подобное поведение было не свойственно, но выяснять не стал, позвал официанта, расплатился, сгрёб подарок в портфель и довольный, что встреча так быстро закончилась, вышел на улицу, где даже не заметил недавнюю визави, сидевшую на лавочке в преддверии сквера.

В тот момент Марине казалось, что нечем дышать, что отчаяние вот-вот накроет с головой и она сойдёт с ума, потому что спасительные слёзы не приходили, а напряжение росло; попыталась встать и пройтись, но ноги не слушались, она вообще их почти не чувствовала, все физические ощущения забивал неустанный неровный сердечный стук; она стиснула руками голову и в очередной раз дрожащей рукой перелистнула фотографии в телефоне – сомнений нет – на снимках именно она и чаще голая или в недвусмысленном виде.

– Извините, у вас не будет сигареты? – очень хотелось курить, хотя Марина баловалась только в школе, но сейчас почему-то вспомнилось.

Мужчина остановился, с интересом посмотрел на девушку, достал сигарету и протянул ей. Заметил, как неумело она вставила её в рот. Незнакомец подозрительно оглядел девушку, уселся рядом на лавочку и помог прикурить.

– Тебе чего? – с вызовом спросила Марина и продолжила, чуть не крича, – мужик, иди отсюда, я хочу посидеть одна!

Мужчина опешил, медленно встал, бросил в сторону, мол, тут сигаретой не успокоишься, тут психиатр нужен и, наверное, как он думал, с достоинством, а на самом деле вразвалочку, продолжил свой путь.

Докурила быстро. Огляделась: мир отодвинулся на второй план, звуки доносились, как будто из-под воды, и самое неприятное – казалось, прохожие намеренно заглядывают ей в лицо – словно пытаются сравнить с фотографиями из Интернета. Марина старалась успокоиться и вдруг вспомнила, как она тогда, учась в старших классах школы, не меньше переживала из-за того, что её парень, которого она искренне любила, разболтал подробности их личных отношений. Чем та ситуация отличается от этой? Но ситуация отличалась, и Марина понимала, что себя не обманешь. Надо звонить Харитону, хотя бы отвести душу и высказать всё, что о нём думает! Он взял трубку на удивление быстро.

– Ну и гад же ты! – начала Марина, но Харитон тут же прервал её невозмутимым спокойным голосом:

– Здравствуйте. Оскорблениями меня не испугаешь, хотя бы представьтесь, может я смогу ответить…

– Марина меня зовут, та Марина, которая в тебе на виллу на Лазурный берег приезжала, вспомнил, ублюдок? – Марина то и дело пыталась сорваться на крик, но голос не слушался и она то хрипела, то взвизгивала.