Страница 86 из 106
И Кэм ушел.
Ни разу не обернувшись назад.
Поэтому он не видел, как я опустилась на траву, зажимая себе рот, чтобы не закричать.
Чтобы не попросить его вернуться.
– Алекс, почему ты вернулась одна? Где этот мальчик? Я уже накрыла ему место!
Когда я вернулась в дом и пошла на кухню, чтобы набрать воды в вазу и поставить туда цветы парня, мне повезло, что отец в это время отошел в кабинет, чтобы ответить на рабочий звонок. Поэтому с расспросами ко мне пристала только Хелен.
– Он ушел.
Я выключила воду и поставила розы в вазу.
– Алекс, ты в порядке? – Хелен развернула меня к себе.
– Конечно, я в порядке.
Опять, вранье.
Я чувствовала, как погружаюсь в это вранье с каждым днем все сильнее и сильнее.
Обойдя Хелен и прихватив вазу с собой, уже на выходе из комнаты я услышала ее тихий голос.
– Белые розы означают чистую и искреннюю любовь, Алекс. Так, для справки.
За последние два дня я полностью погрузилась в себя. Я каждый день спасалась успокоительным, чтобы заснуть. Не отвечала на звонки Нейта и Дэйва. Игнорировала приходы Брук. Я не разговаривала с родными. Не выходила из комнаты без необходимости. Я больше не улыбалась.
На геометрии я села, как и раньше, с Итоном. Хлои в этот день не было, чему я, конечно, обрадовалась. Не придется терпеть ее переживающие взгляды.
Я больше не отвечала на уроках и, вообще, прекратила заниматься, поэтому не удивительно, что на геометрии я получила «C», в то время как Итон получил «В». Мисс Влади пыталась выяснить причину моего фиаско, но я даже не дослушала ее обеспокоенную речь и просто вышла из кабинета.
Лиам пока молчал, только изредка появлялся у меня на пути, чтобы передать очередную паршивую новость от Блэйка. Сам Блэйк пару раз выцепил меня в городе. Один раз он прилично огрел меня пощечиной, за то, что я заставила его ждать. Ублюдок.
На обеденном перерыве Итон посадил меня за свой столик, поняв, что я сейчас «неприкаянная». Он не стал меня спрашивать о причине ссоры с друзьями, а любезно пригласил к себе. Хлоя так и не появилась, а за «моим прежним» столом сидели только хмурые Брук и Нейт.
Опять ничего не поев, я пошла на физкультуру, которую больше нельзя было пропускать. Захожу в раздевалку, когда все девушки уже вышли, поэтому переодеваться я начала в одиночестве. Но внезапно почувствовав головокружение, отбрасываю пакет с формой обратно в шкафчик, и пытаюсь восстановить равновесие.
Что за хрень?
Я слышала, что кто–то зашел в раздевалку, но почти сразу же я почувствовала, как мои ноги становятся ватными, а голова свинцовой. Меня кто–то оторвал от шкафчика, и я смутно различила обеспокоенное лицо Брук. Она держала меня за плечи, я же опускалась на пол.
Лечь. Мне нужно было лечь.
И сразу после этого я почувствовала лишь одно.
Я почувствовала, как проваливаюсь в темноту.
Какой– то ужасный запах ударил мне прямо в нос. Я заморгала.
Открываю глаза, чтобы лицезреть над собой белоснежный потолок. Пробую сесть, но меня сразу же возвращают в лежачее положение, а надо мной возникают бледные лица Нейта и Брук.
«Замечательно».
– Ты упала в обморок, деточка. – Надо мной склонилась медсестра. – Раз ты пришла в себя, мы будем выяснять причины. Пока твои спасатели постоят в коридоре.
Когда ребята вышли, мне стали мерить давление, которое оказалось очень низким, проверять зрачки и реакцию, и так как никто ничего не знал про мои нервы, причину вывели самую банальную.
Отказ от еды.
Когда меня спросили, как часто я кушаю, я непроизвольно задумалась. За последние пять дней я помню только, как обедала в столовой каким–то салатом. Дома это в основном были йогурты и молоко.
Видимо, на нервной почве я сама не заметила, как перестала нормально питаться.
Врач же выписала мне кучу каких– то рекомендаций и дала освобождение на пару дней. Она вышла со мной в коридор и обратилась к ребятам с просьбой отвести меня домой. Нейт сразу согласился, Брук же побежала в спортзал, видимо, за моими вещами. Вдвоем они помогли мне дойти до стоянки.
Все мы молчали.
Брук осталась в школе, так как освобождение выписали только Нейту. Сам парень не трогал меня, только искоса посматривал.
Я не смогла самостоятельно выйти из машины, и если бы не реакция Нейта, я бы уже поцеловала асфальт. Парень помог зайти в дом и уложил на диван.
Все, что мне удалось выдавить из себя, это «Спасибо». Нейт лишь покачал головой и ушел, когда я его попросила.