Страница 152 из 259
— От баб все зло, — убежденно заявил заплечных дел мастер. Видно, на душе у него действительно скопилось немало, потому что он остановился посреди дороги и горячо проговорил: — Вот и вы, ваша бдительность… Ну кто эта девка вам была? Подумаешь! Вы и виделись-то всего ничего, не то что там в романах понаписано. От кого там так страдать, как вы маетесь, ну ведь сердце кровью обливается, как на вас взглянешь! А шлюха и есть шлюха, и нашим и вашим, и с вами и с государем, и бог весть с кем еще. Ну что вы убиваетесь по ней, ровно всю жизнь прожили да миловались как голуби.
Шани помолчал, потом вдруг, нахмурившись, посмотрел на трубку в руке.
— Драбжу в «Луне» забыл, — с усталой растерянностью произнес он. — Ладно, завтра заберу… Ну что, други, вот и мой дом. Всем приятного вечера, с праздником и до свидания.
— Ваша бдительность… — упавшим голосом проговорил Коваш. На Шани сейчас было жутко смотреть — казалось, его вот-вот разорвет внутренним напряжением. Андрей предусмотрительно взял его за предплечье.
— Ничего ты не понимаешь, — сказал Шани. — Ты думаешь, я по Дине убиваюсь? Да я и не вспоминаю о ней больше. Просто на самом деле я умер. И мертвый хожу среди людей, пью, ем, снимаю шлюх и порчу благородных барышень, разговариваю с тобой, огребаю в рожу — но я мертв. И создаю видимость жизни только радо того, чтобы отсрочить гниение.
Коваш охнул и поспешно обвел лицо кругом.
— Вот и все, — сказал Шани и взялся за ручку двери. — На самом деле все элементарно. До свидания, друзья мои, всего вам доброго.
Андрей подумал, что сейчас бывший шеф-инквизитор зайдет в пустой тихий дом — слуги наверняка разошлись праздновать — поднимется по застеленной дорогим пушистым ковром лестнице на второй этаж, разведет огонь в камине и сядет в кресло. Компанию ему составит бутылка дорогого вина. А когда огонь погаснет, то Шани вынет из внутреннего кармана своего гражданского камзола маленький пузырек с фумтом и, поднеся к губам, осушит до капли. Страшная смерть сравняет счет, приведя внешнюю оболочку к внутреннему знаменателю.
— Шани, — позвал Андрей. — А пойдем ко мне в гости? Несса с утра грозилась каких-то особенных пряников напечь.
— Несса… — повторил Шани задумчиво, словно с трудом припоминал, кто это. — Как она, кстати?
— Хорошо. Хозяйство ведет, читает понемногу.
Шани усмехнулся, но ладони с ручки двери не убрал.
— Смотри, чтобы не стала записной кокеткой, — посоветовал он. — С деревенскими это часто случается.
— Так что, пойдем?
Шани пожал плечами.
— Не знаю. Спать хочу после твоего укола.
Разумеется, спать он вовсе не хотел — Андрей знал принцип действия медикамента, снимающего опьянение.
— Я не хочу тебя оставлять тут одного, — честно признался Андрей.
— Да брось, — отмахнулся Шани. — Ничего плохого со мной уже не случится.
Он и предположить не мог, насколько ошибается. В это время из комнаты на втором этаже в расселенном доме напротив на него смотрел Таракан, личный помощник нового шеф-инквизитора, и смотрел через арбалетный прицел. И ведь какое интересное дело: вот человек стоит себе, спокойно разговаривает со своими друзьями и знать не знает, что он уже в какой-то степени на том свете в добрых руках Заступника. А не болтай на людях чего ни попадя! Один раз Торна предупредили по-хорошему (Таракан был в числе предупреждавших и собственноручно несколько раз ударил по почкам) — так не внял. Что ж поделать — сам виноват. Таракан сощурился: теперь в перекрестье прицела было лицо Торна. Стрелок улыбнулся, представив, как через мгновение арбалетный болт расцветет в левом глазу жертвы, но выстрелить не успел — на лестнице послышались знакомые шаги.
Таракан опустил арбалет и обернулся. На пороге обнаружился человек из персональной охраны государя с красноречивым прозвищем Чистильщик, с которым арбалетчик несколько раз проводил совместные дела особой секретности. Он прошел через комнату, стараясь не наступать на мусор, оставшийся от прежних хозяев, и присел на корточки рядом с Тараканом.
— Не надо, — твердо произнес он. — У меня личный приказ государя.
Таракан вопросительно изогнул бровь. Отложил арбалет.
— Ну тогда ты вовремя успел, — сказал он Чистильщику. — Прямо как в книжках.
— Я его весь день веду, потому и успел, — промолвил Чистильщик. — Государь приказал всеми силами обеспечить сохранность жизни господина Торна.
Таракан усмехнулся и посмотрел в окно. Заступник Андрей вместе с ублюдком Ковашем (пару лет назад заплечных дел мастер выбил Таракану пару зубов в кабацкой драке) неторопливо побрели по улице в сторону каналов (именно туда Таракан сбрасывал тела девчонок, не переживших своеобразных забав его хозяина), а Торн открыл дверь и вошел в дом. Таракан ощутил легкое дуновение разочарования.
— У государя особые планы? — поинтересовался он. Чистильщик кивнул.
— Я не в курсе деталей, но в ближайшее время в столице что-то закрутится. Есть вероятность, что Торна восстановят на прежнем месте.
Таракан не удержал изумленного возгласа.
— Да он же еретик! Спасибо Андрею, что не сожгли.
— А твой хозяин извращенец, — веско парировал Чистильщик. — А святой Ноах был алкашом. Ну и что?
Действительно, ну и что? Таракан ничего не ответил и принялся упаковывать арбалет. Чистильщик внимательно следил за всеми его манипуляциями и наконец поинтересовался:
— Почему именно арбалет?
— Почему бы и нет? — вопросом на вопрос ответил Таракан. — Хорошая машинка, мне нравится. И действует наверняка, даже если он кольчугу носит.