Страница 58 из 99
– Кто она? – шмыгнув носом, смертная остро на него взглянула и, увидев, что мужчина не собирается отвечать на этот вопрос, прищурилась, будто в страшной догадке. – Та рыжая шалава?
– Люси…
– Да?! Вот та стерва, – она повысила голос и резко вскочила на ноги, – у которой на лбу написано: «Даю всем с подряд»? Смеешься? Да как же ты так мог? Почему?! У нас же все было хорошо, разве нет? О, или тебе одной мало?! А чего только с ней тогда, а?! Мелко, для такого, как ты. Сразу пять или шесть. М?! Почему бы нет?! Обожглась один раз, нет, надо было наступать на грабли и второй. Все вы, хреноносцы, одинаковые – лишь бы присунуть куда было, – она всплеснула руками и схватилась за голову. – А я, как последняя шлюха, дала тебе в машине…черт, какая дура!
– Успокойся.
– Чего?! Ты что, думал, я это все проглочу и пойду рыдать в подушку?
– Ультразвук свой убавь, – теперь уже сам этернель поднялся на ноги, грозно нависая, над Люси.
– Не собираюсь, идиот!!
– Заткнись, – прикрикнул на нее Эдду и тут же получил хлесткую пощечину.
Темнокожий маг стерпел еще пару шлепков, а потом надежно перехватил обе руки девушки, прекращая глупое избиение.
– Отпусти! Чтоб тебя…
Саммерс задергалась, пытаясь освободиться и вместе с тем все сильнее начиная реветь. Несколько секунд спустя смертная уже рыдала во все горло и слабо ругалась. По крайней мере, то что, слышал в завываниях вампир, было отдаленно похоже на брань вперемежку с упреками. Во время призывов к богу и вопрошаний к Эду о мотиве его поступка, мужчина отпустил ее, понимая, что она больше не собирается махать руками, раздавая противные пощечины. Люси уткнулась ему в грудь, вяло стуча своим маленьким кулаком.
– Скажи, ну почему? Я же…я же влюбилась в тебя.
Вампир закатил глаза.
– Не неси чушь, Саммерс. Я видел тебя вчера в том отвратительно-золотом «ровере». С каким-то малолетним парнем. Такого макияжа ты для меня никогда не делала, – она застыла. Пары секунд, видимо, было достаточно, чтобы осознать то, что ее и в правду спалили. – Ты соврала, что была дома и готовилась спать.
Девушка отстранилась и заглянула ему в лицо.
– Но Эдду, это был мой брат.
– Зачем соврала?
– Я…я знала, как ты можешь отреагировать и не стала говорить, что катаюсь с ним по городу.
–Ты делала ему минет прямо у меня на глазах, – четко проговорил маг.
– Что?
– Что слышала.
– Ты…ты как такое мог подумать? У меня ключи просто упали, и я…
– Хватит, Люси. Согласись, звучит это все дерьмово. Либо научись, наконец, правильно врать, либо сразу говори, не надо выдумывать.
Девушка в молчании неожиданно отвернулась от вампира, спокойно прошла к выходу за своей курткой. Какой бы отстраненной она не старалась быть, как бы гордо не держала голову, маг, отлично видевший в темноте, заметил, как подрагивают плечи и сколько горькости выходит вместе с ее дыханием.
Эд поджал губы. Надо быть полным идиотом, чтобы поверить в ее россказни, но что если она все говорит правду? В этом мире случается всякое, даже они с Хло умудрились это доказать, до самого рассвета трахаясь, как кролики.
«Я отдохнула. Спасибо», – сами собой всплыли слова, написанные на клочке обоев.
Эдду выругался про себя. Быть честным с самим собой сложно, но полезно. И эти три слова охренеть как задели его.
Он помог надеть Саммерс куртку. Дрожащими пальцами девушка застегнула пуговицы на ней и посмотрела на мага своими пронзительно-чистыми глазами.
– Не думаю, что такой, как Хлоя, ты будешь нужен. Расставь для себя приоритеты, Эд. Иначе, тебе грозит умереть в полном одиночестве.
Вудист сдвинул брови, заметив, как в глазах смертной появилось что-то…зловещее. Будто бы девушка наверняка знала то, о чем говорила.
*****
Кровь лучше всего пускать в ванной, где шансы отмыть ее от поверхности в несколько раз больше, чем в другом помещении. Ну, или всегда можно сделать это в каком-нибудь заброшенном здании. К сожалению, таких немного было рядом, а Эдду срочно требовалось узнать, чего же так испугался вызванный дух.
Он давно перестал морщиться от режущего вены лезвия, привык к тому, что иногда пальцы не успевают заживать от того, что приходится постоянно питать чуждые этому миру сущности.
Густая вампирская кровь медленно текла по руке, запястью и стекала к пальцам, которые с наиострейшей точностью рисовали замысловатые символы на кафеле. Все уже происходило на полном автомате. Даже если бы Эд закрыл глаза, то рисунки остались бы такими же идеальными, словно рисованные по учебнику.