Госпожа

Я хмыкнула. Сделал гадость — на сердце радость? Скорее всего да. Жалкие, мелочные, жадные предатели были всегда и у всех народов. И вот теперь такой вот образчик попался мне… мда… будем перевоспитывать или подставлять. Издеваться над Максом или собой не позволю.

— Так где этот Сларн живет, говоришь? — спокойно сказала я.

— Я вас предупредил, госпожа. Но воля ваша. Зайдете за поворот, третья дверь справа.

Наверное, это было для меня своеобразным снятием стресса. Мне просто необходимо было выплеснуть на кого-то свое раздражение и злость из-за бессилия. Выплескивать эти эмоции на Алар-рагана я не могла, потому что… и так все понятно. Держать их в себе, пусть даже и в сундуке, я просто уже не могла. А тут такой повод… мужик сам, можно сказать, нарвался. Я еще, правда, не представляла, что я ему могу сделать, но надеялась на мое умение переворачивать все вверх дном.

Ага… комнатушка побольше ребячих ровно раза в два. Не только кровать и сундук помещается, но и небольшой столик с миской для утренних процедур. Да и вообще, попросторнее будет. Так… сам хозяин спит спокойненько на кроватке и в ус не дует. Потому как нет у него усов. И бороды нет. Гладко выбрит и аккуратно подстрижен. Интересно, спит в нижнем белье или без? А пофиг. Спать ему я точно не дам. Наклонившись к его уху, я громко и отчетливо произнесла:

— Сларн! Лежебока! А ну немедленно поднялся! Уж полночь на дворе, а он тут прохлаждается! Подъем!

Вскочил, как ужаленный. Озирается, ничего не поймет.

— Кто здесь?

— Совесть твоя вернулась, — ехидно откомментировала я.

— Что? Какая совесть? Дух, ты не умничай, ты передавай то, что велено и вали отсюда, пока я хозяину твоему не рассказал о твоем поведении.

Похоже, тут каждый слуга умеет с духами общаться. А, может, и не только общаться, но и видеть? Я лишь рассмеялась. Мне же лучше. Вот только надо будет быть поаккуратнее, чтобы меня не вычислили и Алар-рагану не нажаловались. Будет потом совсем не весело. Вот тут как раз и пригодиться мое умение менять облик. Чуть подкорректируем голос, сделав его грубее и ниже, на всякий пожарный еще и фигуру изменим. Здесь поменьше, тут — пошире, лицо вообще его скопируем. Готово. Надеюсь, этот внешний вид я долго смогу удерживать без затрат магической силы моего бедного тела.

— Ну так рассказывай, сам себе. Я же твоя совесть. И, получается, что ты — мой хозяин. Понимаешь, светлые звезды услышали мольбы тех, кого ты обижаешь и решили тебя проучить. Каждую ночь, до тех пор, пока ты не исправишься, я буду приходить к тебе и не давать спать.

— Что за бред… — растирая руками лицо, сказал Сларн. — А, я понял. Это кто-то из господ развлекается так, да, Дух? Так вроде нет у нас сейчас таких шутников. Да и незачем им со мной так шутить. Может, ты адресата перепутал, Дух?

Я хмыкнула и сказала:

— О нет, Сларн. Не могла я перепутать. Я же твоя совесть. Уртвары тут ни при чем. Я же уже сказала, меня звезды светлые послали, что ж ты такой непонятливый. Пока не изменишь свое поведение — буду приходить каждую ночь.

— Не морочь мне голову, Дух, — раздраженно сказал мужик. — Такого не бывает. Лучше признайся, кто тебя послал и сделаем вид, что я испугался, внял совету и обещал исправиться.

— Я тебе уже сказала. Да и не сможем мы с тобой "сделать вид". Не перед кем. Так… у нас с тобой до рассвета еще часа четыре, если я права. Значит проведем небольшую лекцию на тему "Поведение разумного в обществе подобных себе". Знаешь пословицу "Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой?"

— Нет, не знаю, — с легким раздражением сказал Сларн, ложась вновь на кровать.

— Уже знаешь. А почему такая пословица появилась?

Я включила "училку", а Сларн попытался заткнуть уши и заснуть. Наивный. Слова другого духа ты воспринимаешь не ушами, а своим собственным духом.

