Страница 3 из 75
Он протянул руку. Я заколебалась. Довериться незнакомому человеку или остаться в тюрьме и взойти утром на эшафот? Если Керрик говорил искренне, то это означало, что мне вернут мою прежнюю жизнь. Жизнь в бегах. Я не стала обращать внимание на то, что инстинкты, которые на протяжение трех лет помогали мне выжить, снова дали о себе знать. А что если он лжет? Я разберусь с этим позже. Прямо сейчас, это было не важно. Жажда жизни неожиданно взяла вверх над желанием умереть.
Я схватила его за руку. Его шершавые пальцы сплелись с моими. Он потащил меня по коридору. Я не обращала внимания, когда меня сюда доставили, но я догадалась, что этот путь ведет к другим камерам. В тюрьму вела одна единственная дверь. А громкий шум раздавался именно оттуда. Из-за двери. Меня сковал страх. Это какое-то сумасшествие, еще несколько часов назад мне было все равно, умру я или буду жить, а теперь отчаянное желание выжить снедало меня.
Все, это тупик, но Керрик толкнул и открыл дверь последней камеры. Из маленького окошка, расположенного высоко на каменной стене, струился лунный свет и холодный воздух.
Керрик свистнул, как ночная малиновка. Из окошка высунулась голова юноши.
— Чего ты так долго? — спросил он, но не дожидаясь ответа, протянул к нам обе руки.
— Хватайся за его запястья, — сказал Керрик, подсаживая меня.
Мы с юношей ухватились руками друг за друга. Он же с удивительной скоростью, для тощенького на вид паренька, протащил меня через это окно. Сам он стоял на двух мужчинах, которые держали его ноги. Он потянулся за Керриком и я заметила, что на окне когда-то была железная решетка. Остатки железных прутьев выглядели так, словно они проржавели насквозь.
Оглядевшись вокруг, стало понятно, почему для побега воспользовались именно этим окном. К тюрьме примыкало пастбище, на котором паслись кони стражников. Поскольку тюрьма находилась на окраине города, позади нее не было других зданий. Только изъезженная торговая дорога с севера на юг.
Керрик присоединился к нам. Эхом раздался грохот. Кто-то выругался. А затем топот сапог становился все громче. Стражники очень быстро приближались к нам.
— Белен. — Выдохнул имя Керрик.
— Бежать или драться? — спросил юноша.
Керрик взглянул на меня.
— Бежать.
После того, как все перепрыгнули забор пастбища, мы рванули к лесу. Мы слышали как к нам приближаются стражники, они дышали нам в спину. И снова поглощенная мною болезнь напомнила о себе, она мешала мне дышать и я судорожно хватала воздух. На какую-то секунду я удивилась, как Фаун умудрилась прожить так долго.
Когда мы подошли к окраине леса, Керрик крикнул.
— Господа, слиться с природой! Нас встретят в условленном месте.
Он схватил меня за руку.
Керрик вел меня через темную чащу леса, но по сравнению с ним я двигалась слишком шумно. Однако, моя оплошность перестала быть заметной, когда преследующие нас стражники ворвались в лес. Треск сломанных веток и шорох листьев разносился отовсюду.
Вскоре они замедлили шаг и стали двигаться осторожно, останавливаясь каждые пару минут, чтобы прислушаться. Они растянулись в шеренгу, держа фонари высоко над собой. Я насчитала двадцать точек света. Каждый раз, когда они останавливались, Керрик тоже останавливался, но наше продвижение становилось мучительно долгим. Я боялась, что они поймают меня в любом случае, если только Лилия смерти не поглотит нас раньше. Я содрогнулась от этой мысли. Я предпочла бы отправиться на гильотину, нежели попасться плотоядному растению на съедение.
— Вот они, — услышала я чей-то голос.
Я замерла, но Керрик схватив меня за плечи, приказал сохранять спокойствие и повалил нас на землю. Мы покатились через подлесок. Странная вибрация охватила мое тело. Звуки погони становились все ближе. Убежденная, что они вероятно затопчут нас, я цеплялась за него пока мы катились. Мы остановились, и он решительно толкнул меня на спину.
