Страница 22 из 105
1
Прошло около двух лет с тех пор, как Саврасовы из центра столицы переехали на окраину. Им всё-таки удалось наскрести денег на трёхкомнатную квартиру. Правда, в новом жилье отсутствовала так называемая гостиная, где они любили собираться вечерами, зато все сохранили за собой спальни: Ульяне досталась средняя комната, папа с мамой заняли просторное, светлое помещение, бабушка разместилась в тихой комнатушке, зато с выходом на балкон. Гостей по возможности принимали на кухне.
Котёнку Мурзику повезло больше всех. Он присмотрел сразу три места: у Ульяны в комнате – любимое, с мягкой подушкой на коврике, другое – у бабушки в ногах и на всякий случай ещё одно – в прихожей на нижней полке с обувью. Мурзик окончательно вырос и превратился в здорового холёного кота с лоснящейся шерстью. Частенько с довольным видом он оглядывал домочадцев, а они с любовью смотрели на животное. Только мама так и не подружилась с питомцем, хотя открыто не выказывала своего отношения. Кот это чувствовал и редко заходил к родителям; впрочем, непременно навещал папу, когда тот болел.
Бабушка, с детства редко выезжавшая из Москвы, после смерти мужа Никанора стала часто посещать его родину – Тверскую область на берегах Волги. Как правило, она ездила два-три раза в год на несколько недель, подгадывая к лету. Чтобы погулять вдоль покатых берегов великой русской реки и надышаться полевым пряным воздухом. Во время отдыха любила перебирать в памяти дни далёких тёплых месяцев, когда Никанор привозил её к своим родственникам и она спокойно отхаживала беременность, слушая рассказы деревенских баб и опытных повитух. Беседы сопровождались дефицитным лакомством – продуктами, которые Никанор доставал в Москве.
– Ульяна, что сейчас в дефиците? – спросила бабушка у вошедшей на кухню внучки.
Ульяна немного задумалась от неожиданного вопроса, но быстро нашлась с ответом:
– Если только бюджет страны.
– А я как раз вспоминала свою молодость и ту радость, когда поставишь на стол что-нибудь особое. Уже и это праздник.
– Бабуль, а сейчас покупай что хочешь, главное – деньги плати, – ответила Ульяна, выкладывая из холодильника на стол ветчину, сыр и шпинат.
– Поела бы нормально. Я столько наготовила: там и супчик свежий, котлетки мясные, – беспокоилась бабушка.
– Как же вы жили? – удивлялась Ульяна, собирая бутерброд на нарезанных овалах французского батона.
– Знаешь, хорошо жили. Просто, но по-доброму.
– По-доброму, но в одинаковых платьях, – не зло съехидничала Ульяна и, чтобы не слушать бабушкиных рассказов о советской власти, захватила к бутербродам питьевой йогурт и ушла к себе в комнату, где наконец-то занялась долгожданным делом – выбором занятий на каникулы.
Днём она узнала о зачислении в университет, хотя её сверстникам предстоял ещё один класс. Надо сказать, что как-то уже после переезда, отучившись год в новой школе, за ужином Ульяна сообщила папе, что последние два класса хотела бы закончить экстерном. Папа удивился:
– И ты не хочешь побегать по улицам, сходить в кино и насладиться прочими радостями уходящего детства?
– Хочу, но больше всего мечтаю быстрее расстаться со школой.
– Тогда начинай готовиться, а я схожу к директору и всё уточню.
Папа уладил все вопросы, Ульяна, досрочно выдержав выпускные экзамены, окончила школу в пятнадцать лет.
Наступило первое относительно взрослое лето. Поехать отдыхать в другую страну, как они делали прежде, не получалось, и Ульяна задумалась, как же провести время. Ей не было скучно, наоборот, многое хотелось попробовать, и она быстро нашла себе занятия. В основном это были путешествия по Подмосковью – недалеко от их дачи, – чтение книг и хобби, которым Ульяна увлеклась пару лет назад. Мечтала стать дельтапланеристкой, хотя её влекли не сами полёты, а скорее их интересный образ. Но она отказывалась это признавать и упорно общалась в Интернете с единомышленниками. Увлечение настолько захватывало друзей, что они ездили друг к другу в гости, иногда встречались компанией.
К вечеру, по многолетней традиции, семья собралась на ужин, за которым ожидалось последнее согласование планов на лето. Когда основные темы разговоров были исчерпаны и трапеза подходила к концу, бабушка спросила:
– Доча, уберёшь со стола? Я что-то неважно себя чувствую. Лучше мне отдохнуть.
– Конечно, мам. Иди отдыхай.
Бабушка вышла из-за стола, позвала Мурзика и направилась к себе в комнату.
– Ульяна, пока бабушки нет, скажи прямо: ты хочешь поехать в тверскую деревню? – спросил папа.
– Нет.
– А поедешь? – спросила мама.
– Да.
– Вот и отлично! Бабушка приболела – боимся одну отпускать, – сказал папа.
– Доча, уберёшь со стола? А то я что-то объелась – полежать охота.
– Ну, мама, ты же бабушке обещала! Вот, блин!
Все поблагодарили друг друга за ужин и ушли. Ульяна убрала со стола и прошла к себе, где на компьютере открыла карту Тверской области и стала изучать достопримечательности. Цель её путешествия располагалась на середине пути между небольшими городами Зубцовом и Ржевом. Вокруг ничего примечательного не было, и Ульяна легла спать.
Утром папа постучал в дверь комнаты дочери:
– Ульяна, пора вставать.
– Ещё пять минут.
Папа ушёл и постучался к бабушке:
– Доброе утро, Елизавета Клавдиевна. Как спалось, как себя чувствуете?