Саврасова. Девушка нашего века

Всё-таки опоздали! Стремительно выйдя из машины, остановились перед высокой подъездной дверью в поисках ключей. В этот момент с дворовой футбольной площадки Ульяну с папой заметил Денис. Не раздумывая, он скинул вратарские перчатки и устремился к ним. Осуждающие крики возвестили Денису о досадно пропущенном голе, он же, нисколько не сожалея, подбежал и учтиво открыл двери, провожая взглядом Ульяну. Она оценила, но по обыкновению ограничилась скромным приветствием.

Домочадцы вышли встречать в полном составе.

– Ну и семейство, одни спортсмены и отличники! Конечно, вам не понять мой режим. Каждый день в девять вечера я принимаю сливовую настойку. Вы ж меня постоянно задерживаете, – ворчал дед.

– Дедушка, в чём у тебя усы? Уж, не в сливянке ли? – весело парировала Ульяна.

– Ах ты, старый, опять тайком принял? – вторила внучке бабушка.

– Всего лишь попробовал, ведь я к домашней привык, а то магазинная, – оправдывался дед.

Пока бабушка и дед разбирались, папа, даря цветы жене, незаметно прошептал ей на ухо, чтобы не возмущалась, если во время ужина заговорят про подарок для Ульяны. Мама догадывалась: речь в который раз пойдет о котёнке, но послушно кивнула.

Все вместе вошли в зал. Их ожидал сервированный овальный стол, частью помещённый в эркер, где обычно сидели папа, мама и дочь, ближе к входу в комнату – дед, и с краю за ним – бабушка, чтобы удобнее было бегать на кухню.

Традиционное застолье походило на праздничный ужин: утка, фаршированная грибами под сливочным соусом, овощи гриль и несколько видов сыра на закуски. Из напитков – фруктовый компот с пряностями и классические чай или кофе, исключительно для деда – сливовая настойка. Готовили в доме вкусно, а подавали красиво. Ели с удовольствием. Ещё раз обсудили уходящий день те, кто встречался только утром, – у всех исключительно положительные эмоции, кроме деда с очередным приступом утренней мигрени.

– Все люди как люди: работают, учатся, а ты сливянку хлещешь да на здоровье жалуешься, – выговаривала бабушка без надежды, что дед прислушается.

– Елизавета Клавдиевна, хватит вам Никанора Ильича бранить! Ну, выпил, может, не от сливянки у него голова разболелась, – вступился папа. – И, кстати, у меня есть более приятная тема для разговора, – интригующе закончил он.

– Ну, не томи, – сказала мама, плечом легонько толкая его в грудь.

– У нашей Ульяны на следующей неделе день рождения, – с многозначительной улыбкой сказал папа.

Бабушка с дедом разочарованно посмотрели на него: нашёл новость, они, конечно же, помнят, давно купили подарок и ждут не дождутся дня, когда вручат его и посмотрят в счастливые глаза внучки.

– Папа имеет в виду, что у него есть пожелание от Ульяны. Они сегодня по пути домой обсуждали. Согласие получено, осталось сообщить нам, – и мама опять игриво толкнула плечом мужа.

– Ульяна хочет завести котёнка, – триумфально сказал папа.

– Мы не против, – тут же решила за двоих бабушка.

Все взоры устремились на маму.

– Тогда выбирайте: я или котёнок, – внезапно холодно заключила она.

За столом повисла пауза: дед закашлялся сливянкой, налитой в стакан под видом пряного компота. Бабушка сосредоточенно думала. Папа растерялся. Ульяна хотела сказать, что выбирает маму, но мама её опередила:

– Шучу. Конечно же, я согласна, если Ульяна пообещает самостоятельно ухаживать за ним и он будет жить у неё в комнате.

Сотрапезники облегчённо выдохнули. Ульяна опять радостно вскрикнула, дед залпом допил «компот», воображение бабушки развернуло сцены устройства быта с домашним животным, а глаза с подозрением посмотрели на пустой стакан деда. Папа с аппетитом ел утку.

– А то делаете из меня монстра, даже притихли! Да разве я могу испортить день рождения дочери? – и мама, смахнув слезу, обошла стол и обняла Ульяну.

Папа в эмоциональном порыве схватил маму за руку и крепко сжал её. Дед умильно обвёл всех глазами и остановил взгляд на стакане с очередной порцией сливянки. Бабушка, чтобы не заплакать при всех, спешно сгребла со стола грязную посуду и, звеня ею на всю комнату, отнесла на кухню.

Трогательно и душевно закончился очередной ужин в семье Саврасовых, в которой межличностные разногласия никогда не существовали дольше пяти минут.