Укрывая меня от чужих глаз, Керрик навис надо мной, опираясь на свои локти, чтобы не раздавить меня. Он всматривался куда-то в право от нас. Перед глазами мелькали тени от шагающих мимо нас сапог. Несколько стражей прошли в паре шагов от нас.
В горле першило, очень хотелось прокашляться. Я подавила нестерпимое желание извиваться, кричать и царапаться. А затем шелест листьев исчез и затих топот. Только я расслабилась, как Керрик занял оборонительную позицию.
— Как только они поймут, что потеряли нас, то пойдут обратно, — сказал он.
Я оставалась лежать несмотря на то, что моя одежда пропиталась холодной сыростью от недавно прошедших дождей. Несмотря на то, что Керрик прижимался ко мне своим теплым телом. Несмотря на то, что его пьянящий запах щекотал мне нос. От него пахло зеленью, влажной землей и весенним солнцем. Два из трех имели смысл, так как мы оба извалялись в грязи и листьях. Я не могла объяснить запах солнечного света. Осень была в самом разгаре. Я подозревала, что недостаток сна сыграл роль в обмане моего чутья.
Чтобы как-то отвлечься от своего неудобного положения и от его близости, я наблюдала за тем, как луна движется сквозь деревья. Она должно быть скоро скроется за тучами, оставив нас в полной темноте на несколько часов.
Как и предсказывал Керрик, стражники вернулись. Свет мелькнул в опасной близости от нас. Неподалеку раздался звук шагов. Мое сердце стучало так громко, что казалось еще чуть-чуть и оно нас выдаст. И в тот момент, когда я уже была в шаге от крика, они ушли.
Мы подождали еще какое-то время, вслушиваясь в течение нескольких тревожных минут…часов…дней. Во всяком случае, мне так показалось. Наконец, Керрик встал и подтянул меня, чтобы я тоже встала на ноги. Меня покачивало. Ледяной воздух цеплялся за мою кожу, продувая насквозь вымокшую одежду.
Он посмотрел на небо.
— Нам нужно как можно дальше уйти от Чакстона до того, как взойдет солнце, — сказал он. — Выдержишь?
Я глубоко вздохнула, проверяя свои легкие. Болезнь, наконец-то, исчезла.
— Да.
— Хорошо.
Он взял меня за руку.
Дрожь пробежала по моей руке. Я размышляла о том, чтобы высвободить ее из руки Керрика, но он уверенно двинулся через лес. Луны на небе больше не было видно, и тропа перестала быть видна в темноте. Керрик замедлил шаг, но все равно продолжал идти словно он может видеть в темноте, а я спотыкаясь тащилась вслед за ним.
К тому времени, как взошло солнце, я совсем перестала ориентироваться, замерзла и была истощена. В середине ночи довериться этому незнакомцу казалось неплохой идеей, но при свете дня, я взывала к своему здравомыслию. После того как я вылечу его друзей, что помешает Керрику обменять меня на вознаграждение? Ничего. Он пообещал, что не причинит мне вреда, но его сообщники не давали никаких обещаний. Однако, на данный момент, моя голова была все еще на моих плечах. А это определенно плюс. Я решила оставаться бдительной и полагаться на мой собственный инстинкт выживания — решая проблемы по мере их поступления.
Как только на горизонте запылала заря красными, желтыми и оранжевыми всполохами, Керрик прибавил шагу. Я уперлась пятками и попыталась высвободить свою руку, но он не отпускал.
Остановившись и посмотрев на меня с нескрываемым раздражением, он спросил.
— В чем дело?
— Мне нужен отдых. Целители же не железные. Если я буду слаба, то не смогу вылечить твоего друга.
Пока он обдумывал сказанное, я рассматривала его. Цвет его глаз — это пестрота леса, красновато-карие с позолотой, оранжевые и одновременно бурые. Лучики солнца освещали его светло-каштановые волосы. Они достигали его печей и почти все выбились из кожаного шнурка, которым были завязаны. Он был где-то метр девяносто, то есть выше меня на сантиметров пятнадцать, может чуть поменьше. Я предположила, что он лет на пять-десять меня старше.
— Останавливаться сейчас слишком опасно, мы здесь как на ладони. К тому же мы уже не далеко от места встречи, — сказал он.
— Сколько еще идти?
— Еще час, может два. Если хочешь, я могу нести тебя.