#взрослые

Сегодняшний вечер пятницы я проводил в пабе "Sport&Bier" в компании своих друзей, смотря на огромном экране очередной отборочный тур на чемпионат Европы по футболу.

Год назад мы в своей тесной "тусовке" договорились, что, переступая порог этого спорт-бара, оставляем за дверью все наши жизненные проблемы и заботы, в пределах этих стен наши разговоры могут вестись исключительно о футболе. Ни разу за все время эту традицию никто из нашей четверки не нарушил. До сегодняшнего дня.

- Ты в курсе, что Лиса вернулась? - как бы невзначай спросил мой лучший друг Илья Панов.

- Эй, мы договорились - ничего, кроме футбола! - возмутился Мелкий.

Со Стасом Михиным три года назад меня познакомил Илья. Поначалу этот приверженец всевозможных традиций до жути меня раздражал, но, узнав его получше, я понял, что первое впечатление оказалось обманчивым. На самом деле он славный парень, готовый прийти в любую минуту на выручку. Прозвище Мелкий он получил еще в первый день нашего знакомства, когда Панов сообщил мне, что Стас младше нас на два года. С тех пор для меня он так и остался Мелким, и в редких случаях когда кто-то из нашей компании называет его по имени.

- Заткнись! - ответил я Мелкому.

Я больше пяти лет ждал хоть какого-то известия о Лисе, и, теперь, когда Илья обладает полезной для меня информацией, я готов к черту послать все наши правила, лишь бы только узнать, где Лиса.

- Ты знаешь где она? С кем? 

- Знаю, что она не замужем, но есть парень. Где живет, - он, наконец-то, оторвался от экрана и посмотрел на меня, - представления не имею.

- Черт! 

Я выругался так громко, что на меня обернулись посетители бара.

- Что еще за Лиса? - к разговору подключился и Андрей Пестров.  

- Глупый вопрос, - с умным выражением лица произнес Стас, - наверняка, очередная девка Струнова.

- Еще раз так скажешь, - я стукнул кулаком по массивному деревянному столу, - череп проломлю!

Из всех друзей, что у меня есть, о том, что я схожу с ума по Беловой, знал лишь Илья. Мне не сильно-то хотелось распространяться о своих чувствах, чтобы потом не оправдываться, почему, будучи влюбленным в одну, я женился на другой. У меня, на тот момент, был целый ряд причин, чтобы так поступить.

- Третий стол! - бармен прекратил натирать фужеры и злобно посмотрел на меня и друзей, - Угомонитесь!

- Сдурел совсем? - возмутился Андрей на пониженных тонах, - Из-за какой-то бабы другу угрожать.

- Это ни "какая-то", - начал Панов, - Матвей по ней ещё со школьной скамьи сохнет.

Андрей со Стасом посмотрели на меня так, словно Илья им только что сказал, что я болен какой-то неизлечимой болезнью.

- Ты был не в её вкусе? - поинтересовался Михин.

- Она лесбиянка? - с энтузиазмом спросил Андрей.

- Идиоты, - только и ответил я, отхлебнув пенистого напитка из кружки.

- Струнов вам ни разу о ней не говорил? - удивился Панов.

Его можно было понять, ведь уже достал Илью с расспросами о Лисе.

- Нет, - ответили они в унисон.

- Тогда слушайте внимательно, - Панов перешел на шепот и чуть наклонился к центру стола, - сейчас вы узнаете о самой сильной наркотической зависимости вашего друга.

- Только попробуй! - пригрозил я Панову.

- Да что здесь такого? - удивился Илья, - Все когда-то кого-то любили.

- Не обобщай! - фыркнул Андрей.

Пестров всегда казался мне женоненавистником. Не смотря на, вроде бы, смазливую мордаху, он ни разу не был замечен в отношениях с девушками. При малейшем упоминании о женщине Андрей строит такую гримасу, словно его сейчас вырвет. Возможно когда-то, в очень далёком прошлом, его, тогда ещё "белого и пушистого", обидела до глубины души какая-нибудь стерва. И с тех пор он обозлен на всех женщин мира.

Конечно, есть ещё и вторая версия, но мне в неё не очень хочется верить. Андрей Пестров - гей и боится себе в этом признаться. Оттого и срывается на каждой девушке, так как она не в силах удовлетворить его потребностей в мужской грубой силе. 

- Ты не в счет, - ответил Мелкий Андрею, - девчонка, по ходу, самая сексуальная была? - теперь уже он обращался к Панову.

- Издеваешься, - Илья чуть пивом не подавился, - она была настолько незаметной, что если бы ты об нее споткнулся, то даже не понял бы обо что.

- И как же Струнов ее заметил? - спросил Андрей.

- Она призналась мне в любви.

Я решил, что на такой вопрос должен ответить самостоятельно.  

- Могу поспорить, она была не первой, кто тебе такое сказал, - перебил меня Малой, - Лиса была единственной, в искренность которой я поверил.

- А как же Нина? - спросил Илья, - Она ведь тоже тебя любит, даже не смотря на то, что ты себя ведешь по отношению к ней как полный засранец.