В общем, как я ему и обещала, спать ему не дала. Удалилась я из его "опочивальни" за полчаса до восхода или что-то вроде этого. Раганрей уже просыпался потихоньку, в основном, конечно, слуги, а не сами раганы и их сопровождающие. А я поспешила к своему телу, возвращая свой прежний облик. Незачем Алар-рагану знать о том, как я провела эту ночь.

Успела. Вот спрашивается, я что, не могла сразу возле тела оказаться? Я же дух, все-таки. Ну, может и могла. Вечером поэкспериментирую. А вот и восход Таэмрая. Прямо из окон спальни видно. Тот же зимний лес, та же лента замерзшей реки, тот же простор равнины. Только города на горизонте не видно. А видно, как огромный диск здешнего солнца медленно поднимается из-за горизонта, рассеивая мутный предрассветный полумрак. Все же уртвары молодцы. Красивое место для крепости-дворца своего Алар-рагана выбрали. Место слияния двух рек, равнина на многие километры вокруг… Сердце всей Уртварии, в самом глубоком из возможных тылов. Даже если мне и удасться отсюда сбежать вместе с Максом, как я доберусь до Государства? Карманного телепорта у меня нет, крыльев, как у Илира, тоже.

— Какая прелестная картина. Послушная шаалха смиренно ожидает пробуждения своего господина… — криво улыбнувшись, Алар-раган поднялся с кровати в одних нижних брюках и подошел к моему духу, стоящему у окна.

— Конечно, мой господин. Я ведь умная шаалха и понимаю, что если я не сдержу свое слово, то вам незачем будет сдерживать свое.

Алар-раган хмыкнул и сказал:

— Да уж… Возвращайся в свое тело, шаалха. Впереди у нас с тобой ни один час представления для моих раганов.

Да… сохранять маску послушной шаалхи не будучи одурманенной оказалось гораздо сложнее. Раганы как будто сговорились, испытывая ко мне презрение, злобу и пренебрежение. Причем сам Алар-раган при этом чувствовал лишь небольшое удовлетворение и интерес стороннего наблюдателя. Я же себе постоянно напоминала, что это всего лишь игра, но что от этой игры зависит жизнь и здоровье не столько меня, сколько моего любимого.

А вечером Алар-раган решил устроить ужин, на который пригласил всех желающих раганов с сопровождающими. И у многих в сопровождающих оказались не только простые уртвары, но и личные рабы. Вот тут-то я действительно ужаснулась. Слишком уж мало от разумных осталось в этих кусках живого мяса, которое уртвары использовали для подпитки. Если это рабы, то какими же тогда в понимании уртвар должны быть шаалхи, которые стояли еще ниже рабов по социальной лестнице? Звезды светлые… это же насколько надо презирать или ненавидеть сотворенного, чтобы сделать с ним такое? Насколько же надо считать себя выше и лучше, чтобы наслаждаться болью, которую испытывает другой? Я понимала, когда боль причинялась по обоюдному желанию и когда обоим это приносило определенное наслаждение. И когда это не затрагивало чужих норм морали. Мало какие сдвиги по фазе бывают в природе. Но испытывать наслаждение от мучений того, кто действительно страдает из-за такого обращения…

А людей в ошейниках становилось все больше, приборы и блюда исчезали со столов и больше на них не появлялись также, как и сами слуги, их уносившие. Многие раганы уже выкручивали руки своим рабам, толкая на столы. Только теперь я поняла, почему столы сделаны из камня и скатерти на них отсутствуют, как класс. Чтобы кровь не приходилось долго отмывать и отстирывать. Значит, вот такое вот пиршество мы прервали там, в Фар-Руне, когда освобождали крепость. Первые удары плетей, первые крики, дурманящий аромат крови из аккуратных разрезов, сделанных тонкими кинжалами. Я тонула в этих эмоциях, у меня темнело в глазах, все внутренности сжались в комок, я практически перестала контролировать свое состояние и была на грани обморока. Это было почти как там, в Фар-Руне, в той камере, где двое уртвар замучили до смерти одного из воинов. Это было страшнее того, что Алар-раган делал с Максом. Еще немного — и я не смогу сдержать свои эмоции. Еще немного — и мою силу не сдержит никакой зачарованный ошейник. Еще чуть-чуть…