Страница 80 из 130
– Я не об этом, – вздохнул Маркус. – Так я пытался остановить себя. Твердил, что ты магик, с другой стороны границы, ты с чипом, которого у тебя не должно быть, а у меня есть долг и обязанности, которые мне нужно исполнять. Думал, вот увижу еще раз, убежусь, что я просто переутомился со всеми теми хлопотами, что мне доставили разбойники у города, – и меня отпустит. А вместо этого… ты начала передо мной выделываться!
– Я?! – возмущенно зашипела.
– Конечно! Эти твои толчки грудью, отрицание очевидного, дерзость… Один твой запах чего стоил, когда твой рот говорил, что ненавидит меня, а тело требовало ласки, – Маркус утробно зарычал, стиснув меня в объятиях. – Я сорвался по глупости, поцеловав тебя, как подросток, не контролирующий приливы собственных гормонов. А затем я решил положиться на твое благоразумие. Ты контролировала себя много лучше, чем я. И я понадеялся, что ты сможешь меня остановить…
– Я не смогла, ты так…
–… соблазнял тебя?
– Да! А я ведь не каменная!
– Я тоже, птичка…
– Почему ты бросил меня после того, как мы… в первый раз?.. – неуверенно промямлила я, раскрывая затаенную обиду.
– Ну, во-первых… – прокряхтел Маркус, начав усаживаться подо мной, – ...я привык заботиться о своей внешности. Не стану отрицать: я прекрасно осознаю, что выгляжу привлекательно. И часто этим пользуюсь в различных своих целях. Потому такая наглая и демонстративная порча моей кожи на видном месте меня попросту взбесила. Тебе, как магику, будет сложно меня понять. Я видел, что у вас главное – семья и община в целом. У нас, технеров, процветает индивидуализм и культ внешности. Потому, возможно, в быту могло бы оказаться, что я забочусь о своей внешности даже больше, чем ты, и…
– Короче, ты просто надулся, что я тебя грызанула? – прервала я утомляющий меня поток заумных слов.
– Магики – такие варвары, – наигранно вздохнул Маркус. – Из душевной трагедии всегда умудрятся сделать фарс.
– Это у тебя-то трагедия была? – взвилась я, выпутываясь из одеялового кокона. – Это у меня душевная травма вышла!
– У тебя была обычная истерика. И я просто ушел, давая тебе возможность перебеситься по причине, которую я не понимал.
– Болван! – прорычала я, едва сдерживаясь, чтобы не пнуть его. – Ты соблазнил меня, навешал лапши на уши, еще и рассказываешь, что ждал, будто я тебя остановлю! Предлагал то, чего я хотела, и ожидал, что я от этого откажусь?! После чего ушел, решив, что я истерю на пустом месте?! Да ты в своем уме?!
– Лучше замолчи, – предупредительным тоном произнес Маркус.
– А то что?!
– Помнишь, как я говорил, что есть много способов закрыть рот женщине?
– Я не собираюсь молчать о том, как ты издевался надо мной из-за того, что у тебя, видите ли, на меня встал! – завелась я, и не думая останавливать скандал.
Маркус молча намотал на руку мою косу и дернул меня на себя. Я охнула, подавшись навстречу, и он заткнул меня поцелуем. Кровь вскипела от его прикосновений, горячие губы гуляли по моим, наслаждаясь каждым мгновением и требуя забыть ссору, то, из-за чего я так быстро вспыхнула, направляя мое пламя в другое русло.
– Вот так меня больше устраивает, – усмехнулся он в темноте, отпуская мои волосы и вновь ласково прижимая к груди, обхватывая руками и укладывая мою голову себе на плечо. – Я заходил проверить, как ты, ночью, – продолжил он прерванную беседу. – Ты спала, и я не рискнул тебя тревожить. А утром я вышел на крыльцо, просто подышать воздухом. И там была та женщина… Потом я помню только ярость, бушующую в груди, и что почему-то она была обращена на тебя. За то, что я в тебя влюбился, что ставило под угрозу мое положение, за то, что ты мучила меня своим присутствием, за то, что укусила и за то, что я… полностью запутался в себе. И словно кто-то дал мне команду “фас”, а я с радостью побежал ее исполнять, не понимая того, что именно я делаю, но счастливый от того, что наконец-то передо мной появилось что-то определенное и четко обозначенное, за что я мог бы ухватиться.
– Примерно так я и думала, – нервно ответила я, пытаясь не вспоминать в подробностях события того дня.
– Забудь об этом, – мягко произнес мужчина, проводя ладонью по моей щеке. – Мне жаль, что так все сложилось. Но сделанного не воротишь. Главное, что мы, наконец-то, вместе, и приняли друг друга.
– Мне кажется, мы делаем что-то очень-очень плохое… – тихо произнесла я в грудь Маркуса.
– Возможно. Но мне от этого очень-очень хорошо, – усмехнулся он в ответ.
– Ты глупый, – насупилась я. – Эти отношения обречены. Мы сами себе роем могилы.
– Прекрати, – прошептал Маркус с отчаянием, прижимая меня к себе. – У меня ничего и никого нет, кроме тебя.
Я промолчала. Сейчас он вправду был одинок, оторван от своей семьи и своего народа. Маркусу не на кого было положиться, даже он сам не мог бы себе помочь. А у меня было решение его проблемы.