Страница 42 из 168
- А где он сам?
- Не имеем представления. Он выехал раньше нас. – Орлик понял, что человек перед ним, что-то знает про настоящего химейского приказчика, и невольно проверил рукоятку пистолета.
- Этот толстый упырь денег мне должен. Обещал приехать и рассчитаться. У вас собой есть деньги? – Мужчина упер пьяный взгляд в Орлика, а затем и Себастиена.
- По паре сольдо может и найдется. – Соврал Орлик.
- По паре! – Хмыкнул мужчина. – Он мне должен пару сотен. А это хорошо, что вы мне попались. Будете у меня заложниками, пока он денег не отдаст.
- Вряд ли он станет выкупать нас.
- Тем хуже для вас. Иван! – Крикнул мужчина.
Полог отодвинулся и вошел один из часовых.
- Иван, отведи этих двоих в расположение лесного патруля, скажи Мартинесу, чтобы не жалел их. Если выживете… - Мужчина обратился к Орлику и Себастиену. – Передайте Гонсалесу, что к нему скоро приедет проверка, и тогда двумя сотнями сольдо он не откупится.
Себастиен с удовольствием вдохнул чистого воздуха, когда вышел из шатра. Несмотря на запугивания, юноша был спокоен. Он верил, что Орлик знал, что делал.
Возле палаток лесного патруля шла тренировка на деревянных саблях. Одноглазый боец ловко орудовал один против троих нападавших. Он смог одного обезоружить, выбив саблю из рук, а остальных заколоть, условным ударом.
- Дон Мартинес, дон Карлос просил передать этих двух в ваше распоряжение. У него счеты с их приказчиком и просил не щадить. – Доложил часовой Иван.
- Понятно, свободен. – Произнес Мартинес, утирая со лба пот. – Добро пожаловать в лесной патруль. Только наше подразделение регулярно нуждается в пополнении, взамен умерших неестественной смертью. Где ваше оружие?
- Потеряли. – Снова соврал Орлик.
- Молодцы! С таким пополнением не страшно и в бой идти. Чтобы получить оружие, докажите мне, что умеете им пользоваться. – Мартинес обернулся к недавно поверженным противникам. – Дайте нам сабли.
Орлик и Себастиен взяли в руки по деревянной сабле. Юноша совершенно не представлял, как правильно пользоваться ею. Он решил, что будет просто махать во все стороны, авось и зацепит Мартинеса.
Самоуверенный командир лесного патруля встал посередине, повернувшись к Себастиену спиной, а Орлику лицом. Он крутанул саблю и стал в стойку. Из его позиции можно было только атаковать, чтобы не получить удар в спину. Мартинес ринулся навстречу Орлику. Он попытался проткнуть того прямым ударом, но то что случилось в следующее мгновение совершенно не входило в его план боя. Орлик отбил удар, умудрился зажать руку с саблей и выбить оружие из рук, и почти одновременно с этим ударить локтем в лицо Мартинеса. Командир упал к ногам Себастиена, и тому ничего не оставалось, как ткнуть в беднягу саблей.
Зрители замерли. Еще никому не удавалось победить Мартинеса, повернутого на фехтовании саблей. Орлик оценил реакцию Себастиена, почти синхронно ткнувшего саблей в противника.
- Хорошо принял передачу, Себ. В паре сработаемся. – Шепнул Орлик на ухо.
Мартинес поднялся на ноги, держась за разбитый нос. Орлик подошел к нему и протянул платок. Мартинес оттолкнул руку Орлика в сторону.
- Не надо, сам справлюсь. – Командир патруля нырнул в палатку. – Выдайте им по сабле. – Крикнул он оттуда.
- Готовьтесь мужики, сегодня вас обязательно отправят в лес. – Сказал кто-то из толпы.
На второй день после визита к дуче Анхель понял, что за ним следят. Вначале он заметил человека смотревшего на него чересчур пристально. Когда Анхель попытался рассмотреть человека в ответ, тот поспешно отвернулся и сделал вид, что интересуется другим. В первый раз он принял следившего за ним человека за карманника. Но в следующий раз, когда он в сумерках возвращался домой, за ним снова установилась слежка. Наверняка те, кто дали приказ следить за Анхелем пытались выяснить, где он остановился. Рослый мужчина, прикрывая лицо шляпой с большими полями, неотступно следовал за Анхелем на расстоянии пятидесяти метров. Тому ничего не оставалось, как уйти по узким улочкам бедных районов города. Анхель прокружил по ним до полной темноты, чуть не заблудившись. Если бы не освещенный дом дуче, возвышавшийся над всем городом и видимый из любой его точки, он мог бы петлять по улочкам до самого утра.