Апокалипсис завтра. Том 1

Руперт медленно переставлял онемевшие ноги. Несмотря на то, что их «увлекательное и веселое» путешествие в фургоне длилось недолго, он успел окончательно устать в неудобной позе. Чертов лысый мордоворот принимался распускать грязные шуточки еще несколько раз, после которых бурчавший в ответ колкости Руп получал тяжелым ботинком то в живот, то по почкам. Боль проходила быстро, скорее всего из-за действия крови Дэни. Радовало одно – ее пока не трогали. Парень невольно поверил словам нападавшего, и теперь где-то внутри его пронзал страх, холодный и липкий. Трудно было надеяться на какое-то чудесное спасение и то, что к нему будут благосклонны сволочи, перестрелявшие всю экскурсионную группу студентов. Руперт сжал челюсти. Все из-за него. Если бы он отвел Дэни в какое-то другое место, то со стопроцентной вероятностью все, в том числе и Олли, остались бы живы. Но, во что же влезла девушка? Почему за ней охотятся другие вампиры?

Минуту назад ее утащили куда-то в другом направлении. Их буквально вывалили из фургона на какую-то подземную парковку, Руперт не успел правильно сгруппироваться, поэтому больно приложился головой об асфальт. Едва приметные, замаскированные под обычную стену, двери вели в непроглядную глубь здания. Как только проход на парковку за ними вновь закрылся, то Руп услышал, как лысый скомандовал отвести девчонку на место. На какое место, и хоть какие бы то ни было подробности Рупу так выяснить и не удалось. На очередной вопрос ответом был ощутимый толчок в спину.

– Шуруй и не отсвечивай, малявка, – буркнул командир увальней, который шел вместе с еще одним мужчиной. Тем, кто убил Олли.

– Ты вампир? – снова не стал молчать Руп и опять-таки получил ребром ладони по шее.

– Я сказал: «не отсвечивай», идиот, это значит – варежку закрой и иди смирно.

Они спустились на этаж ниже, прошлись вдоль ряда однотипных дверей, свернули налево, и их небольшой процессии сразу попался какой-то широкоплечий парень в байкерской куртке, придирчиво что-то выбирающий на небольшом столике. Руп в удивлении пару раз моргнул, чтобы проверить, не показалось ли ему. На столе ровным рядом стояли всяческие сексуальные игрушки, типа вибраторов, дилдо, пробок с кучей тюбиков со смазкой.

– Что за…? – вырвалось у него.

Куда это они его затащили? Мужчина мельком глянул на Руперта в компании амбалов, кивнул последним и, как-то угрюмо вздохнув, взял смазку, пробку и вибратор.

– Трудовые будни, Билл? – хохотнул лысый.

Мужчина кивнул.

– Обколотая. Достали они меня. Овощи чертовы. Съемки через двадцать минут, а она до сих пор в астрале, – мужчина возмущенно взмахнул руками, полными эротических атрибутов, будто это на самом деле его достало.

– Всем привет, – прокуренный голос высокой женщины ворвался в короткий разговор.

Стопроцентная англичанка в классическом костюме, с красивой прической и в дорогих украшениях махнула мужчинам, подмигнула парню в байкерской курке, припоминая «славные съемки» на прошлой неделе, схватила страпон и, помахав им на прощание, скрылась в соседней комнате, где слышалось множество голосов.

Рупу сделалось совсем дурно. Черт подери, что происходит вокруг, где он оказался? В одной из съемочных студий «Браззерс»? Неужели вампиры и это держат? Хотя, если задуматься, эти твари контролировали любой поток информации, доходящий до глаз, ушей и рта человека.

– Ева на месте?

– Да, у себя, – мужчина махнул рукой и скрылся за поворотом, из-за которого они недавно вышли.

– Вы что, порностудию держите?

– Устроиться хочешь? – лысый зевнул и повел его с напарником дальше.

Вход в кабинет некой Евы подсвечивался красной светодиодной лентой, приклеенной по всему коробу лакированной двери из темного дерева. На золотистой металлической табличке, прикрученной чуть выше уровня глаз, витиеватым шрифтом красовалось: «Госпожа Ева».

– Будет немного приятно, – скривил лицо в ухмылке командир нападавших, толкнув перед Рупом дверь.

Декорации резко сменились, будто он сквозь эту дверь шагнул в гангстерское прошлое Чикаго, в которое нотами были вплетены последние вехи современного искусства. Сложилось ощущение, что его привели на съемки какого-то старого фильма времен перехода от классических бурлескных комедий к нуару военного времени. Темное дерево на стенах, кремовое кресло с ушками за чернеющим лаком стола, единственным украшением которому служила антикварная лампа. Перед столом лежал светлый ковер с длинным и пушистым ворсом. В углу не у самой лучшей имитации окна с тонким профилем, которое выглядывало из-за массивной плотной портьеры серого цвета с серебристыми проблесками нитей, стоял небольшой круглый столик и два стула – близнецы того, что стоял за столом хозяйки. Сама госпожа Ева, восседавшая на краю стола, невозможно органично вписывалась в свой интерьер, одетая в черное облегающее платье покроя прямиком из старых американских фильмов. Черные, словно вороново перо, волосы мягкими волнами обрамляли белое мраморное лицо с броским макияжем все того же времени гангстеров и мафиози, в дополнении пикантной аккуратной родинки у левого глаза и красной помады. Женщина с кем-то разговаривала по телефону. Она повернула голову к вошедшим и мягко улыбнулась, поднимая указательный палец вверх, как бы прося подождать.