Структура

Глава двадцатая. История Гордеева.

Внутри здания раздались выстрелы. Сначала одиночные, а затем послышались несколько коротких очередей. Где-то на третьем этаже посыпались стекла, и камера сразу сместилась влево, показывая разбившееся окно. Внезапно в окне появился силуэт человека, послышались еще два выстрела, человек вдруг неестественно повернулся и полетел из окна. Летел молча, спустя секунду послышался удар тела об асфальт.

– Ни х… себе, - произнес мужской голос за кадром.

– Слава, пошли отсюда, - заныл испуганный женский и изображение дернулось, будто кто-то потянул оператора за руку.

– Подожди ты, я щас это на ютуб выложу, знаешь сколько просмотров соберем… Итак, уважаемые зрители, - продолжил он, вновь переведя камеру на вход здания, где стояло восемь знакомых мне темно-синих микроавтобусов. Рядом заняли позиции несколько человек в черной форме с пистолетами-пулеметами в руках. – Вы сейчас наблюдаете, как группа вооруженных людей в черной форме захватывают здание рижского ВИДа14. Только что оттуда выскочило несколько женщин, вероятно посетителей или сотрудников налоговой службы. Внутри стреляют… - будто в подтверждение его слов в здании раздались длинные очереди. – Только что какой-то мужик выпал из окна…

– Знакомые ребята? – Спросил Гордеев, глядя в экран ноута.

– Автобусы и снаряга та же, - кивнул я, не отрываясь от экрана.

– Слава, ну пожалуйста, я боюсь, - заплакала девушка за кадром. – Пошли отсюда!

– Да подожди, - камера снова дернулась, показала все здание и вернулась ко входу. В этот момент из дверей потянулась вереница гражданских, спешно покидающих учреждение. Черные возле входа им не мешали, лишь провожали бегущих стволами автоматов. Вдруг где-то внутри раздался сильный взрыв, оператор аж присел, а девушка громко вскрикнула. Камера дернулась и быстро навелась на фасад, с которого вниз летели осколки стекол. – Ни х… себе, там внутри что-то ох..но взорвалось, - продолжил комментировать оператор. – Почти все стекла выбило… Ого, пожар!

Картинка сместилась вправо, и мы увидели, как внутри одной из комнат стал разгораться огонь. Языки пламени очень быстро увеличились и спустя несколько минут уже вырывались в окно.

– Подожгли специально, - уверенно сказал Гордеев. – Бензинчиком полили или чем-то таким, иначе так быстро не занялось бы…

Спустя несколько минут огонь показался еще в некоторых окнах.

– Ну все, звиздец налоговой, - сообщил нам оператор, показывая пожар. Потом вдруг, перевел камеру на вход. Из здания выбегали «черные» и занимали места в автобусах. Чуть поодаль виднелась кучка работников учреждения, которые с опаской наблюдали за происходящим, прячась за машинами. Они не могли уехать, микроавтобусы террористов перекрывали выезд со стоянки. Едва «черные» оказались внутри, микроавтобусы резко тронулись с места, и, выехав со стоянки, двинулись к перекрестку. Шесть из них свернуло направо, к Межапарку, а остальные тормознули и почему-то остались стоять. – Все уехали, лишь эти задержались, - прокомментировал очевидное оператор.

– Ну все, Слава, кончилось ведь, пошли, - заныла девушка.

– Подожди, посмотрим, как горит, - с некоторым удовлетворением проговорил снимающий.

Несколько минут мы наблюдали, как огонь внутри разгорается, видимо, захватывая помещение за помещением. Вдруг, где-то вдалеке, раздался вой сирены.

– О, пожарные едут, - сообщил нам закадровый голос, переведя объектив камеры на дорогу.

Там, не перекрестке по-прежнему стояли два микроавтобуса. Внезапно, их двери открылись и на дорогу снова посыпались «черные». Едва показалась первая пожарная машина, как боевики открыли огонь длинными очередями в ее сторону. – Они стреляют, стреляют по пожарным! – Заорал оператор.

– Слава, все пошли, я больше не могу, - закричала девушка.

– Вот суки, - прокомментировал я.

– Они просто их не пускают, - ответил Дима. – Бьют не прицельно, а чтоб напугать. Но я с тобой согласен, уроды конченные!

Пожарная машина остановилась. Оператор пытался показать, что там происходит, но ему мешал куст, за которым было плохо видно. Через мгновение видео оборвалось.

Я развернулся к Гордееву.

– Что скажешь?

– Продолжается демонтаж государства, - покачал головой он. – Заметь, это не теракт. Это целенаправленная операция по уничтожению налоговой службы. Они и пожарным не дали подъехать, чтобы там внутри все сгорело. Базу данных уничтожали, это очевидно.

– Какой-то сюр, нет? – Я растер лицо левой рукой. Не выспался сегодня, Дима постучал в нашу с Ликой комнату и поднял меня в девять утра, сообщив, что он уезжает менять золото, оставляя меня командовать. С собой он взял двоих бойцов, четверо оставались на позициях, еще двое отдыхали после ночного дежурства. Спустя час вернулся обратно, привезя с собой целую сумку денег, которую мы упаковали в огромный сейф, стоящий у меня в кабинете. За время его отсутствия я успел разбудить Данилу, озадачить его составлением плана дальнейших исследований и переговорить с Виктором Ивановичем, который принес мне список необходимых людям вещей на шести страницах. И это без продуктов питания.

– Да, непонятные вещи творятся, - согласился он со мной, просматривая список выложенных в интернет видеороликов. Подобных тому, что мы только что посмотрели, хватало: «Разгром полицейского участка», «последствия взрыва в мэрии», «захват Сейма»…