Дыхание осени

Ребенок усиленно кивает, мол, да, никто детей до утра на кухнях не держит, вдали от компьютеров, айфонов и телевизоров, и ужом проскальзывает на волю. Я запираю дверь и оборачиваюсь к мужу. По блеску в темных глазах и прищуру догадываюсь, как много он хочет мне сказать, но мне не до разговоров.

- Я соскучилась, - делаю шаг в клетку к зверю, обнимаю его за пшеничную гриву. - Очень.

А дальше не до объяснений становится и ему, потому что я жарко целую его губы и не позволяю отстраниться даже на секунду. Мои руки зарываются под рубашку и брюки, а потом на освобожденные от одежды участки тела набрасывается мой жадный язык. Новый для меня опыт, удовольствие полностью для партнера, но дрожу почему-то я, и желание пронзает меня, и вскрик Яра делю с ним своим приглушенным стоном...

Он поднимает меня с колен, гладит по голове.

- Так что это за страшная тайна? - спрашивает, восстанавливая дыхание.

- Ты же не думаешь, что я...

- Нет, - гладит утешительно по спине, - я не думаю, что ты сделала мне очень приятно и незабываемо ради вашего маленького секрета. Я просто падок на тайны.

- Ох, - выдыхаю невесело и признаюсь: - Яр, тебе очень скоро предстоит познакомиться с моими родственниками.

Замерев на секунду, его руки возобновляют рисование у меня по спине.

- Сразу со всеми?

- Нет, - успокаиваю, - только с некоторыми.

- А по правде?

Мои словечки в его устах вызывают улыбку, и я успокаиваюсь сама.

- А по правде, Егор пригласил тяжелую артиллерию: маму, папу и бабушку.

- Могло быть хуже?

- Могла быть атомная атака, если бы он зазвал мою крестную. Она бы не уехала раньше, чем переженила всех твоих охранников, не выдала замуж повариху и горничную. Да и соседям-холостякам брачного возраста до ста было бы чего опасаться.

- Да с поварихой проблем нет, она-то согласна, - смеется Яр, - это доктор все присматривается к ее пирожкам. Слушай, а как же ты не оказалась замужем при такой свахе?

- А я ведь первая в семье получала высшее образование, - поясняю, - для замужества рановато было. А потом, сразу по окончании института, сюда уехала. Но можешь себе представить, как крестная расстроилась, узнав, что я вышла замуж, и предполагаемым на меня кандидатам пришлось дать отставку.

- Я оказался прытким, - хвалится Яр.

- Или я? - намекаю, кто с кем познакомился.

- Если бы я не хотел, у тебя бы ничего не вышло. Ты собиралась уйти, если помнишь. Я тебя удержал.

- Да, а я набросилась на тебя прямо у дверей клуба.

- И это видели очень многие, - охотно подхватывает он, видимо, кайфуя от моего смущения. Я-то думала, поспорит для приличия, скажет, что это он все, а я просто поддалась его чарам...

- Не вздыхай, - целует меня в макушку, - они не осуждали тебя.

- Правда?

- Да. Они мне завидовали.

Мы уходим в комнату, и после совместного принятия ванны, лениво лежим в кровати, любуясь, как лунный свет ползет по ковролину. Моя очередь рисовать узоры на теле Яра; расположившись вполне уютно на его грудной клетке, я выбираю вместо холста живот.

- Слушай, - вдруг вспоминаю, - а кто мне чай по утрам приносит?

- Повариха. Я мог бы сам, но пока ты проснешься, он будет совсем остывшим. А записку пишу я, - подмигивает.

- А Лариса тебе звонила сегодня?

- Звонила.

Говорить о моей подруге не хочет, отвечает коротко - да, нет, но этого хватает, чтобы сложить картинку. Зарплату они согласовали, правда, подруга пыталась сумму нагло повысить, но после вопроса, какой у нее опыт в данной сфере, быстро согласилась на все условия.

- А то, говорит, подумала, что еще чуть поторгуемся и ей придется бесплатно на меня работать, - рассказывает Яр. - Сегодня звонила, сказала, что осваивается. Завтра заеду, посмотрю, помогу: в салон все-таки вложены деньги и терять их по дружбе глупо.

Я поцелуями набиваюсь в компанию, и сходимся на том, что когда Яр будет в салоне, меня туда же подвезет Макар.

- Не жалеешь, что уступила работу подруге?

- Нет, это не мое.

- А что твое?

Я надолго замолкаю.

- Уснула?

- Нет, думаю.

- Повторить вопрос утром?

Поднимаю к нему лицо, целую чуть колючий подбородок и пока не завелась, отрываюсь от мужа.

- Знаешь, - говорю, - я не очень люблю говорить об этом... Я сказки пишу.

Яр ждет, а я жду его реакции. Так и молчим, рассматривая друг друга. Наконец он откликается своим фирменным:

- Ну-ну?

А я уже почти все сказала, и как по мне доступным русским языком, но раз нужны пояснения, продолжаю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.