Страница 48 из 165
– Нет, хрень, – задумчиво почесывая начинающий зарастать щетиной подбородок, заключил Руперт, меря шагами их с Олли номер.
Тучному Билли и его прихвостням так и не удалось вчера поймать Рупа, поэтому потери были минимальны – заплывший фиолетовым «фонарем» глаз. Но, зато какой красочный и доступный для обозрения каждому. Хотя… юноша положил прохладную ладонь на затылок. Рихард прописал ему по первое число, едва не разбудив всех постояльцев отеля «Филдинг». Еще бы, когда один из студентов возвращался после полуночи с подбитым глазом и в рваной куртке, а сопровождающий преподаватель ждал его уже второй час… Любой бы сорвался. Ирми – молодая аспирантка и помощница сопровождающего на экскурсионную поездку еле призвала вспылившего преподавателя уняться и отпустить «студенческого остолопа» к себе в номер.
– Пит, – Ярвинен еле разлепил один глаз и хмуро посмотрел на топающего туда-сюда в одних трусах студента факультета социальных наук Лапландского университета, – ты чего? Семи еще нет. Дай поспать.
– Эй, Олли, – странное рвение, с которым парень подскочил к его кровати, финский студент не оценил и спрятал кучерявую голову под одеялом, – вчера, когда я тебя толкнул в двери отеля «Редиссон», ты видел там девушку?
Ярвинен решился все-таки выглянуть из-под защитного кокона и непонимающе посмотрел на Руперта.
– Там много кого было.
– В шляпке, светлые волосы, миловидное личико… была?
– Эээм, да, – серьезно задумался финн, – симпатичная такая. Точно, она же еще тебя заметила. Мне показалось, она сейчас убежит, но потом затормозила у входа и… я не помню.
– В смысле?
– Ну… она будто просто пропала. Странно. Наверное, я на тебя отвлекся. Хм, а она точно была?
Руп сжал челюсти. Вот и ему теперь начинало казаться, что это был просто обман зрения. Но ведь Дэни вроде одной крови с Джимом? Типа из одного клана. А если Джимм умеет читать мысли и влиять на людей, может она умеет то же самое?
– Прикрой меня, я на Мерсер-стрит, – решительно заявил Руп, подходя к сложенным на стуле вещам.
– Что? Питер, ты совсем с ума сошел? – серьезно забеспокоился Олли, спуская ноги с кровати.
– Пойми, это моя… короче, я ее знаю, – бегло говорил Руперт, сосредоточенно одеваясь. – В прошлый раз, когда мы виделись, я такого дерьма наговорил на пьяную голову. Мне надо извиниться, пока совсем не поздно. Вдруг она опять пропадет. Не уверен, что нам вообще в ближайшие года суждено встретиться. А тут такая воз…
– Стой-стой-стой, Пит. Ты побежишь туда раным-рано? Она, наверное, еще спит. Да и где уверенность, что ты не обознался? Вероятность вашей реальной встречи меньше десяти процентов, учитывая масштабы Лондона, а если брать во внимание то, что раньше вы виделись в другой стране, то процент стремится к нулю с геометрической прогрессией.
– Срать я хотел на эту вероятность, Олли. Пойду и точно узнаю.
– Думаешь, тебе так просто расскажут, в каком номере она живет, и пустят внутрь? И если ты ранее повел себя, как говнюк, то, возможно, если на ресепшене все же согласятся тебе помочь и позвонят ей спросить о тебе, то навряд ли эта девушка позволит им тебя пустить.
Руп застыл с не надетой кофтой в руках. А ведь Олли был прав. Дэни полагалось сейчас, как каждому порядочному вампиру, ложиться спать, плотно закрывая шторы. До заката ее лучше не беспокоить. Тем более не придется придумывать новых оправданий своего отсутствия и втягивать в это постороннего человека.
– Ну, что, ты больше не бежишь, сломя голову? – усмехнулся блондин. – Экскурсия только через три часа. Предлагаю пару часов еще поспать.
Весь следующий день Руперт вел себя тише, чем когда-либо. Вполуха слушал монотонные речи гида, отстраненно пялился в окно туристического автобуса, без интереса смотрел на музейные экспонаты, замки. Биг-Бен и Тауэрский мост проплыли в его сознании где-то рядом. Пару раз он пытался дозвониться до Джимма. Но того, видимо, все же достала мама Саманты и придушила «невыносимого балбеса». Или они все-таки начали свою кампанию по умелому заметыванию следов. Руперт искренне надеялся, что вампирские приспешники не смогли добраться до Сэм, которая в мире бессмертных ценилась даже слишком высоко. Парень переживал и понимал, что больше ему никогда не вернуться в Нуоргам. Не побродить по тихим улочкам, не насладиться полярным сиянием в полной природной темноте. На самом деле, он не был уверен, что стоит продолжать учиться и жить в Финляндии. Ему хотелось обратно, в Америку. Потому как родных в холодной стране у него больше нет. Да, черт подери, Руп хотел повидаться с матерью, возможно, наконец-то, вдарить Натану по морде. Показать, что он вырос и не желал больше мириться с обычным течением жизни.