Структура

Из коридора послышался стук в дверь.

– Гордеев булочки принес, - сообщил я Дайге, и она побежала открывать. Дима расстарался – пока он выкладывал на стол выпечку, я аж слюну сглотнул. – Где ты достал такое великолепие?

– Места знать надо, - усмехнулся он.

Дайга налила всем кофе, уселась на стул, некоторое время не решаясь протянуть руку к пахнущей сдобе. Наконец, взяла и прикрыла глаза от удовольствия, вонзив зубки в мягкий бок круассона. Несколько минут мы молча уничтожали булочки. Потом я откинулся на спинку кресла, посмотрев на Дайгу.

– И что дальше?

– А дальше, где-то в сентябре в институт приехали «Латвияс ванаги». Все тут обыскали, долго говорили с директором, потом со мной – все спрашивали, чем лаборатория занималась. Директор с ними как-то договорился, они взяли нас под охрану и даже денег дали – мы теперь экспертизы для них делаем и заключения готовим… А мне вот что дали, чтоб не приставал никто, - девушка поднялась, подошла к шкафу и вытащила из кармана пальто небольшую железную пластинку с цепочкой. Я взял жетон из ее рук и внимательно рассмотрел. На пластине был выбит логотип «ванагов» и надпись на трех языках: «Этот человек находится под нашим покровительством и защитой». Ниже шли цифры телефонного номера и наклейка с персональным кодом. Я передал жетон Гордееву. Тот внимательно рассмотрел его и, спустя минуту, вернул владелице.

– Красиво!

– У Закиса голова варит, - усмехнулся я. – Пока мы создаем закрытые территории, он печатает жетоны.

– Ничего, еще не поздно перенять опыт, - поморщился Дима.

– Вот-вот, сядьте с директором по кадрам и придумайте систему, - отдал я начальственное распоряжение и повернулся к Дайге, которая все такими же блестящими глазами смотрела на меня. – Поедешь с нами? Там будет безопасное жилье, и работу для тебя найдем. Ну и женихи у нас тоже есть, - то ли в шутку, то ли всерьез добавил я, чтобы расставить все точки над «ё».

Девушка встрепенулась и быстро-быстро закивала, а на некрасивом лице появилось то самое выражение, когда вдруг сбывается какое-то очень ожидаемое, но слишком маловероятное событие.

– Я поеду, конечно, поеду!

– Ну тогда собирайся, а мы тебя внизу подождем, - поднялся я из-за стола, беря в руки рисунок, который Дашка успела нарисовать за время нашего разговора. – А что, здорово получилось! Пойдем…

– Мало тебе женщин в твоей жизни? – Поинтересовался Гордеев, когда мы, в окружении охраны спускались по лестнице.

– Мы в ответе за тех, кого не убили, - хмыкнул я в ответ, подходя к вертушке. Артем, приподняв автомат, первым перебрался на ту сторону, за ним двинулась Даша. – Кстати, Дим, все забываю тебя спросить… Тут моя бывшая куда-то ночами пропадает, ты узнай, что к чему?

– Ревнуешь что-ли? – Хмыкнул он, пролезая через вертушку.

– Неа, - я покачал головой. – Просто Дашка ночами одна остается, а это мне не нравится.

– Ох, если б это была самая большая проблема, - усмехнулся Гордеев, легонька хлопая по плечу вдруг застывшего Артема. – Давай, охрана, работай, чего встал?

– Линарт, Дайга со мной уезжает, - сообщил я вахтеру, передавая мою визитку. – Передай директору, там мой новый телефон, пусть позвонит мне, я денег и работу подкину.

– Обязательно, - с достоинством кивнул старик, а мы вышли на свежий октябрьский воздух.

Глава тридцать пятая. Предательство.

– Итак, я вас слушаю, господа ученые, - я удобнее уселся на кресле и взял в руки остро отточенный карандаш. Кроме меня в конференц-зале присутствовал Гордеев и главные действующие лица – Сотников, Каулиньш и Каверин.

Константин Андреевич встал и откашлялся. В костюме он смотрелся солидно, я даже на короткое время вновь почувствовал себя участником научной конференции. До того момента, пока на большом экране не появился логотип «Структуры» - щит с красной четырехлучевой звездой и с встроенным внутрь схематичным изображением атома.

– Уважаемые коллеги, - солидно начал он. – Тщательно изучив ситуацию, а именно возможности синезатора и обстановку, мы с господами Сотниковым и Каулиньшом пришли к выводу, что моральные аспекты, о которых я высказывался ранее, малоприменимы к существующему положению. Проще говоря, перед тем, как высказать наши предложения по проекту, я хотел бы принести извинения вам, господин Мечников, за высказанные в запале эпитеты.

– Пустое, - махнул рукой я, делая зарубку в памяти. Господин Каверин, оказывается, достаточно гибкий человек, умеющий признавать свои ошибки. Как, впрочем, и ляпнуть не думая. Однако, это распространенный недостаток. – Давайте сразу к делу.

– Хорошо, - Костя щелкнул мышкой, и на экране появилась схема из нескольких квадратиков. – Тем не менее, перед тем, как начать разговор по существу, я хотел бы отметить, что при планировании экспериментов с человеческим материалом мы должны придерживаться максимально гуманных методов, - докладчик еще раз кашлянул и, поправив галстук, продолжил. – Прототип клона, добровольно согласившийся на эксперимент, не будет знать о сути всей работы и о самом факте клонирования. Сам клон, после всестороннего изучения, получит полноценную личность в социальном плане, то есть новое имя, документы, социальный статус, а также ему будут созданы все необходимые условия для жизни, соответствующие тем, которые имеют все сотрудники «Структуры», - Каверин немного помолчал, видимо собираясь произнести что-то ему неприятное. – Если же изменения мозга будут критичными для самого клона или для социальной среды, то он будет… ликвидирован максимально безболезненным и гуманным образом. При этом решение о такой… ликвидации должно приниматься единогласным голосованием всех присутствующих здесь участников проекта.