Страница 49 из 77
Ренсинк Татьяна
***
Глядя вслед удаляющемуся с гостями купцу Морозову, Анналис резко выбежала из-за беседки и помчалась к воротам. Стоящая у беседки семья Морозова взволнованно оглядывалась на неё, не понимая происходящего.
-Остановить её! - крикнул садовнику и побежал следом за Анналис старший сын купца: молодой, высокий блондин с короткими, но густыми волнистыми волосами.
Садовник отреагировал на его крик внезапно выставив перед пробегающей грабли. Анналис неизбежно споткнулась о них и пала на землю. Подняться садовник ей уже не позволил. Он схватил ей руки за спину и удерживал, как бы она ни пыталась вырваться.
-Отпусти, идиот! Проклятье! - кричала Анналис уже сквозь слёзы.
Взглянув на приближающихся, она испуганно поднимала взгляд от их обуви к лицам и узнавала Никиту, Андрея и Алексея, взгляд которого пронзал насквозь. Словно разрезая ножом сердце, разрывалась душа Анналис и от страха, и от боли за судьбу, винить в беде которой уже не знала кого.
-Думаю, что,... - взглянув на застывших позади родных да на стоящего подле сына, Морозов замолчал.
-Мы забираем её немедленно, - сказал сразу Никита.
-Это чудесная идея, - кивнул на ворота Алексей, куда все обратили взгляды.
Там, не въезжая на территорию усадьбы, стояла кибитка, а рядом с нею пожилая цыганка.
-Они с нами, - улыбнулся Алексей, и купец Морозов вздохнул:
-Да, сия госпожа мне знакома. Что ж, простите, если что, - выполнил он поклон.
-И вы простите, - кивнул Алексей.
На этом он с друзьями поспешил откланяться. Никита с Андреем подхватили Анналис за предплечья и повели к воротам. Вырываться она уже не стала, опустив голову да зажмурив глаза.
Строго взирая на неё, цыганка с усмешкой кивала. Она ничего не сказала. Только указала рукой на свою закрытую повозку, куда Анналис и усадили. Баро помог связать пленнице руки и ноги верёвкой да взялся за уздцы.
-Что ж, теперь в путь к Петербургу? - вопросила цыганка, глядя то на Алексея, то на его друзей.
-Разумнее будет наверное допросить, а там решать, куда и как? - предложил Островский, с чем все согласились, уже и сами думая именно так. - Только, как вернёмся, я буду вынужден сразу покинуть вас, друзья, но надеюсь, что вы мне всё расскажете при встрече, а я помогу Полевым насчёт выбора для своей дочери жениха.
-Договорились, - пожали друзья ему руку и обменялись взглядами, полными верою на успех в задуманном.
Анналис везли в повозке под присмотром. Алексей с друзьями ехали верхом подле. Он видел, что Анналис не поднимает взгляда, будто находится в мыслях своих, далёких. Может быть и полна она была раскаяния, да ничего не говорила в оправдание, чего Алексей хотел бы услышать. Только терпение помогало ждать того времени, когда прибудут к месту.
По пути друзья с цыганами договорились отправиться сразу в табор, где бы и устроили допрос Анналис. Табор тем временем уже вернулся в деревню. Всё шло вновь своим чередом, да в те дни в табор стали наведываться и две молодые дамы: то одна, то другая, а то и вместе.
Только когда Алексей со всеми спутниками и повозкой, в которой так и сидела ни на что не реагирующая Анналис, приблизились к деревне, к ним стали подходить некоторые из цыган. Они говорили что-то на своём языке, и тётушка Маргариты, оставив в повозке Анналис, вышла.
Недолго она беседовала с ними, а, узнав причину волнения, взглянула с улыбкой на Никиту и Андрея:
-Хорошо, что мы ехали быстро! Жёнушки-то ваши волнуются! Что ж вы, не предупредили разве, куда делись?
-Как это? - удивился Никита. - Предупреждали...
Ничего больше говорить никто не стал. С удивлением смотрел с друзьями Алексей, как из-за одной из палаток вышли несмело две молодые дамы.
В этот прохладный осенний день они выглядели уставшими, замёрзшими. Они кутались в шали и несмело смотрели в ответ. Супруги тут же увели их в разные стороны, беседовали о чём-то, что-то объясняя да обнимая, словно успокаивая...
-Ревнивые дамочки, - смеялась возле Алексея тётушка Маргариты.
-Вам смешно?! - возмутился он.