Структура

– Два, - сообщил я.

– Сто десять на пятьдесят, - сказал плотный, после того, как что-то сжало мне левую руку – Сильная кровопотеря, судя по всему пуля задела плечевую кость и вышла наружу. Трещина как минимум…

– Какая группа крови, боец? – Спросил у меня высокий, вкалывая мне иглу в левую руку.

– Ноль плюс, - сообщил я, поморщившись, - плотный что-то делал с правой рукой.

– Идеальный донор, - чему-то обрадовался высокий. – Саша, кубик тримеперидина дай ему.

– Уже, - сообщил плотный Саша, что-то вкалывая мне в ногу.

– Щас полегчает, - пообещал длинный, а я вдруг почувствовал, как чья-то дрожащая прохладная ладошка легла мне на лоб. – Девочке дай дексавена полкубика, ее трясет всю.

В машину забрался Дима. Усевшись на специальное кресло возле двери, он закрыл за собой створки. Машина медленно тронулась с места

– Как пациент? – спросил он, глянув на высокого.

– Жить будет, - жизнерадостно улыбнулся тот, устанавливая капельницу. – Но, пожалуй, нужна операция, тут кое-что подлатать надо и рентген обязательно.

– Тогда в больничку, - велел Дима водителю и посмотрел на меня. – Петь, тебя отвезем в небольшую частную клинику в Юрмале, возражений нет?

– Надолго? – Прохрипел я. Как-то полегчало. Плечо перестало болеть, куда-то ушла тошнота. Только пить хотелось.

– Сегодня подлатают, а завтра, если врачи разрешат, перевезем в «Цитадель». У нас тут, похоже, война начинается…

– Что за война? – Спросил я, сглатывая слюну. – Ребята, дайте попить.

Кто-то сунул мне в рот трубку, и я втянул в себя холодную и чуть солоноватую жидкость.

– Странные вещи творятся, - между тем говорил Гордеев. – В Риге несколько терактов – взорваны правительственные здания, массовые нападения вооруженных людей на объекты военной инфраструктуры и полиции. По некоторым данным погибли премьер, президент и спикер Сейма. Говорят, что тяжело ранен Нахимов.

– Нихрена себе. А кто все это делает? – Пробормотал я, чувствуя, как мысли расплываются.

– Непонятно пока ничего…

– Дима, нам нужен лазер, - собрав остатки соображалки, пробормотал я. – Надо добыть его, сегодня, как планировали.

– Добудем, если надо, - кивнул Гордеев, лицо которого стало расплываться.

– Если лазер заберем, послезавтра можно будет закончить монтаж… А дальше… - Я почувствовал, что теряю мысль.

– Я все понял, отдыхай, - кивнул «специалист по безопасности», похлопав меня по ноге. – Будет тебе лазер…

Дальше наступил кайф. Я почти ничего не понимал, но было хорошо. Вокруг что-то происходило, кто-то что-то говорил, потом меня куда-то везли, но это я уже плохо помню. В какой-то момент я увидел перед собой большие Ликины глаза и растворился в них.

Пробуждение не сказать, что было приятным. Очень хотелось в туалет и одновременно пить. Голова была тяжелой, ныло плечо. Рядом что-то довольно противно пикало. Собравшись с силами, я, наконец, открыл глаза.

Белый потолок, освещенный красноватым светом уличных фонарей, кровать, маленькая комната, какое-то медицинское оборудование, от которого, собственно и шел этот мерзкий звук. В левую руку была воткнута игла, от нее к высокому штативу тянулась прозрачная трубочка. И что-то в меня капало. Правая рука от локтя до ключицы была закована в гипс. Приподняв голову, я оглядел окружающее пространство. Возле окна стояла небольшая кушетка, на которой, свернувшись калачиком, спала Лика.

За окном было темно. На улице слышались какие-то голоса, хлопали двери. Заметив на стене выключатель с надписью «вызов медперсонала», я протянул к нему левую руку и надавил. Где-то за дверями раздался звонок и через минуту в палату заглянул парень в форме и с автоматом – один из тех, кто забирал нас от памятника. Кажется, его звали Сергей. Убедившись, что никто не покушается на мою жизнь, он посторонился, пропуская внутрь уставшую девушку в светло голубом халате, которая, войдя в палату, включила свет.

– Доброй ночи, - негромко поздоровалась она по-русски без акцента, подходя ко мне. – Проснулись? Как себя чувствуете?

– Бывало лучше, - прохрипел я. – Сестричка, очень хочется пить и писать…

– С чего начнем? – улыбнулась она, поправляя мне подушку.

– С последнего, - хмыкнул я, кинув взгляд на спящую Лику.

Ловко проделав процедуру, девушка выкинула в мусорник резиновые перчатки и, подойдя к кулеру, налила полстакана воды.

– Спасибо, - поблагодарил я ее за все, с наслаждением глотая воду. – А что вообще в мире делается? И где я?

– Вы в частной клинике «Асари», - сообщила мне она, что-то регулируя в капельнице. – Несколько часов назад вам делали операцию на руке. Подробности доктор расскажет, утром. Извините, мне надо бежать…

– А число какое сегодня? – поинтересовался я.

– Уже десятое, - девушка кинула взгляд на запястье. – Постарайтесь заснуть, сейчас три ночи.

– Хорошо, - не стал я с ней спорить. – А можно мне мой телефон?

Она покачала головой.

– Не желательно, но если вы настаиваете…

– Угу, именно, - подтвердил я.

Сестра подошла к небольшому шкафу и, открыв дверцы, некоторое время там покопалась. Потом вернулась ко мне и передала смартофон.

– Здесь есть вай фай, - напоследок сказала она. – Сеть «Асари» и пароль такой же. Если что, звоните.