Страница 158 из 259
— Таша, милая… Таша, это я, Шани. Ты меня узнаешь?
Прильнув к груди Шани, ведьма пролепетала что-то жалобное и умолкла, вероятно потеряв сознание. Да кто же она, терялся в догадках Вальчик. Родня Торну? Во-первых, откуда у него родня, у байстрюка, а во-вторых, да хоть бы и так — какая разница? Ведьмачье семя, раздавить и выбросить обоих. Или Торн снова в фаворе у государя — тот даже плаща со своего плеча под еретичку не пожалел.
— Таша, девочка…, - приговаривал Шани, гладя девчонку по волосам. — Государь, это моя племянница Таша Балай. Осиротела в прошлом году…
— Что? — воскликнул Вальчик, понимая, что давно пора брать дело в свои руки, чтобы не оказаться там, откуда только что сняли ведьму. — Откуда у тебя племянницы, байстрюк? Или кого попользовал, та и племянница? Государь, не слушайте его!
Луш внимательно посмотрел сперва на Шани, потом на Вальчика, и его взгляд не сулил ничего хорошего. Подбодренный этим взглядом Торн сурово произнес:
— Что касается моей родословной, то семейство Торнов известно в Аальхарне еще со времен Первого Государя. Таша — дочь моей единственной сестры Ирри Торн, в замужестве Балай. А ты — упырь и грязный извращенец, и ответишь за то, что ее покалечил. Государь, я все сказал.
— Идите, господин Торн, — произнес государь, и Шани вместе с девчонкой и двумя охранцами вышел из допросной, задрав нос с видом оскорбленной добродетели. Вальчик запрокинул голову, чтобы остановилась кровь и гнусаво произнес:
— Сир, неужели вы верите во все эти еретические измышления? — разбери Гремучая Бездна этого Торна, похоже, нос придется серьезно лечить. — Девку доставили по обвинению в насылании вредоносной порчи на благородных граждан поселка При. И уж простите меня, но все эти разговоры про родственников Торна — вранье и трижды вранье.
— И об этом поговорим, — заверил его государь. — Но в основном о том, что ты подверг не предусмотренным Положением о наказаниях пыткам благородную гражданку Аальхарна, будучи осведомленным о ее невиновности.
И Вальчик понял, что лично для него все кончено.
Через сутки Крунч Вальчик был освобожден от занимаемой должности и заключен в тюрьму. До открытого суда он не дожил — постарался, кстати, Таракан, вовремя переметнувшийся на сторону победителей в игре против своего хозяина.
Шани Торн вернулся на прежнее место службы в прежнем чине. Столица вздохнула с облегчением.